Бывшие. Хочу тебя себе - Ева Стоун

На работу я всё-таки пошла. От адреналина и вовсе позабыла про усталость. То, что Демид предлагает - безумие.

Да, он всё красиво объясняет, но это всё равно похоже на взятку или подкуп.

На работе его нигде нет, значит, точно уехал. Это облегчение, потому что в его присутствии у меня всё буквально валится из рук.

- Нэлли, ты это куда? – Вера Павловна перегораживает мне дорогу, когда я направляюсь к столику, чтобы взять заказ.

Вот это я понимаю – начальница. Осанка ровная, брючный костюм благородного бордового цвета сидит как влитой, свежий маникюр, идеальный макияж…

- Выполнять свою работу, - отвечаю вежливо, на что она, не стесняясь, сводит брови на переносице.

- Пойдём-ка со мной, дорогуша, - она берёт меня за предплечье и уводит за собой в кабинет.

Который, к слову, уже претерпел изменения. Кожаные диваны и столик теперь заменяют более стильные и современные аналоги. Рабочий стол и кресло тоже новые. На столе новый компьютер. Не припомню, чтобы у Веры Павловны был хоть какой-то. Я всё время удивлялась, как она справляется с высоким объёмом информации без технологий. Должна признать, что получалось у неё отлично.

- Любуешься? – подмечает она, закрыв за нами дверь. – Всё-таки он хорошо тебя знает.

- О чём вы? – спрашиваю чуть громче чем нужно, и тем самым выдаю себя.

Вера Павловна улыбается, сканируя меня понимающим взглядом.

- От толковый мужик, - подмигивает она. – Не моё дело лезть в твою жизнь, но утоли любопытство женщины в годах: что между вами происходит? Вы пара? Любовники? Я бы даже предположила, что у тебя на него компромат, только вот смотрит он на тебя… слишком плотоядно. Так смотрят на женщину, которую хотят завоевать.

- Мы знакомые, - пожимаю плечами.

- А я тогда папа римский, - усмехается Вера Павловна. – Обещаю, это останется, между нами, - серьёзнее добавляет она.

- Ладно, - присаживаюсь на подлокотник нового тканевого дивана, - мы просто встречались много лет назад. И всего-то.

- Первая любовь, - не спрашивает, а утверждает она, вкладывая в эту фразу немного грусти. – Теперь понятно.

Хочется спросить, что именно теперь ей понятно, но я вовремя себя останавливаю.

- Демид Адаров чётко дал понять, что хочет передать ресторан тебе. Мне же поручено ввести тебя в курс дел, рассказать и показать, как всё работает, чтобы позже ты могла взять бразды управления на себя.

- Вера Павловна… - пытаюсь её остановить, но она стреляет взглядом, намекая, что ещё не закончила.

- Золотарева, помолчи, пожалуйста, и послушай умудрённую жизненным опытом женщину. Тебе на голову падает обалденная возможность решить все проблемы разом. Но ведь ты же сто процентов отшила его предложение, да? Поэтому пошла заказы принимать?

- Да, я так решила, - отвечаю, смотря ей прямо в глаза.

- Зря, -она разочарованно мотает головой и отпускает меня.

День на работе выходит отвратительный, просто всё не ладится. Маршрутка опоздала на полчаса, я промокла под дождём до нитки. А дома меня встретила мама, с лицом, на котором было написано, что она изменила своё отношение ко мне после подарка от Демида.

Стала чуть отстраненнее что ли, будто больше не доверяет мне так, как раньше.

- Как вы с ним пересеклись? – смотря в кружку с чаем спрашивает мама. – Это ты его нашла?

- Конечно нет! – я чуть ли не подскакиваю со стула. – Он пришёл в ресторан как-то вечером, и…

Как именно я должна рассказать маме про нашу первую встречу после семи лет? Правду и с подробностями? Никогда!

- Что «и»?

- И… он этот самый ресторан выкупил у Веры Павловны.

Вот теперь я прячу взгляд в кружке с чаем.

- Когда ты собиралась мне сказать? - она говорит это тоном, на который способна только мать. Недовольная мать.

- Я взрослый человек.

- Ты наивная девчонка, Нэлли, - спорит мама, чем задевает меня. - А он прожжённый циник! Поэтому ты и воспитываешь его ребёнка одна!

Она краснеет и отворачивается к окну. Её аккуратные пальцы крепко сжимают кружку.

- Кстати, он хоть раз поинтересовался у тебя, как поживает его сын?!

Я молчу, опустив глаза в пол. Не хотелось говорить маме правду при таких обстоятельствах. Но видимо, момент истины настал.

- Демид не знает, что Кирилл от него, - говорю правду, которую так долго скрывала и вижу, как меняется лицо мамы.

Она встаёт из-за стола так быстро, что стул шумно отъезжает, царапая деревянными ножками пол.

- Нэлли! – она, кажется, на секунду лишается дара речи.

- Я знаю, что ты скажешь. Но я всё хорошо обдумала, так будет лучше.

- Лучше? – она садится обратно на стул и громко вздыхает. – У Кирилла мог быть отец!

- Женатый на другой, - напоминаю ей о том, что Адаров женился, как только бросил меня.

- Ну, дорогая, ты тут решила за двоих. Так нельзя! - она качает головой.

А я злюсь. Вспыхиваю словно спичка.

- Поэтому я и не хотела тебе говорить. Знала, что не поймёшь. Мне и так было тяжело, мама. Я умирала внутри! Зачем моему сыну отец, который вытер об меня ноги?

Теперь из-за стола встаю я. И вылетаю из кухни на веранду, чтобы глотнуть воздуха. Грудь вздымается, сердце колотится бешено. Я держусь за подоконник открытого окна и раскачиваюсь вперёд-назад.

Через пару минут возвращаюсь и украдкой замечаю, как мама вытирает с лица слёзы.

- Мам? – подхожу к ней, заглядываю в покрасневшие глаза. – Прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. Всё это время мне казалось, что это единственный правильный выход.

Она молчит и стряхивает со своих рук мурашки. Это не из-за температуры помещения…

- Семь лет, Нэлли, - наконец прерывает молчание мама, - катастрофически много для ребёнка. Кириллу нужна отцовская фигура. Была, есть и будет нужна всегда. Ты собираешься рассказать Демиду?

- Нет, - уверенно отвечаю. – Он знает, что у меня есть сын, но якобы от другого. И ничего менять я не собираюсь.

- Забудь про свою историю с Демидом. Подумай про Кирилла. К тому же не факт, что после того, как ты скажешь Адарову правду он вдруг захочет стать отцом. Может, ты ничем и не рискуешь.

Ох, мама. Рискую, и ещё как!

-