После измены. Он тебя любит - Рина Каримова

Начальник провожает меня до самой двери квартиры.

Пусть разговор у нас теперь самый обычный. Как прежде. Чувствуется все иначе.

— Хороший вечер, — замечает Пылаев, держа мои глаза под прицелом своего пристального взгляда.

— Да, спасибо, — киваю.

Из гостиной доносится плач Кирюши. Няня его успокаивает. А я поворачиваюсь на звук.

Нужно туда. Поскорее. Сыночек проснулся, а меня нет рядом. Обычно вечерами мы все время вместе.

— Я пойду, — говорю.

— Конечно, — отвечает Пылаев.

Вижу, как он слегка морщится. Не нравится ему детский плач. Ну это логично. Может все-таки через это и продавить свой отказ?

Ну серьезно… зачем ему женщина с ребенком? Возрастная? Проблемная?

Однако Пылаев снова ставит меня в тупик.

— А может нам поехать куда-нибудь вместе? — вдруг спрашивает он. — Я имею ввиду — все вместе. С твоим сыном. Что детям нравится? Диснейленд?

— Думаю, для такой поездки еще рановато, — замечаю.

— Ну да, можно сперва где-то здесь. Поблизости. Просто я не в курсе, что тут у нас есть для детей. Дам поручение. Кто-то из моих подберет нам хорошие идеи. А ты потом сама выберешь.

— Хорошо, извини, мне… — нервно улыбаюсь.

Кирюша плачет.

— Да, иди, — говорит Пылаев. — Доброй ночи, Вера.

Закрываю дверь за ним. Быстро мою руки, наспех переодеваюсь. Иду к сыночку, беру его на руки, качаю, прижимая к груди.

— Так хорошо спал, и вдруг проснулся, — сокрушается няня.

Обнимаю Кирюшу.

Мой родной.

И как же нам быть? Не представляю, что будет, если Таиров осуществит свои угрозы. Слишком хорошо знаю бывшего. Он способен на все. Наше с ним противостояние будет очень серьезным.

33

Пылаев отправляет мне на почту письмо. Там разные варианты семейного досуга с детьми. Видно, что его помощник проделал серьезную работу.

А я надеялась, начальник оставит эту затею. Но видимо, он решил действовать по полной. Когда такой человек чего-то хочет, ставит какую-то цель, то его уже не остановить.

Босс решил действовать безотказным путем. Через заботу о моем ребенке. Ну да, если кто-то и правда хочет завязать отношения с женщиной, у которой есть малыш, то лучший способ действовать именно так.

Вот только в голове все равно не укладывается. Причем ничего.

Не подхожу я Пылаеву. Не его типаж. Тогда почему он так напирает? Мелькает мысль, будто хочет насолить Таирову через меня. Но это бредово звучит. Для такой цели он бы и раньше мог надавить. С самого начала. К тому же, как бы не выглядела ситуация сейчас, Пылаев и правда приметил меня давно. Еще на том новогоднем корпоративе. И он не знал, что я жена Таирова.

Бегло просматриваю письмо. Закрываю.

Телефон звонит. Смотрю на экран — мой редактор.

— Да, — отвечаю.

— Вер, ну что там? — спрашивает она. — Что с отпуском? А то от тебя никаких новостей нет? Уже начинаю переживать. Мне просто сегодня звонили. Нужно им дать какой-нибудь ответ.

— Не будет отпуска, — говорю.

— В смысле?

— В прямом смысле, — вздыхаю.

— Подожди, ты серьезно хочешь сказать, что Пылаев не даст тебе отпуск?

— Да.

— Ты уверена?

— Более чем.

— Вер… — она запинается. — Как же теперь быть, Вер?

— Никак, — выдаю. — Тут только отказаться. Объясни, что из-за работы у меня ничего не получится.

— Ты шутишь? Или издеваешься? — в динамике слышится нервный смешок. — Вер, ты вообще понимаешь, о чем идет речь? Какие для тебя откроются шансы? Какие будут возможности? Это центральный телеканал. Прайм-тайм! Думаю, ты не вполне… хм, трезво оцениваешь ситуацию.

— Ну допустим, — рассеянно бросаю. — А что еще можно сделать?

— Поговори с Пылаевым. Снова объясни ему все. Постарайся подобрать слова. Донеси до него как-то…

— Нет, это бесполезно.

Босс четко дал понять свое мнение. Глупо будет что-то оспаривать, когда он уже все решил. Было заметно, как его бесит само упоминание шоу. Да и если он меня туда отпустит, то не будет этого рычага давления.

— Тогда увольняйся, — уверенно заключает редактор.

— Что — прости?

— Ты меня слышала. Нет никакого смысла держаться за это место. Ну ты в случае чего можешь в другой ресторан устроиться. К тому же, блог у тебя есть. Нельзя терять такой джек-пот.

— Нет, я не могу так поступить.

— Почему?

— Потому что я должна быть трудоустроена. Официально. И стаж должен быть не месяц, не два. Не хочу вдаваться в подробности. Но мне это необходимо сейчас. К тому же, я многим обязана Пылаеву. Он столько раз шел мне навстречу, что… нет, это даже не обсуждается. Не теперь. Не в данный момент так точно.

— Глупости не говори.

— Все…

— Не дури, Вер. Подумай, пожалуйста. Что тебе эта работа, когда тут такое? Ты представляешь какая очередь стоит, чтобы сняться в шоу? Тем более, в одном кадре с Крестовским!

Нет, я все очень даже четко представляю. Понимаю. Про возможности, про шансы. Но еще я понимаю, что работа у меня сейчас реальная, настоящая, такая, которая будет весомым аргументом в суде. А вся эта история с шоу призрачная. Может выгорит, а может и нет.

Вот так помчусь за журавлем в небе, но потеряю синицу в руках. И если начнется разбирательство с бывшим мужем, что я скажу, когда меня судья спросит насчет работы? Что уволилась ради съемок в ТВ-шоу?

К тому же, есть элементарная порядочность. Благодарность. Пылаев меня столько раз выручал, а я… кем буду, если вот так поступлю? Уволюсь?

— Вер, ты меня слышишь? — зовет редактор.

— Да, давай потом поговорим. Мне домой пора ехать.

— Хорошо. Набери меня обязательно.

Убираю телефон.

И правда — пора домой. Вызываю такси, еду вся в своих мыслях. Выхожу, по привычке первым делом проверяю почту. Забираю квитанции и еще что-то.

Смотрю на конверт — чувствую напряжение.

Это же…

Нервно разрываю его. Достаю бумагу. Застываю. Кажется, мир сейчас дрогнул перед глазами, завибрировал.

Повестка. Меня вызывают на судебное заседание.

Читаю. Заторможенно осознаю суть. Таиров подал в суд иск об установлении отцовства. Хочет провести генетическую экспертизу.

Конечно, он уже сам все провел. Показывал же мне ДНК-тест. Но вряд ли частный анализ пройдет в суде. Вот он и требует новый. Официальный.

Вот и все. Теперь не отвертеться.

34

Бессонная ночь. Напряженный день. Работаю с трудом, путаю простейшие ингредиенты в рецептах.

— Вера, ты чего? Что с тобой?

— Тебе нездоровится?

Сыплются вопросы.

— Да, — решаю не отрицать. — Неважно себя чувствую.

— Тогда может