Продается поместье с невестой - Генриетта Рейд

К тому времени, когда они достигли окраины Маркет-Брэдбери, почти совсем стемнело. Труди решила, что лучшего времени, чтобы сообщить Клайву о своей отставке, не найти. Устремив взгляд на дорогу, она скороговоркой произнесла заранее заготовленные слова, понимая, что он сочтет их нелепыми и неблагодарными.

Некоторое время Клайв хранил молчание, затем сбросил скорость и остановил машину у ворот, выходящих на поля. После чего повернулся к девушке.

— Давайте повторим все снова, — спокойно сказал он. — Должен признаться, я не понял истинного смысла ваших слов. Вы имеете в виду, что не придете только завтра, или намереваетесь вообще оставить работу?

— Оставить, — неуклюже произнесла Труди.

— Понятно. — Некоторое время он смотрел из окна машины на поле созревающей кукурузы. — Могу я поинтересоваться, что сподвигло вас на принятие такого решения? Уж не собрались ли вы замуж за этого достойного молодого человека, Ричарда Верлинга?

Уловив пренебрежительные нотки в голосе Клайва, Труди встала на защиту Ричарда:

— Почему вы всегда говорите о нем так, словно презираете его?

— Вы не ответили на мой вопрос, — настаивал Клайв.

Она повернула к нему свое решительное задиристое личико.

— С какой стати мне отвечать на него? — произнесла она. — Это не ваше дело.

— Напротив, — возразил он. — Будучи вашим работодателем, я имею право узнать мотивы, побудившие вас уйти.

— Вы надо мной смеетесь!

Клайв посмотрел на ее маленькое заостренное личико в сгущающихся сумерках, подавшись вперед, взял ее за подбородок и повернул к себе.

— Почему бы и нет? — мягко произнес он. — Вы кажетесь такой юной, растерянной и ранимой. Все выдуманные вами причины будут незначительными. Но вы прекрасно помните, какой была Люсиль до того, как вы стали ее гувернанткой, вы также терпели меня, несмотря на мои странности.

— Все совсем не так, — неловко принялась оправдываться Труди. — Люсиль все сделала сама. Девочка во мне не нуждается, ее поведение на празднике урожая лишь подтвердило это.

— Понятно. — Клайв принялся задумчиво барабанить пальцами по рулевому колесу. — Так вы хотите чувствовать себя желанной и любимой! Именно поэтому бросаете работу, едва столкнувшись с первыми трудностями?

— Не совсем, — запинаясь, произнесла она. — Я в любом случае не могу оставаться на «Мызе».

— Ясно. — Он задумчиво посмотрел на девушку. — В таком случае вы не сможете придумать отговорку, чтобы отказаться прийти на празднование дня рождения моей племянницы.

Труди удивленно взглянула на Клайва.

— Нет-нет, это не моя блестящая идея. Это предложение миссис Дайерз. Устроив праздник, она хотела продемонстрировать свое кулинарное мастерство. А для Люсиль это будет означать, что происшествие на празднике урожая забыто.

— Возможно, — произнесла Труди, припоминая, как замкнуто вела себя девочка в последнее время.

Клайв завел двигатель.

— Между прочим, если вы собираетесь покинуть нас, почему бы вам не прийти на день рождения Люсиль вместе с Ричардом Верлингом? Это убедит его в том, что, несмотря на мою зловещую репутацию, я абсолютно безвреден.

Когда они проезжали по улицам города, часы на здании муниципалитета пробили одиннадцать. Клайв остановился у Мэриголд-коттеджа и небрежно попрощался. Труди проводила взглядом отъезжающий автомобиль и открыла калитку. Дом безучастно смотрел на нее темными окнами. Девушка медленно шла по дорожке к дому. Она в нерешительности искала в сумочке ключ, когда заметила, что в тени крыльца кто-то скрывается. Незнакомец не произнес ни слова, и девушка почувствовала удушливую волну ужаса.

— Я наблюдал, как ты прощалась с Клайвом-Рэнкином. Довольно сдержанно, надо заметить.

Она облегченно вздохнула:

— Ричард, как же ты меня напугал!

Увидев лицо Ричарда, Труди отпрянула. Даже в тусклом-свете было заметно: оно побелело от ярости.

— Что я должен думать, выясняя, что ты укатила с Рэнкином, радостная и разряженная?

— Это тебе мисс Оскотт рассказала, да? — спросила Труди.

— И что из этого? Согласен, эта женщина — адская сплетница, но она не слепая.

Внезапно Труди вспомнила о своем намерении оставить работу на «Мызе», а также то, насколько спокойно воспринял это известие Клайв.