Жена с Изъяном.Месть бездушному дракону - Эйрена Космос

– Обычно чистокровные драконы рождаются после шести месяцев. Ваш ребёнок появится в срок по человеческим меркам. Думаю, у вас есть несколько месяцев, прежде чем вы увидите своего малыша, – отвечает Карлос, нервно теребя рукав дублёнки.

Несколько месяцев? Но он не сказал сколько. Поведение Карлоса заставляет моё сердце сжаться от дурного предчувствия. Лекарь явно что-то недоговаривает, избегает смотреть мне в глаза, словно боится, что я прочту в них правду.

– Ксандра, мой дар угасает, – едва слышно сообщает лекарь, его голос дрожит от волнения. – Так что я не уверен, что то, что я почувствовал, не ошибка.

Внутри всё обрывается, страх ледяными щупальцами впивается в сердце. Я чувствую, как земля уходит из-под ног.

– Да скажите как есть, умоляю! – Я не сдерживаю рвущиеся наружу эмоции.

Горячая слеза скатывается по щеке. Меня трясёт, словно в лихорадке, а горло сдавливает невидимой удавкой.

– Говорю же, скорее всего я ошибся. – Карлос бледнеет, на его лбу выступают капельки пота. – Я знаю одного сильного лекаря, сейчас он не практикует, но, думаю, если обратиться к нему, то Маркус не откажет. Я не хочу зря вас расстраивать. Говорю же, от моей магии совсем крохи остались.

– Крохи не крохи, а вы что-то почувствовали. – Мой голос звенит от напряжения. – Я обязательно обращусь к Маркусу, но я должна знать, что с моим ребёнком не так.

Карлос сглатывает, словно собираясь с духом.

– Ксандра, в малыше нет драконьей крови. По крайней мере, я её не чувствую.

Его слова будто удар под дых. В ушах звенит, перед глазами всё плывёт.

– Не может быть, – хриплю я, чувствуя, как холодеет всё внутри. – Но... ребёнок здоров?

Тягостное молчание лекаря режет острее любого ножа. Каждая секунда его молчания как вечность, наполненная страхом и отчаянием.

– Леди... – начинает он.

И от его тона у меня подкашиваются ноги.

Глава 24

– Леди... – тяжело вздыхает Карлос, собираясь с духом. – Я чувствую внутри вас тёмную энергию. Она окутывает ребёнка, словно кокон.

Земля уходит из-под ног, и я хватаюсь за руку лекаря, чтобы не упасть.

– Что значит тёмная энергия? – мой голос дрожит. – С малышом что-то не так?

– Нет-нет, – спешит успокоить меня Карлос. – Ребёнок развивается прекрасно, он абсолютно здоров. Но эта энергия... она будто защищает его. Или удерживает что-то внутри. Я не могу точно сказать – мой дар слишком слаб. Вам нужно обратиться к Маркусу, он живёт в горах, в трёх днях пути отсюда.

Глубоко вдыхаю морозный воздух, заставляя себя успокоиться. Паника сейчас – худший советчик. Я чувствую, как малыш шевелится внутри, и это придаёт мне сил. Он живой, здоровый, активный – это главное.

– Хорошо, – киваю я, выпрямляясь. – Я найду способ встретиться с Маркусом.

Как я беременная пойду в горы? Тут даже взрослый мужчина может не выдержать такой дороги. А я всего лишь слабая женщина.

Ладно, я найду способ.

Карлос прощается и уходит, оставляя меня одну посреди деревенской площади. Тело дрожит от пережитых эмоций, но почувствовав тепло изнутри, я слабо улыбаюсь.

– Все будет хорошо, мой малыш, – нежно шепчу я.

Только сейчас я замечаю, как выглядит деревня при дневном свете. Небольшие деревянные дома, укрытые снежными шапками, выстроились вдоль извилистых улочек. Дым из печных труб поднимается к серому небу. Вокруг колодца в центре площади собрались женщины, украдкой бросающие на меня настороженные взгляды.

Звонкий детский смех привлекает моё внимание. Группа ребятишек играет в снежки неподалёку, их румяные от мороза лица светятся радостью. Заметив меня, они на секунду замирают, а потом самый смелый, мальчишка лет десяти, подбегает ближе.

– Здравствуйте, леди. А вы та самая новая хозяйка Проклятого поместья? – спрашивает он, глядя на меня снизу вверх.

– Не знаю о каком проклятом поместье ты говоришь, но если о том каменном доме, то да, я там живу, – улыбаюсь я в ответ, кивая на поместье. – Меня зовут Ксандра.

Вокруг меня собираются и другие дети, их любопытные глаза блестят.

– А правда, что вы пришли нас спасти от вечной мерзлоты? – спрашивает девочка с рыжими косичками.

Я растерянно моргаю:

– Спасти от вечной мерзлоты?

– Ага! – подхватывает другой мальчик. – Только вы должны быть осторожны! Ночью нельзя выходить из дома – ледяная тень может забрать и заморозить! Кто тогда будет нас спасать?

– Ледяная тень? – переспрашиваю я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

А не этого ли боятся Уолтер с матерью? Что еще за ледяная тень?

– Да! Она приходит в самые холодные ночи, – шепчет рыжая девочка. – Мама говорит, что раньше здесь было тепло, цвели сады. А потом пришла она, и всё замёрзло.

– Сара, Стивен, а ну, живо в дом! – внезапно кричит молодая женщина, направляясь к нас.

В глазах ее я вижу неподдельный страх. Детей будто ветром сдувает. Рыжеволосая девочка и мальчик, что первый подошел ко мне, подбегают к ней с криками: “Мама! Мама! Ксандра нас спасет!”

– Прошу прощения за невоспитанность моих детей, я поговорю с ними, госпожа, – бросает мне женщина и так стремительно уходит, что я даже слова не успеваю сказать.

А местный люд запуган, но чем?

Провожая взглядом спешащую прочь женщину с детьми, я задумываюсь над словами ребятишек. Спасти от вечной мерзлоты? Что они имели в виду? Должно быть, существует какая-то местная легенда, передающаяся из поколения в поколение. Что-то связанное с этими горами, кристаллами и загадочной ледяной тенью.

Я поворачиваюсь к горам, и внезапно что-то внутри меня отзывается на их молчаливый зов. Это не ребёнок – это что-то другое, более древнее.

Теперь я смотрю на них совсем другими глазами. Не просто скалы, покрытые вечными снегами, а нечто большее... Живое? Разумное?

Порыв ледяного ветра заставляет меня поёжиться. Пора возвращаться домой, думаю, Катрин испугалась моего побега.

Но