Спорим, ты будешь моей? - Дарья Стааль

– Лорд Дарквотер, леди Бонфаер, рада вас видеть, – встретила нас хозяйка ателье, почти не скрывая удивления.

Это была высокая худая женщина с абсолютно седыми волосами, которые она укладывала в изящные прически. Как и этот дом, Кютьер балансировала на грани шика и нелепости, но делала это весьма изящно.

– Здравствуйте, – улыбнулась я, стягивая белоснежные перчатки с пальцев. – Чудесно выглядите!

– Ах, Руби, ты всегда знаешь, какой доброе слово сказать, – картинно засмущалась мадам Кютьер. – Что привело вас сюда? Неужто юной Бонфаер настало время одеть ТО САМОЕ ПЛАТЬЕ?

На словах про «то самое платье» глаза у женщины вспыхнули хищным огнем.

– Привел нас сюда бал в академии магии, – поспешила я прояснить недоразумение.

– Милочка, но у меня же очередь! – всплеснула руками Кютьер.

– Мадам, дурной тон заявляться на студенческий бал в столь шикарном наряде, – улыбнулась я. – Ваши платья достойны быть продемонстрированы лишь королевскому двору, не меньше.

– Льстишь, – констатировала женщина, впрочем, ничуть не обидевшись.

– Самую малость, – согласилась я.

– А раз льстишь, значит, хочешь украсть мои уникальные платья! – погрозила пальцем мадам Кютьер.

– Ах, мадам, посмотрите на эти руки, – я продемонстрировала ей свои ладони. – разве они способны создавать что-то хоть сколь похожее на ваш уникальный стиль?

Кютьер уронила вглзяд на мои ладони и поджала губы:

– Мда, Пресветлая богиня обделила тебя талантом видеть красивое, – без особого сочувствия произнесла женщина.

– Увы, – вздохнула я.

– Но ты накидала эскизы и не знаешь, что из этого тебе подойдет, – догадалась Кютьер.

– Блестки и пайетки сводят меня с ума, – призналась я. – А идея навестить вас принадлежит ему, – сказала я и ткнула в Эрика пальцем.

Мадам бросила прищуренный взгляд на Дарквотера, рассматривавшего сложную конструкцию из переливающихся пайеток, менявших цвет в зависимости от того в какую сторону из разглядить.

– Но, если Руби что-то понравится, мы можем это купить, – отозвался Эрик.

– Даже так? – приподняла бровь Кютьер.

– Эрик пошутил, – процедила я.

– Милочка, если мужчина хочет купить тебе платье от Кютьер, нельзя его останавливать! – назидательным тоном произнесла мадам.

– Если я захочу платье, я сама смогу его купить, – упрямо отозвалась я.

– Дело не в том, что ты можешь или не можешь. А в том, что он хочет!

– Хотеть он может что угодно, а мне надо в чем-то прийти на бал, – напомнила я о цели своего визита.

Мадам Кютьер окинула меня критическим взглядом, задумчиво пожевала губами и вынесла вердикт:

– В примерочную! А вы, молодой человек, – Кютьер обратилась к Эрику, – прекратите тыкать пальцами выставочный образец, как будто я этого не вижу. И займите место в зрительном зале, раз уж хватило смелости явиться сюда по такой нахальной причине.

Эрик тут же выпрямился и спрятал руки за спину, сделав вид, что он вообще тут ни при чем, и нам всем просто показалось.

Мадам Кютьер отвела меня в одну из примерочных – просторную комнату с вешалками, пуфиками и парой зеркал. Пока я стаскивала с себя сто слоев зимней одежды, помощницы владелицы принесли четыре кофра и тактично остались за тонкой дверью ждать, когда я во что-нибудь влезу или призову их на помощь.

Я же принялась заглядывать в каждый кофр, выбирая, что надеть в первую очередь. Хотелось поразить Эрика до глубины души своим великолепием! А вот зачем мне этого хотелось, я предпочитала не думать.

Первым мне попалось платье насыщенного пурпурного цвета. Ткань была обработана какой-то магией, а потому сверкала под светом магических светильников не хуже драгоценных камней у лучших столичных ювелиров. Крой был простым – лиф с запахом, рукава три четверти, и простой юбкой в пол. Я покрутилась перед зеркалом то поднимая волосы к затылку, то позволяя им свободно рассыпаться по плечам. Юбка кружилась со мной, и с каждой ее складки на пол осыпались магические блестки. Они ярко горели, планируя в воздухе, и гасли, едва касались пола.

Ужасная красота!

Выудив из сумки карандаш, что носила в переплете записной книжки, я закрутила небрежный узел на затылке и проткнула пишущим прибором на манер заколки. И в таком виде явилась к Эрику, ожидавшему меня в гостевой зоне. Парень развалился на мягком диванчике и откровенно скучал среди огромных зеркал.

– Смотри, я – фея! А это – фейская пыльца! – заявила я и принялась кружиться, рассыпая блестки вокруг себя.

Фей, конечно, не существовало. Они жили лишь в сказках для самых маленьких, выглядели как красивые человечки с прозрачными крылышками, и везде оставляли сверкающую волшебную пыльцу. Прямо как я сейчас!

– Красиво, – согласился Эрик. – Нравится?

– Надо остальное померить, – ответила я.

– Остальное? – переспросил парень. – А его много еще?

– Достаточно! – кинула я уже на ходу в примерочную.

Следующее платье было синее, даже скорее черное, отливающее синим. С него не сыпались блестки, зато в ткани была серебряная нить, что придавала платью сдержанный, строги блеск. А еще оно сидело по фигуре так плотно, что я боялась сделать лишний вдох.

– Что думаешь? – спросила я, демонстрируя Эрику пыточную конструкцию.

– Красиво, – отозвался парень таким осторожным тоном, что сразу стало понятно – ему не нравится, но критиковать опасается.

– Но тебе не нравится, – резюмировала я.

– Нууу… – протянул Эрик и опасливо посмотрел на меня.

– Да говори уже честно, мне тоже не нравится, – разрешила я.

– Темное, – решительно произнес Эрик. – И мрачное.

– Но оно же блестит! – возразила я.

– Мрачно блестит, – парировал парень. – По-некромантски. Если ты не планируешь в этом навестить Лавизов, показывай следующее.

Я фыркнула и отправилась переодеваться.

Третье платье было золотым классическим бальным платьем. С корсетом, расшитым пайетками, пышным подъюбником на трех кольцах и фирменными иллюзорными цветами мадам Кютьер, распускавшимися по всей юбке.

– Если надену корону – буду принцессой! – заявила я, показавшись Эрику.

– Совершенно сказочной принцессой, – согласился Эрик.

– Что думаешь? – нерешительно спросила я, рассматривая себя в зеркалах.

– Думаю, что ты очень красивая, – совершенно искренне улыбнулся парень.

– Но? – спросила я, подозрительно прищурившись.

– Но? – с невинным видом переспросил Эрик.

– Но? – с нажимом повторила я.

– Но мы будем организаторами банкета, и вот это… – он рукой показал пространство вокруг себя, очерчивая габариты моей необъятной юбки, – определенно будет тебе мешать.

– Будет, – вздохнула я в ответ и отправилась мерить последнее платье.

Золотое, конечно, мне понравилось больше остальных отсмотренных! Но говорить вслух о том, что я не смогу даже приблизительно повторить вышивку по корсету, я не стала.

А последнее платье было серебристым. И, честно говоря, одев его,