Сила слова - Джорджина Гутри

Его пара на 14 февраля.

Пенни.

Глава 11

Чудище с зелеными глазами

«Берегитесь ревности, синьор.

То — чудище с зелеными глазами,

Глумящееся над своей добычей.»

(Отелло, Акт 3, Сцена 3) (Пер. М. Лозинский)

К горлу подступила желчь, и желудок скрутило от ревности. Мне хотелось встать и кинуть булочкой в голову Пенни. Не разумное решение. Если я сделаю так, вероятнее всего это только добавит капельку сырости в наш прекрасный ужин. И поэтому я сидела, кипела в молчаливом отчаянии, пока настойчивый голос Мэтта не прервал мой язвительный внутренний монолог.

— Обри? Да или нет? Эй? — Он щелкнул пальцами перед моими глазами.

— А?

По моему лицу распространилось онемение.

— Вино. Хочешь взять бутылку вина? У них есть Пино Гри, называется «Жгучая сова», которое они рекомендуют здесь на винной карте. Оно из Британской Колумбии, так что должно быть хорошим, — сказал он с превосходной улыбкой. — Немного дороже, но думаю, это было ожидаемо сегодня.

— А, да, конечно, — проговорила я. — Все, что ты хочешь, меня устраивает.

Мне понадобилось приложить величайшее усилие, чтобы выдержать взгляд Мэтта.

— Ладно, — сказал он нерешительно. — Это было легко.

Я взяла свой напиток и залпом выпила все, что осталось в стакане. Водка обожгла мне горло, а потом успокоила, когда тепло распространилось по груди. Когда подошел Рэймонд, Мэтт быстро заказал ребрышки, а я попросила тунца, неожиданно почувствовав, что не смогу прожевать и проглотить мясо. Горло сжималось, и во рту стало сухо. Я сделала несколько больших глотков воды, пока Мэтт заказывал вино.

— Эй, Обс, ты в порядке? Ты выглядишь немного бледной. Тебя снова тошнит?

На секунду я взглянула через его плечо на зеркало. Но все, что я могла видеть, это затылок Дэниела.

Двигайся дальше, Обри, здесь нечего смотреть.

— Вообще-то, я и правда чувствую себя слегка странно. Я на минутку отойду в дамскую комнату, хорошо?

Я встала и бросила салфетку на стол. Мэтт обеспокоенно посмотрел на меня.

— Хочешь я попрошу официантку, чтобы она пошла с тобой? — спросил он.

— Нет, все в порядке, Мэтт. Мне нужно ополоснуть лицо водой, и все, — заверила я его.

И шпильками проткнуть глаза этой суке. Не волнуйся. Обычное дело.

Я поспешила в уборную, чувствуя, как глаза Мэтт провожают меня. Подальше от его пристального взгляда, я села на кожаный диван во внешней комнате, примыкающей непосредственно к туалетной комнате, и глубоко задышала через нос. Как только мое стучащее сердце успокоилось, я подошла к раковинам, и у меня начали стучать зубы, когда я окунула руки в холодную воду.

Мне нужно взять себя в руки. Правда, в чем проблема? Я с первого дня знакомства с Дэниелом знала, что у него есть девушка. Тем не менее, сейчас, когда я увидела ее своими глазами во всем ее сногсшибательном, роскошном великолепии, реальность его недоступности упала на меня. Я не могу состязаться с этим.

Я вздохнула и прислонилась к столешнице, наслаждаясь одиночеством. Тишина и покой, однако не продлились долго. В дверь ворвался кто-то с оживленным голосом, прерывая мое спокойствие. Я повернулась, чтобы посмотреть на человека, кто так увлеченно разговаривал, и там прямо передо мной стояла женщина, которая собственноручно разрушала мои надежды. Пенни. Она разговаривала по телефону с сильным — и может я добавлю неохотно — очаровательным — английским акцентом. Она опустилась на тот же диван, на котором я сидела.

— Нет, все хорошо. Я оставила Дэниела за столиком, — сказала она человеку на другой линии. — Я сейчас в туалете, который больше, кстати, чем гостиная в доме моих родителей. — Она проводила рукой по мягкой коже дивана, пока слушала. — Что это? О, абсолютно, это было очень трудно. Он так занят, все время на работе. Он постоянно устает… О, я знаю, это все скоро закончится. Как только мы поженимся, он сказал, что постарается урезать нагрузку. Ты можешь в это поверить, через полгода я стану миссис Пенни Грант? Я так рада, что едва могу стоять.

Поженимся? Они поженятся через полгода? Она была не его девушкой — а его невестой! Я угрюмо посмотрела в зеркало, мое сердце иссыхало в груди. Может ли быть еще хуже?

Я взвесила свои варианты.

Каблуками в глаз?

Если я сделаю это быстро, то смогу быстро выскочить из комнаты, схватить Мэтта и прыгнуть в такси. Никто не догадается. Я веду себя смешно, конечно же, но это звучало заманчиво. Пенни сворачивала свой разговор, а я плескала лицо у раковины, пытаясь скрыть мои подслушивания.

— Все равно это будет стоит тебе целое состояние. Я должна идти, — сказала она. — Передай всем, что я люблю их, ладно? Я отправлю тебе на почту на следующей неделе. Да, конечно, я буду… Давай, Ронни. Пока.

Она встала, подошла ко мне к раковинам и открыла свою сумочку. Она достала флакон дорогих духов и щедро обрызгала себя. Я пыталась тоже возиться со своей сумочкой, рылась в поисках блеска для губ, но прежде чем я могла нанести его, ее духи попали прямо мне в нос. Я несколько раз чихнула.

— О, боже, извини. Это было крайне невежливо с моей стороны. У тебя аллергия? — спросила она.

Не любезничай со мной, сука. Я пытаюсь ненавидеть тебя.

— Нет, у меня нет аллергии. Просто не привыкла к сильному аромату, наверное.

— О, я знаю. Мой жених купил их для меня. — Она указала на флакон. — Думаю, он считал, что они понравятся мне, потому что они дорогие. Я брызгаю их больше для него, чем для себя, — объясняла она.

Мой взгляд остановился на огромном бриллианте на ее руке. Он тоже выглядел дорогим.

Боже, не смотри, Обри. И пока ты здесь, не обращай внимание на ее невероятные сиськи. Серьезно. Тебе не хочется туда смотреть.

Я тупо смотрела на нее, не знала, что сказать, не в силах поддерживать эту комедию секундой дольше. Она неловко посмотрела на меня.

— Ну, наверное, мне стоит перестать болтать, — проговорила она. — Извини. Я недавно в городе, и у меня практически нет подруг, с кем можно потрепаться. Я стараюсь зацепиться за любое приветливое лицо, которое вижу в последнее время. Печально, правда.

Приветливое лицо? Она под кайфом?

Я проигнорировала ее извинение.

— Конечно, дорогая, я не задерживаю тебя. — Она повернулась обратно к зеркалу, чтобы нанести помаду. Когда я распахнула дверь, она сказала позади меня. — О, и с днем Святого Валентина!

О, и тебя, Пенни. Наслаждайся превращением моего сердца