Крик во тьме - Денис Гровер Сванк

— Надеюсь, что эта проблема решится. Я думаю, они позволят мне вернуться в мою комнату в мотеле, а, если нет, я попрошу Макса дать мне другую.

— Не беспокойся об этом, — сказал он, шлепая еще один кусок хлеба поверх сотворенного им беспорядка и убирая сэндвич в пластиковый пакет. — Оставайся столько, сколько нужно. Все знают, что тот мотель не подходит даже для бродячих псов, поэтому я охотно принес простыни.

— Спасибо тебе, — сказала я. — Вы с Рут добры к незнакомке.

— Рут говорит, что ты хороший человек, — ответил Франклин, бросая сэндвич, большой пакет чипсов и заранее упакованный капкейк в ланч-бокс. — Раз она так говорит, я ей верю.

— Спасибо, Фрэнк — то есть, Тейтер. Если я могу чем-то помочь, вы с Рут говорите.

— Я лишь рад, что она получила помощь в таверне, — Он широко улыбнулся. — Можешь называть меня Франклином, если хочешь. Не стесняйся сделать себе кофе, сходить в душ и прочее. Рут оставила для тебя в ванной вещи, на случай если ты проснешься раньше нее.

— Спасибо, — поблагодарила я снова, когда он направился к двери. — Хорошего дня.

Он снял бейсбольную кепку с крюка у двери, надел ее на голову, а затем отсалютовал мне козырьком.

— Тебе тоже.

После того, как он ушел, я налила себе чашку кофе — нашла сливки в холодильнике — и понесла чашку с собой в ванную. Лицо Сета промелькнуло в моей голове, и я вздрогнула, пытаясь прогнать это воспоминание.

Я сняла с себя огромную кофту Макса и вздрогнула, когда увидела пятна крови на своей майке, полученные тогда, когда Сет кашлял на меня. Рут стерла кровь с моих рук и лица, но под кофтой сохранились свидетельства моей причастности к смерти Сета.

Ужаснувшись, я сняла ее через голову и бросила на пол, села на туалет и заплакала, пытаясь приглушить рыдания, чтобы не разбудить Рут.

Я не могла этого сделать. Мне нужно было убираться из Драма. И не после того, как Вайатт починит мою машину — мне нужно было уехать сегодня.

Когда Рут отвезет меня в Гринвилль на встречу с мистером Чалмерсом, я найду расписание автобусов и составлю план, как выбраться из города. Но сначала мне нужно было забрать свои вещи из комнаты в мотеле. По крайней мере, мне нужны были деньги и совершенно новые документы. В данный момент, у меня из вещей буквально была лишь пижама и окровавленная майка.

Я смыла грязь и оставшуюся кровь, высохшую на моей коже, помыла волосы. Большую часть процесса я позволяла себе плакать, но, когда выключила воду, выпрямила спину и собралась с мыслями. Я могла либо предаться отчаянию или сделать что-либо, чтобы выбраться из этой ситуации. Пожалеть себя я смогу позже.

Выйдя из душа, я нашла вещи, который Рут оставила для меня на полках. Трусики и белое кружевное бра, джинсы и бледно-голубая рубашка на пуговицах. Бра был на один размер больше, а джинсы немного узки в бедрах, но я не выглядела так, будто носила чужую одежду. Рут не просто дала мне запасную одежду. Она продумала наряд с умом.

У меня не было косметики, чтобы скрыть темные круги под глазами, но с этим я ничего не могла поделать. Я просушила полотенцем волосы, а затем направилась на кухню.

Рут сидела за кухонным столом в пижаме, держа обеими руками чашку кофе, и читала бумажный роман. Она подняла взгляд и улыбнулась.

— Чувствуешь себя лучше?

— Удивительно, как помогает принятие душа.

— Как и хорошенько проплакаться, — сказала она с сочувствием.

— Прости, — я поморщилась. — Я пыталась не потревожить тебя.

— Не смей извиняться, — сказала она, откладывая книгу в сторону и вставая. — Ты испытала прошлой ночью сильнейшую травму. Честно говоря, я бы подумала о тебе что-нибудь нехорошее, если бы ты после такого не плакала.

— Просто…

Перед моими глазами снова появилось лицо Сета, и в моем горле тотчас образовался ком.

Рут по-быстрому обняла меня, затем снова отстранилась.

— Никаких извинений. Я пойду приму душ, потом предлагаю выехать в город и позавтракать в кафе. Я хочу проверить, как там Макс, и надеюсь, что мы сможем забрать твои вещи из комнаты. Мы с Франклином хотим, чтобы ты пожила у нас, пока с твоей машиной эта неразбериха.

— Спасибо, Рут. Ты не представляешь, как я ценю твою щедрость.

— Пустяки.

Она пожала мою руку, а затем исчезла в ванной. Двадцатью пятью минутами спустя, она появилась, одетая в джинсы и объемный черный свитер, который хорошо смотрелся на ее фигуре. Она потратила время на то, чтобы просушить волосы феном и нанести на лицо немного теней и туши.

— Нужно будет подыскать тебе какую-нибудь куртку.

— Все нормально, скоро я заберу куртку из своего номера, — ответила я.

— Мне стоило дать тебе свитер.

— Я в порядке, — я махнула рукой.

— Все подошло?

— Грудь у тебя побольше, чем у меня, но чашечки пуш-ап творят чудеса, — рассмеялась я.

Рут засмеялась тоже, но вскоре веселье покинуло ее лицо. Она протянула руки и взяла меня за плечи.

— Я здесь, если надо, девочка. Ты поняла?

Я снова была готова заплакать, проклятье. Я кивнула.

— Спасибо тебе.

— Пошли поищем еду и кофе, который не напоминает по консистенции моторное масло. Черт. Я люблю этого мужчину, но Франклин варит просто отвратительный кофе.

* * *

Я внимательно следила за дорогой, пока мы ехали в город. Я поняла, что мы находились не так уж далеко от Драма по прямой. Однако узкая, мощеная дорога петляла влево и вправо, пока мы спускались к городу, отчего путешествие казалось дольше. Снег, припорошивший дороги по краям прошлой ночью, по большей части растаял.

— Дом Хэнка Чалмерса в той стороне, — сказала Рут, показывая на гравийную подъездную дорогу с моей стороны.

Хэнк, так звали дедушку Сета. Дом стоял примерно в семидесяти футах от дороги, и я смогла разглядеть перед домом несколько машин помощников шерифа.

— Что они там делают? — спросила я, чувствуя, как сердце бьется в горле. Что, если они найдут те улики, которые спрятал Сет?

Рут поджала губы.

— Скорее всего, ищут наркотики или пытаются понять причину, по которой его убили, — она повернулась, чтобы посмотреть на меня. — Он ничего не говорил?

Меня охватило чувство вины, и мне пришлось отвернуться, перед тем как ответить.

— Он был напуганным ребенком, который хотел убедиться, что его дедушка знает, что он любил его.

— Так он что-то сказал тебе, кроме того, что попросил не оставлять его одного? — спросила она с удивлением. — Тому помощнику шерифа ты рассказала иное.

Ох. Проклятье.