Бывшие. Хочу тебя себе - Ева Стоун

- Даже не пытался, - чуть пожимает плечами он и рассматривает моё лицо. От его взгляда щёки горят. Сердце прыгает в груди вверх-вниз. – Фотографию видела? – вдруг спрашивает он.

- Видела, - отворачиваюсь не в силах выдержать его взгляда.

- На ней ты выглядишь счастливой, - со странной ноткой в голосе говорит он и я не хочу знать, что это означает.

- Где ты вообще её откопал? Хотя, знаешь, не отвечай. Просто уйди, я тебя прошу.

- Где вы с сыном живете? – вдруг меняет тему он, тем самым показывая, что никуда не собирается уходить. - Явно не здесь.

Ну вот, опять двадцать пять! Ещё и смотрит на меня чуть ли не с претензией.

- Адаров, отстань от меня! С расспросами, подарками, непристойными предложениями. Ещё и ресторан у Веры Павловны выкупил… Попахивает преследованием и одержимостью. Выбери себе цель поинтереснее. А меня оставь в покое, - последние слова произношу с нажимом, чтобы донести до него мысль.

Он молча слушает меня и снова разглядывает, будто я экспонат в музее.

- Если мне не изменяет память, ты же шла на юридический? Почему работаешь официанткой? – спрашивает, сверля меня взглядом, который подсказывает, что это только начало и он вот-вот забомбардирует меня вопросами.

- Не. Твоё. Дело. – Начинаю злиться я, потому что он задевает меня за живое.

Когда родился Кирилл, многое ушло на второй план. В том числе и университет. Но образование я всё-таки получила.

- Ты умная. Очень. Я всегда знал, что ты многого добьёшься, - никак не унимается он.

- Не добилась, - вскидываю подбородок. – Ты во мне ошибался.

- Не ошибался, - отрицательно мотает головой и кладёт ладонь мне на лицо. Поглаживает. – Ты слишком совестливая, Нэлли. Слишком правильная. Таким, как ты тяжело пробиваться. Особенно когда на руках ребёнок.

Из груди вырывается нервный смех. Отрывистый, болезненный.

- И? – не скрывая сарказма спрашиваю. – К чему твоя высокопарная речь? Я должна расчувствоваться и, наконец, переспать с тобой за то, что ты разгадал мою душевную боль?! Таких, как я миллионы. Таких же женщин, с детьми. Мне твоя жалость не нужна.

- Я тебя не жалею, - твёрдо отвечает. – Я тобой восхищаюсь.

- Вот как, - бесцветно отвечаю, а сама пытаюсь разобрать в чём подвох.

Адаров без расчёта словами не бросается.

- А теперь перейдём к подарку. И, можешь не переживать, я не буду мучить тебя сексом, вижу, что ты и без того полуживая, - устало усмехается он. – Погреешь нам ужин?

- Ужин? – хмурюсь.

- Простовато для подарка? Знаю. Внезапно кончилась фантазия.

Я даже не поняла, как в какой-то момент оказалась в ловушке его рук по обе стороны. Он отодвигается и даёт мне подняться, чтобы я могла пройти на кухню.

Ничего не понимаю.

Какой-то он странный. Или дело в том, что уже почти три утра, а мы оба ещё не ложились? Прикрываю зевок ладошкой, беру пакет с едой и несу из коридора на кухню. Достаю контейнеры, раскладываю по тарелкам пасту с просто божественным судя по запаху, соусом.

Поесть и правда не помешает.

Сминаю бумажный пакет с логотипом ресторана и уже хочу выбросить, как нащупываю в нём что-то ещё.

- Демид, тут… - захожу в большую комнату и протягиваю ему чёрную папку. – Ты, похоже, забыл документы. Держи.

- Открой, - говорит ровным тоном. На лице никаких эмоций. – Это тебе. И лучше присядь.

- Ты меня пугаешь.

И правда, сердце сейчас вот-вот выпрыгнет из груди. Терпеть не могу сюрпризы.

Демид встаёт с дивана, вытягивается в полный рост. Я тайно любуюсь. Синие глаза мерцают в свете тусклой лампочки. Он подходит ко мне, руки в карманах.

Больше всего на свете я боюсь, что здесь какая-нибудь бумага вроде теста ДНК, в которой написано, что Адаров - отец Кирилла с вероятностью 99.99%.

И дальше меня ждут суды, вперемешку с обвинениями в том, что я скрыла от него сына.

Кто знает, на что он способен. Не так уж сложно достать из архива больницы документы о моих родах и сложить два плюс два. Да и образец ДНК можно легко заполучить. Кирилл всё лето посещает кружки, недавно начал ходить в подготовку…

Боже, хватит накручивать!

Набираюсь смелости и открываю папку.

- С днём рождения, Нэлли, - снова произносит Демид, пока я сканирую взглядом бумаги.

Буквы сначала сливаются в кучу, от нервов и слабого освещения я почти ничего не могу понять. А потом до меня всё-таки доходит смысл.

Глава 13

- Это переходит все границы, - захлопываю папку и хочу отдать ему, а он не принимает. – Демид, я вообще не шучу.

У меня шумит в ушах. И что хуже всего, в этот момент меняется моё отношение к Адарову. Я хочу на него злиться, протестовать, но не могу…

- Иногда надо забывать о гордыне, - он минует меня и вдруг направляется к выходу, чему я удивляюсь. Я же только что погрела ужин. - Именно это тебе и нужно сделать. Подумай о сыне и его будущем.

- Я не могу это принять! – догоняю его, касаюсь предплечья.

В ответ он разворачивается и в прихожей вдруг становится очень мало места. Так мало, что тяжело дышать. Кажется, что нет кислорода, а на самом деле это я так реагирую на Демида.

- Почему? – спокойно спрашивает он.

- Да хотя бы потому, что моя мама знает, что ты вернулся, - высказываю ему и ловлю заинтересованный взгляд. - Она не поймёт. А я многим ей обязана и не хочу разочаровывать после всего, что она для меня сделала.

В этот момент нас с Демидом разделяет только тонкая папка, которая действительно круто может изменить мою жизнь. Но принять я её не могу, точка. В ней бумаги, подписав которые я стану хозяйкой ресторана. Полноправной.

Но куда мне до Веры Павловны?.. Как такое пришло Адарову в голову?!

Молча мотаю головой, брови ползут вверх от изумления.

- Нэлли, я умею разделять работу и личную жизнь, - он звучит так, что я верю. – Так вот, это, - он указывает на папку, - работа.

- Демид! – не выдерживаю я. – Я приняла решение. Спасибо, но меня не интересует…

Договорить он