Баронесса ринга - Минерва Спенсер

– Думаю, больше всего вас смущает именно осанка.

– Да ну, правда? – изобразила изумление она. – Вы так в себе уверены?

Он бросил на нее испепеляющий взгляд и вышел.

Сент-Джон понимал, что она просто дразнит его, и это у нее чертовски хорошо получается. Если он начнет препираться с ней, то как раз и даст ей то, чего она ждет. Нужно просто не обращать внимания на эти детские подколки и насмешки.

Легче сказать, чем сделать.

Джек Нельсон как раз снимал пальто, а пожилой мужчина – судя по его потрепанному облику, еще один боец – поднимал одну из кожаных сумок.

– Привет, голубка, – поздоровался Джек с Марианной, когда они вошли. Взгляд его темных глаз с любопытством метнулся к молодым людям, и она отрекомендовала:

– Это Син и Смити, те, о ком я тебе говорила.

Нельсон подошел к гостям:

– Энни сказала, вы оба немного боксировали и знаете в этом толк.

Первым ответил Эллиот.

– Ага, сэр. Я бился в «Топоре» и тренировался с Джемми Уоллосом, когда еще был мальчишкой.

Сент-Джон удивленно моргнул, услышав, как друг разговаривает с неожиданным и не очень понятным акцентом.

То, что сказал Эллиот, вызвало у Джека улыбку.

– Я стоял против Джемми много лет назад. – Он поджал губы и покачал головой. – Чертовски жаль, что с ним такое случилось.

– Ну, он всегда малость любил нализаться, – согласился Эллиот.

Оба уважительно помолчали, потом Джек повернулся к Стонтону и прищурился.

– Че-то я не видывал боксеров в очках.

– Это недавно. Я не носил их, когда боксировал в Лидсе. – Сент-Джон заранее придумал себе легенду и выбрал Лидс, потому что у него имелось поместье сразу за пределами большого северного города, и они с кузеном мальчишками частенько пробирались на состязания. – У меня было несколько серьезных платных поединков, но давно.

Брови Джека (одну в двух местах пересекали белые шрамы) поползли вверх.

– Чтоб мне провалиться, вы только послушайте! – Он обернулся к Марианне, наблюдавшей за их разговором с плохо скрываемым удовольствием. – Ты че, решила заменить меня чертовым герцогом, голубка?

Маленькая язва заулыбалась.

– Никто и никогда тебя не заменит, Джек. Мистер Синклер разговаривает как аристократ, потому что служил у одного из них дворецким. Его уволили за то, что частенько бывал под мухой.

– О, вот как? – вроде как даже обрадовался Джек, окинув Стонтона коротким, но проницательным взглядом. – И на кого работал? Только не говори, что это был тот засранец, лорд Безупречность!

Марианна кашлянула и произнесла сдавленным голосом:

– Э-э… нет, Джек. Это был другой засранец – один шотландский герцог. – Она смеющимися глазами посмотрела на Сент-Джона. Такого очаровательного, подкупающего выражения лица он раньше не видел. – А про эту работу ему рассказал Красавчик Чарли.

Похоже, это Джека порадовало.

– О, так ты знаком со старым мошенником Чарли?

– Ну да, – солгал Стонтон.

– Отличный он парень, старина Чарли, а?

– Да уж! Я бы мог о нем такого порассказать!

Здоровяк хохотнул.

– Ага, могу себе представить. Ну что ж… – Джек потер огромные ручищи. – Раз Чарли говорит, что ты ничего так, то и мне подойдешь. Приходи сюда по утрам, когда я здесь: по понедельникам, средам и пятницам. Покажу тебе, как тренировать Энни. Верхом умеешь?

Сент-Джон моргнул:

– Прошу прощения?

– Верхом. На коне сидеть можешь?

– Э-э-э… да.

– Тебе придется следить за ее пробежками. Наймешь кеб, а счет отдашь Барни.

Стонтон взглянул на Марианну. Та вскинула брови, словно подначивая его возразить, и он кивнул:

– Это я могу.

– Вот и хорошо. О том, когда и как, договаривайся с Марианной. Две другие девушки – Нора и Люси. Нору тренирует ее брат, и Люси почти всегда тренируется с ними, так что им ты потребуешься только в крайнем случае.

– Джек, я думаю, он должен приходить и тренировать Люси и Нору. Ему нужно знать нас всех, – вмешалась Марианна и усмехнулась при мысли, что полностью лишает его свободного времени.

– Ага, а ведь ты права, девочка. Так что, сможешь приходить сюда каждый день до самого отъезда? – спросил Джек, пристально глядя на новичка.

Стонтон раздраженно взглянул на Марианну:

– Конечно, если это необходимо.

– Вот и ладно. Поговоришь с ними, чтобы решить, к скольким приходить. – Джек помолчал и нахмурился. – Если жадюга Барни начнет шуметь, что, мол, пока он тебе платить не собирается, просто отправляй его ко мне.

Стонтон кивнул.

– Все трое – чертовски хороши на ринге. – Джек ласково посмотрел на подопечную. – Марианна уже давно тренируется, свое дело знает, но, если ослабишь вожжи, сразу перестанет бегать.

Девушка недовольно что-то проворчала, но Джек не обратил на нее внимания.

– Я хочу, чтобы она бегала пять дней в неделю, а тебе придется почаще щелкать кнутом, чтобы она оставалась в форме.

Теперь усмехнулся Сент-Джон. Судя по тому, как Марианна поморщилась, ей это совсем не нравилось.

– Я буду со всем рвением следить, чтобы мисс Марианна поддерживала форму. – Он увидел, как усмешка упомянутой мисс сменилась раздражением. – А что до кнута… – Он улыбнулся так широко, что обнажились зубы. – Буду щелкать им энергично и с удовольствием.

Джек засмеялся и хлопнул Марианну по плечу своей огромной лапищей.

– Ну что, девочка, похоже, ты нашла себе строгого надсмотрщика. – Джек прищурился и повернулся к Эллиоту.

– А теперь посмотрим, Энни, что тебе предложит Смити.

После трех раундов с Эллиотом Уингейтом Марианна почти задыхалась.

– Все, все, пока хватит! – крикнул Джек, как раз когда ей показалось, что легкие сейчас разорвутся.

Она застонала и, с трудом хватая ртом воздух, уперлась ладонями в колени.

– Кто-то опять перестал бегать, – произнес Джек таким певучим голосом, что ей захотелось его ударить, но она слишком устала… – А ты неплохо справляешься, – похвалил он Эллиота.

Марианна подняла взгляд – как раз вовремя, чтобы увидеть, как покраснело лицо ее партнера.

– Да она меня совсем загоняла.

По мнению Марианны, это было слишком доброжелательно. Правда заключалась в том, что, если бы Эллиот не придерживал свои удары, она не протянула бы и раунда. Он оказался быстрым и невероятно сильным, а тело его было жилистым, твердым и подтянутым.

– Ну и что ты скажешь про нашу девочку, Син? – поинтересовался Джек у герцога, которому велел оценить спортивную форму Марианны во время спарринга.

Девушка злобно сверкнула глазами на Стонтона.

Он скрестил руки на широкой груди и перекатился с пяток на носки потрепанных башмаков. Эта небрежная поза казалась странной для такого чопорного, такого идеального джентльмена.

– Она опускает левую.

– Вовсе нет! – возразила Марианна.

Джек хохотнул:

– Ах, девочка, ты и сама знаешь, что опускаешь. А ты внимательный, Син. Так, а теперь