Мерзавец высшей академии - Виктория Миллс

Каким-то образом мама, обладающая обширными знаниями в области юрисдикции и права, смогла внести значимый пункт в договор о наследовании состояния нашей семьи.

С тех самых пор наследником компании и всего капитала Блэквудов стал я.

И все изменилось.

Я винил отца в смерти матери, а он делал вид, что меня не существует. Тогда-то я и пообещал себе, что сдержу данное матери слово и не стану похожим на него.

И сейчас какая-то мерзавка смеет мне говорить то, о чем совершенно ничего не понимает…

То, что я не готов был услышать!

Когда я увидел ее полный разочарования и ненависти взгляд, то вдруг вспомнил, как моя мама смотрела на отца. Фрэйз смотрела на меня точно так же.

Нет…

Кто угодно, только не она!

Мне стало жутко. Нужно успокоиться.

Я порывисто поднялся на ноги и шаткой походкой направился в ванную комнату, случайно задев плечом дверной проем. Затем быстро открыл вентиль массивного крана и прямо в одежде погрузился в ванну.

Вода всегда помогала. Она успокаивала, согревала, снимала напряжение и дарила ясность ума.

Я устало откинул голову на мраморный край, ощущая легкий цитрусовый запах, который витал повсюду, словно въелся мне под кожу.

Проклятье…

Все вокруг напоминало о Лане Фрэйз, заставляя непрерывно рисовать в голове ее образ в моей полупрозрачной рубашке и с полотенцем на голове.

Меньше всего я хотел сейчас думать о ней…

Но был бессилен перед чарами этой ведьмы!

Помню, как ворвался в эту самую комнату, желая немедленно получить ответы на мучившие меня вопросы. Я просто открыл эту дверь и сразу встретился с проницательным взглядом ее изумрудных глаз, от чего мгновенно растерял свою былую уверенность.

В одной рубашке и с раскрасневшимся лицом она выглядела так непринужденно, красиво, уютно. Она выглядела… моей.

Боже, какая дурь!

Но если Лана действительно заперла дверь маной, а я с легкостью ее открыл, то между нами все гораздо серьезнее, чем я мог предположить.

Нужно время.

Вода постепенно наполняла ванну, обволакивая со всех сторон. Я чувствовал, как мокрая одежда прилипает к телу; слышал, как струя воды мелодично бьет о мраморный край; видел, как клубы полупрозрачного пара образуются под потолком, проясняя мои мысли.

Одно я знал наверняка…

Нельзя позволить себе сдаться.

Я займу свое законное место, верну компанию и навсегда вычеркну из нее имя отца.

И эта рыжая мерзавка мне в этом не помешает!

22.

Прошла уже неделя.

Меня не отчислили из академии, не отчитали за прогулы и даже не потребовали объяснений. Все это казалось странным, но я старалась не думать об этом и просто пыталась прийти в себя.

Я стояла напротив зеркала в своей спальне и внимательно разглядывала свое отражение в новой одежде, что сидела на мне идеально.

Серая юбка в складку плотно обхватывала талию и была привычной длины, белая рубашка с жемчужными пуговицами комфортно застегивалась на груди, а белые чулки с полосками в тон юбке изящно подчеркивали бедра и были куда красивее моей прежней покупки, как и удобные мягкие туфли на сплошной подошве.

Все вещи были высокого качества и невероятно дорого стоили. Вопрос был в другом…

Кто мне их подарил?

Сперва я решила, что это сделал Блэквуд, но потом меня стали одолевать сомнения.

Габриэль Мейз прекрасно знал личную историю каждого учащегося и наверняка догадывался о моем финансовом положении, уже не раз подмечая мой внешний вид.

К слову, он больше не искал со мной встреч, а Лоренс Блэквуд намеренно избегал меня, изредка прожигая ненавидящим взглядом.

И вроде бы меня должно радовать подобное положение, но внутри царило беспокойство. Я испытывала странное чувство, которое казалось совершенно неуместным.

Я столько пережила из-за Блэквуда, столько перетерпела…

Мы должны быть квиты.

Но чувство вины раздирало изнутри, вынуждая испытывать сожаление и печаль. Я не могла себе это объяснить, но было такое ощущение, что я лишилась чего-то важного и необходимого.

Я убрала волосы в высокий хвост, а после взяла сумку со стола, которую Дэбра помогла мне вернуть, и направилась на практическое занятие по боевому инструктажу.

Взволнованная подруга уже убежала в библиотеку готовиться к какому-то важному экзамену, успев на прощание пожелать мне удачи, поэтому я вышла из комнаты одна и, не торопясь, направилась за главный корпус к маг-арене.

Интересно, кого на этот раз мне поставят в пару?

В душе таилась зыбкая надежда, что это будет Блэквуд. Но если это произойдет — между нами разразится самая настоящая кровавая битва.

Я в этом даже не сомневалась.

Дойдя до маг-арены, я бросила сумку на скамейку и пошла в сторону своих сокурсников, которые уже столпились на зеленом газоне и взволнованно что-то обсуждали между собой.

— Вы слышали? Сегодня на занятие придет сам Габриэль Мейз! — произнес кто-то из толпы, и внутри у меня все сжалось от напряжения.

Только этого не хватало.

— Это правда, — язвительным тоном подтвердил Айден, кинув в мою сторону насмешливый взгляд. — Он решил лично оценить способности каждого студента третьего курса, так как предыдущая демонстрация силы у Карлайла его не впечатлила.

Айден Торн — очередной подхалим Блэквуда. Здоровый, безнравственный и тупой аристократ, который умеет пользоваться лишь грубой силой.

— К тому же, эти результаты повлияют на итоговый экзамен, — продолжил он, сощурив и без того узкие глаза. — Мне отец так сказал.

Черт…

А вот это уже плохо!

Я настороженно огляделась по сторонам в ожидании сурового ректора, которого предпочла бы не видеть. Но ни его, ни надменного блондина с голубыми глазами не было рядом.

— Что такое, Фрэйз? — произнес вдруг Айден, обращаясь ко мне. — Боишься снова облажаться?

Я иронично фыркнула, прекрасно понимая намек.

— Лучше молись, чтобы тебя не поставили в пару со мной, — невозмутимо произнесла я, и на лице Торна отразилась ехидная улыбка.

— А ты попроси своего любовничка… — многозначительно ответил он, и меня едва не передернуло от злости. — И он все устроит.

Любовничка?!

Слухи о нашей связи с Габриэлем Мейзом расползлись по всей академии с того самого дня, как он сопроводил меня на лекцию Карлайла, а после вызвался лично исцелить мои раны.

Казалось бы, это всего лишь элементарная забота со стороны ректора к пострадавшей ученице, но сколько мерзких слухов она породила.

Ненавижу эту академию!

Ярость вспыхивала, подобно пламени. Мана пульсировала на кончиках пальцев. Хотелось начать поединок прямо сейчас.

— Закрой рот, Айден, — раздался вдруг бесстрастный ровный голос за моей спиной, и вперед вышел Блэквуд, мягко задев меня плечом.