Исключительно моя - Ника Орлова

Снова целует, уже жестче, импульсивнее.

Отвечаю. Меня штормит, безумно хорошо. Он спускается на живот, чертя языком вензеля, наблюдая за моей реакцией. Рука блуждает от талии по бедрам и обратно.

Запрокидываю голову и блаженствую, мыча со сжатыми губами. Стараюсь негромко, но понимаю, что еще немного и перейду на громкие стоны. Каждая клеточка организма остро реагирует на мужчину рядом. Никогда ничего подобного не испытывала, я превращаюсь в комок вожделения.

Хочу его! — так ясно простреливает в мозгу.

Он считывает. Чуть шире раздвигает мои ноги, проводит ладонью по промежности, задевая большим пальцем клитор, отчего я дергаюсь и делаю резкий вздох, а потом медленно вводит в меня средний и указательный.

— Аааа! Господи, кайф! — наконец, отпускаю себя.

— Кайфуй, моя сладкая, — шепчет в висок, медленно вынимает пальцы и снова входит внутрь, растягивая стенки и, с каждым разом, проникая глубже.

Мощные волны возбуждения накрывают с головой, обвиваю руками его шею и отдаюсь ощущениям.

Уже не сдерживаюсь.

Громко отзываюсь на каждый толчок. На зажатый губами, сосок. На задетый, словно невзначай, клитор. Схожу с ума, впиваюсь ногтями в кожу его спины и, теряя яркость, несусь в горячую неизвестную бездну.

Как в тумане, Никольский ложится сверху, заполняет меня и начинает двигаться. Каждый толчок отдается сладкими спазмами в моем животе, заставляя кричать и с диким желанием двигаться навстречу.

Он набирает темп. Толчок. Еще толчок. Еще.

Теряю голову, она кружится. Звуки то теряются, то оживают.

В промежности собирается жар. Горю, стону, кричу.

Звуки Вадима похожи на утробный рык. От него веет жаром, страстью, темпераментом.

Толчки достигают максимальной скорости, Никольский на грани. Я вижу, слышу, чувствую — его лицо то и дело соприкасается с моим. Он над моим ухом. Его звук во мне, его тепло во мне, его вкус. Все смешалось. Я не принадлежу себе. Я сгораю, поднимаюсь выше, выше, выше.

А потом все тело бросает в дрожь, она нарастает, я теряю реальность и меня сотрясает ошеломительным по силе оргазмом. Вадим кончает следом мне на живот, и удовлетворенно, с протяжным хриплым звуком, падает головой на мою грудь.

Ловлю последние судороги. Проживаю свои ощущения — ничего и близко не испытывала с Костей. Полное, сладкое опустошение, невероятное и оглушающее.

Так и лежу с закрытыми глазами. Чувствую, как Вадим приподнимается и опираясь на локоть, рассматривает меня.

— Больше не страшно? — спрашивает он.

Улыбаюсь блаженной улыбкой.

— Нет, — говорю, не размыкая веки.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как в раю.

— Дай знать, когда вернешься на землю, — слышу по тону, что улыбается.

Открываю глаза, встречаемся взглядами. Отвечаю на его улыбку. А потом он снова становится серьезным.

— Ты безумно красиво кончала.

Вспыхиваю. В моменте становится неловко, что я лежу перед ним абсолютно голая, даже хочется прикрыться. Неужели это можно вот так спокойно обсуждать? Боже мой! Что ответить?

Пялюсь на Вадима, язык словно прирос.

Он догадывается, хмыкает и тихо смеется. Потом тянется к моим губам и мягко прикасается.

— Идем в душ, вернемся и продолжим.

Таращу глаза. Что?

— Продолжим?

— Угу, это была разминка, Яна, а теперь будет секс.

* * *

Просыпаюсь. В комнате темно, дождь барабанит по стеклу. Плотные шторы скрывают свет, не понять который час.

Поворачиваю голову, рядом огромная спина Никольского, он повернут в другую сторону и тихо спит без задних ног. Уснули мы поздно, после часа ночи, точно.

Тяну с тумбочки свой телефон — восемь. Черт! Почему не завела будильник? Никогда такого не было.

— Вадим! — тормошу его. — Уже восемь, я на работу сейчас опоздаю.

Он просыпается, садится в кровати.

— Тебе на девять?

— Да, но нужно еще дойти! И дождь на улице, — встаю, натягиваю на себя халат. Думала утром будет неловко, а сейчас даже подумать об этом некогда.

— Не пожарь, я тебя подвезу.

— Хорошо, — убегаю в ванную.

— Доброе утро, Яна! — слышу вслед. Улыбаюсь, точно! Даже поздороваться забыла.

Наспех завтракаем бутербродами с кофе и ровно в девять Никольский высаживает меня возле ворот колледжа.

Решаю не бежать. Уже, все равно, опоздала. Если Тигра Львовна увидела, то время опоздания не имеет значения.

По дороге Вадим сказал, что у него сегодня рабочая поездка за город, приедет поздно, поэтому у меня свободный день, ну и ночь, конечно же. А значит, будет время все обдумать, пройтись по магазинам, в спокойном режиме купить одежду и все необходимое для новой квартиры. Ну и, наконец, встретиться с Машей.

На удивление, завуч не заметила моего опоздания. В отличие от Вики.

Когда мы с ней спускаемся на большой перемене в буфет, выпить кофе, она пристально рассматривает мой лук. На мне синие брюки и белый тонкий свитер известной фирмы. Бросаются в глаза и дорогущие легкие ботинки на устойчивом каблуке, а распущенные волосы, с подкрученными локонами, после вчерашней прически, завершают мой сегодняшний образ респектабельной девушки. Да, я смотрюсь иначе, дорого и Вика, конечно же, замечает перемены.

— Ты сегодня прямо богиня, — улыбается она, надпивая из белой чашки свой капучино.

— Вчера мне волосы в салоне собирали в прическу, а сегодня обнаружила, что еще держится завивка.

— Мм, тебя Никольский привез?

Слегка опешив от такого прямого вопроса, принимаю решение не оправдываться, кому какое дело, в конце концов.

— Да. Ты знаешь его машину? — перемещаю акцент на нее.

— Конечно, мой муж у него работает, я же тебе говорила.

— Ты не называла компанию.

— А как ты его подцепила? Ты же совсем недавно в городе.

— У нас общие друзья.

— Круто! Но моральное осуждение от Тигры Львовны тебе обеспечено, — улыбается она, — будь готова.

— Вот, чье мнение меня абсолютно не интересует, так это ее.

— Понимаю, но донимать будет по поводу и без повода. Если только Никольский Шмелевой не шепнет сделать ей «стоп». У нее с ним все на мази, она умеет красиво денег попросить, а он не отказывает. В позапрошлом году новый компьютерный класс нам подарил.

— Это их дела. Я с Тигрой и сама справлюсь.

После работы звоню Маше, она говорит, что ребенок с няней и ей хочется куда-то выбраться. Договариваемся о встрече в кафе в шестнадцать и, пока у меня есть время, бегу по своим делам.

Пока еду в такси на встречу, задумываюсь, как стремительно в моей жизни все перевернулось вверх дном.

Нравятся ли мне эти перемены? Безусловно, финансово я чувствую себя белым человеком.

Кто знает состояние, когда до зарплаты еще несколько дней, а у тебя в холодильнике только два яйца и