Темный дар для попаданки. Финал - Алина Углицкая

И вот сейчас мужчина с отвратительно спокойным лицом разбередил мои раны.

– Таша, браслет! – встревоженным тоном напомнил Драмиэль и простонал, прикрывая глаза ладонью: – Ох, он же здесь не работает!

– Я в порядке, – почти огрызнулась, не отрывая взгляда от отца. – Все под контролем.

– Теперь я вижу, – произнес тот со странной медлительностью. – Ты в самом деле феникс. И да, очень похожа на мать, такая же вспыльчивая и импульсивная. Это мне в ней и нравилось. Жаль… что так вышло.

– Жаль? – мои глаза расширились. – Вам жаль? И это все, что вы можете сказать?

Меня охватила дрожь. Она шла изнутри, будто там разливался смертельный холод. Даже руки тряслись, пришлось спрятать их под стол и крепко зажать между коленями.

Я не хотела перейти грань между собой-человеком и собой-фениксом. Если не сдержусь и выпущу магию разрушения, то это будет полным фиаско. Ортреду тут же доложат, что я опасна и не умею себя контролировать. Подтвердят его выводы! Так что давай, Таша, бери себя в руки!

– Да, – ровно ответил Ротберг. – Мне жаль. Я не хотел, чтобы все так закончилось. Но когда мы стали ближе, я рассказал ей о своем мире. Поначалу она считала это сказками, смеялась, что мне нужно книги писать. Я был молод, несдержан, и меня это задело. Я решил доказать, что она не права.

– И… – у меня в горле вдруг пересохло, голос стал хриплым. – Что вы сделали?

– Показал ей мой мир.

Я вновь онемела. Внутри все застыло. А он продолжил:

– Мы, драконы, умеем строить порталы только в те места, которые уже видели. Но фениксы пошли дальше. Они создали артефакты, в которые задаешь координаты – и перед тобой открывается “окно”. Так можно выяснить, безопасен ли путь, а уже потом активировать вторую стадию, собственно сам перенос физического тела сквозь пространство.

– А тот артефакт… который был у вас… он тоже так умел?

– Да. Заряда на “окна” тратится очень мало. Поэтому какое-то время мы развлекались: она учила меня жить в своем мире, а я показывал ей свой.

– И рассказали о фениксах?

На этих словах он смутился. Смутился! Впервые с начала разговора в его глазах что-то мелькнуло.

Однако ответ был совсем не тем, который я ожидала услышать.

– Нет. Как раз о фениксах я ей не говорил. Это же секретная информация, я давал клятву о неразглашении.

Мы с Драмиэлем переглянулись. Он чуть заметно кивнул.

Получается, наши подозрения вновь подтвердились. Был кто-то третий помимо Ротберга. Кто-то, кто надоумил мою маму написать то письмо. Кто-то, кто принес его мне.

В душу заполз холодок и свернулся ядовитой змеей.

А если я зря обвиняю отца? Вдруг это вовсе не он, а тот неизвестный виноват в смерти мамы?

– Она знала? – прищурился Ротберг, изучая мое лицо.

– Знала. Перед смертью бредила ими. Я думала, это вы ей рассказали.

– Нет, – он покачал головой. – Я всего лишь показывал Ленорманн, а про фениксов даже не упоминал.

– Значит, это сделал кто-то другой, – произнес Драмиэль очевидное. – Надо выяснить, кто это был.

Мы все трое уставились друг на друга. И у всех троих в глазах вспыхнул невозможный, но единственный логичный ответ.

– Другой феникс!

– Но как он ее нашел? Как смог опознать в мире без магии?

– Может, они о ней всегда знали?

– Они? Хотите сказать, их там много?

– Возможно. Мы же не знаем. А вдруг их там целая диаспора? Или есть некий конклав, который знал о спасшемся члене королевской семьи и все это время следил за его потомками?

Вопросы посыпались из нас одновременно. Мы даже забыли, что нас могут подслушивать. Впрочем, никаких откровений мы не сделали, обо всем этом Ортред догадывался и без нас. Но эти знания никак ему не помогут. Фениксы в безопасности в мире без магии. Драконам до них не добраться.

– Расскажи ему, – вздохнул Драмиэль. – То, что мне рассказывала. Про письмо.

Я подчинилась. Не бог весть какая тайна.

Ротберг слушал внимательно, не перебивая. Когда я замолчала, кивнул:

– Похоже, вы правы. Она не единственный феникс в том мире. Кто-то знал о ее существовании и о твоем, Натали. Письмо с медальоном доставили в нужный момент. Кто-то хотел, чтобы ты попала сюда, причем именно в Академию. Кто-то защитил тебя и позаботился, чтобы твою настоящую сущность не раскрыли никакие артефакты, пока ты не окрепнешь и не войдешь в полную силу.

– Но этот “кто-то” не знал, что ты полукровка, – добавил Драмиэль.

– Да, похоже, это смешало их планы.

– Их?

– Ну, я не думаю, что это все придумал и воплотил кто-то один, – я пожала плечами.

– А если так… может, тот второй феникс, которого мы никак не можем поймать, послан как страховка?

Я и Ротберг с удивлением глянули на Драмиэля. О чем это он?

– Какая страховка?

– Допустим, тебя отправили сюда с конкретной целью. А тут выяснилось, что ты не чистокровный феникс и эту цель не сможешь выполнить. Поэтому пришел второй.

– Мне это все напоминает один известный фильм, – пробормотала я растерянно.

– Фильм? Что это?

– Да так, ерунда.

– Так, подождите. Какой второй феникс? – перебил Ротберг. – Наталья здесь не одна?

Теперь я и Драмиэль с удивлением уставились на него.

– А вы не знаете?

– Ты не знаешь?

– Чего не знаю?

– О нападениях!

– Про убийства в Академии!

Мы говорили все вместе.

Ротберг потряс головой:

– Нет, до меня доходили слухи. Но я не знал, что замешан феникс. Там же вроде одна из невест принца виновна?

– Это официальная версия, – ответил Драмиэль, сделав мне знак не перебивать. – На самом деле все куда хуже. Но не будем пугать твоих слуг, королю и без них все известно.

Как раз в этот момент к столу подошел лакей, чтобы заменить нам тарелки. Когда он удалился, я произнесла вслух то, что не давало мне покоя уже долгое время.

– А почему именно Академия? Почему медальон перенес меня именно туда? Неужели тот, кто его прислал, так хотел, чтобы я там училась?

Подняв взгляд, я поочередно посмотрела на обоих мужчин.

Драмиэль выглядел озадаченным. Похоже, подобный вопрос не приходил ему в голову.

А Ротберг… Ротберг смотрел на меня напряженным, настороженным взглядом, в котором медленно разливалось понимание.

Похоже, он что-то знал.

Или догадывался.

Глава 11

Первым заговорил Драмиэль.

– Брат… – начал хриплым, чуть встревоженным голосом.

Ротберг остановил его