До самой смерти - Элис Вайлд

Нет.

Если Смерть не сможет доказать, что сдержал свое слово, то неважно, как сильна моя любовь к нему. Я не смогу быть с тем, кто так поступил.

Схватив бумагу, я возвращаюсь в спальню. Снова заворачиваю книгу и прячу под матрас, не желая рисковать тем, что ее найдут и отберут. Мне все еще нужно найти чернила, чтобы написать записку, но хотя бы первый шаг сделан.

Лежа на кровати, я смотрю в темный потолок и позволяю мыслям блуждать.

Как ни стараюсь, они вновь и вновь возвращаются к Смерти. Сердце сжимается, когда я пытаюсь перестать мечтать о будущем с ним. Как бы мне ни хотелось спасти отца, моя жизнь ничего не значит без Смерти.

Может, в каком-то смысле так даже проще. Мне больше не дорога моя смертная жизнь, если все, что я любила, уже потеряно.

Резко сажусь и одергиваю себя.

Жизнь со Смертью никогда не была возможна. Это всегда была лишь мечта.

Даже если бы мы победили, даже если бы я вернулась в свое тело, я – смертная. Мы не смогли бы провести всю жизнь вместе, не смогли бы вместе состариться.

А если бы и смогли, то он наблюдал бы, как я старею и умираю. Мое тело не выдержало бы его вечности.

В конце концов все равно осталась бы только смерть.

Я не должна позволять себе даже мечтать об ином исходе. Мысленно встряхнувшись, я начинаю мерить шагами комнату, пытаясь сосредоточиться на задаче – я должна спасти отца, а не жалеть о своих ошибках.

Подхожу к окну и осознаю, что уже стемнело.

Глядя на беззвездное небо, чувствую, как тьма снаружи отражает ту, что в моем сердце.

Живот тихо урчит, напоминая о голоде. Я прижимаю ладонь к животу и заставляю его замолчать. Я помню, как ложилась спать голодной раньше. Выдержу и это, если Аид решил играть в такие игры.

Живот снова громко урчит.

– Тише, – шепчу. – Я не сдамся из-за тебя.

И тут раздается другой звук – низкое рычание… на это раз это не мой желудок.

Я замираю, волосы на затылке встают дыбом. Из-за двери доносится хриплое дыхание и шорох, словно там бродит крупное животное.

Сердце подпрыгивает, когда я вспоминаю, что Эрос умеет превращаться. Он нашел меня! Каким-то чудом он пробрался во дворец Аида и пришел за мной.

Надежда переполняет меня, я делаю шаг к двери в тот самый момент, когда в замке поворачивается ключ.

Улыбка появляется на моих губах, но гаснет, когда дверь открывается. На пороге стоит не зверь и не Эрос… а мужчина, которого я никогда прежде не видела.

Он прекрасен и ужасен одновременно. Его фигура заполняет весь дверной проем. Темные волосы небрежно зачесаны назад, мощные плечи, четкие черты лица, густые брови и полные губы. В нем сливается сила и опасность, словно сдерживаемая буря.

Он входит в комнату, острый взгляд внимательно изучает пространство пока не останавливается на мне.

Я замираю, сердце сбивается с ритма.

– Кто ты?

Он молчит, склоняя голову набок, и продолжает рассматривать меня глазами, которые словно горят изнутри. Я отступаю на шаг и замечаю, что он хмурится. Без слов переступает порог, входя в комнату.

– Кто ты? – повторяю громче.

Он все так же не отвечает, делает еще шаг навстречу мне. Жар от его тела ощущается даже на расстоянии, из-за чего холодок пробегает по коже.

– Я настаиваю, чтобы ты назвал себя.

Он поднимает бровь.

– Это мне стоит спросить, кто ты, – наконец произносит он низким и глубоким голосом, заполняющим всю комнату.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я.

– Как так получилось, что ты, простая смертная, сумела очаровать Смерть, не говоря уже об Эросе и владыке Подземного мира?

Я сглатываю, не зная, как ответить. Откуда ему это известно? Он враг или союзник?

Моя голова бешено работает над поиском ответов на эти вопросы, пока я пытаюсь оценить ситуацию.

– Ты ошибаешься. Я никого не очаровывала, по крайней мере, это никогда не входило в мои планы… Я лишь хочу спасти жизнь своего отца.

Он щурится, пристально глядя в глаза, и я понимаю, что не могу отвести взгляд. В нем есть что-то знакомое, но все же я уверена: мы никогда не встречались.

– Любопытно, – бормочет он себе под нос.

Он делает еще шаг, и черные волосы падают ему на лоб. За секунду он превращается из устрашающего монстра в нечто похожее на щенка, чьи уши слишком велики для его головы.

– Откуда ты можешь знать о чувствах Смерти и Эроса? – спрашиваю я, пятясь. – Почему ты здесь? Что тебе нужно от меня?

Он фыркает в ответ.

– Что нужно от тебя? Ничего. Но твоя связь со Смертью и другими вызывает у меня большой интерес, – отвечает он, приближаясь. Его взгляд скользит по мне, будто прожигая насквозь.

– В тебе есть что-то, что притягивает их. Что-то, что заставляет видеть в тебе не просто смертную. И я хочу знать, что именно.

– Но откуда ты это знаешь?

– Как же мне не знать, если только о тебе они все говорят? К тому же твой запах был на них повсюду. Не могло быть и речи ни о ком другом.

– Ты был с ними? – спрашиваю я, чувствуя, как щеки заливает жар, а сердце пропускает еще один удар. До меня доходит, что именно мог сделать Эрос. Я отступаю, когда он снова делает шаг вперед. Теперь между нами практически не остается расстояния, я почти прижата к стене.

– К несчастью, да. А теперь скажи мне, крошечное человеческое создание, как ты это делаешь?

Он снова склоняет голову набок, резкое движение пугает… и тут тусклый свет отражается от чего-то в его ухе.

Сапфировая серьга.

Почему он кажется мне таким знакомым?

Моргаю, и кусочки мозаики начинают складываться воедино.

Мы уже встречались, но тогда он был не в этом обличии.

– Цербер, – выдыхаю я.

– Значит, догадалась, – говорит он с ухмылкой, обнажающей его острые клыки. После делает еще один шаг ко мне.

– Цербер. Цербер, стой! – приказываю я, чувствуя, когда расстояние между нами становится мучительно близким.

Не знаю, что на меня нашло, почему я вообще думаю, что могу ему приказывать, но это не останавливает меня. Выпрямившись, я указываю на его ноги и повторяю:

– Стоять!

Он замирает.

Глаза расширяются, будто он сам поражен не меньше, чем я. Цербер опускает взгляд на свои ноги, потом снова смотрит на меня. В его глазах вспыхивает что-то дикое, первобытное, и я чувствую,