Как очаровать графиню - Карен Хокинс

— Что вы делаете?

— А что такого? Да вы разнервничались!

Плутовская улыбка Сина красноречиво свидетельствовала о том, что он прекрасно понимает, как действует на девушку.

В игру играют двое, не так ли? Что ж, поиграем.

— Это вас волнует, милорд? — Грудь Роуз коснулась жилета Сина. Улыбки на его лице как не бывало. Девушка наблюдала за ним сквозь густые ресницы, забавляясь произведенным эффектом. — Что-то не так? Может статься, я стою чересчур близко?

Глаза Сина потемнели:

— На вашем месте я был бы осторожней, мисс Бальфур!

— С чего бы вдруг? Боитесь, как бы я не ввела вас в соблазн? О-о-о, погодите, я что-то перепутала: ведь это вы грозились соблазнить меня! Как меня угораздило позабыть?

Син улыбнулся ей почти нежно:

— В последний раз, когда вы стояли столь близко, дело для меня кончилось разбитым подбородком и ушибленным плечом. Похоже, вы приносите несчастья, мисс Бальфур!

Искренняя насмешка, звучавшая в его низком голосе, отбила у Роуз охоту продолжать в том же духе. Она была готова к тому, что он рассердится, даже разозлится — но эта кривоватая ухмылка сбила девушку с толку. Он совершенно непредсказуем! Он — воплощенная тайна, требующая разгадки. Но как же опасно это может быть…

— Я рада, что вы так быстро оправились после падения, милорд…

Син осторожно шевельнул плечом:

— Полагаю, еще не вполне оправился, однако спасибо на добром слове. — Он поднял бровь. — Понравился ли вам ужин? У вас за столом, похоже, царило веселье…

— О да, ваша тетушка развлекала нас рассказами о своей молодости, проведенной при дворе. А на вашем краю стола, как мне почудилось, было настоящее сонное царство!

— Увы, мисс Фрэзер нашла первое блюдо слегка пресноватым, потому, верно, и продремала до конца трапезы. В какой-то момент я стал всерьез опасаться, что она упадет лицом прямо в черепаховый суп.

— Да, похоже, она только и делает, что спит! — хихикнула Роуз.

Взгляд Сина уперся прямо в лоб девушки:

— А ваш синяк не столь выразителен, как я ожидал.

— Синяки для меня — штука нечастая. Я довольно крепкая. — Девушка оглядела комнату и прибавила: — Похоже, в отличие от большинства присутствующих.

— Да, гости подобрались один к одному… Боюсь, если вы приехали в замок Флорз с целью развлечься, то будете сильно разочарованы. — Глаза его блеснули. — К счастью, наше с вами… пари не позволит нам соскучиться. Мы можем…

— Как мило! — Мягкий голосок леди Шарлотты нарушил их тет-а-тет. — Обожаю старые добрые пари! — Она подошла незаметно и стояла теперь прямо подле молодых людей, выжидательно глядя на них. — Прошу, расскажите, кто кому бросил вызов и каковы ставки?

Син взглянул на нее без тени улыбки:

— Не стоит внимания.

Роуз же изобразила удивление:

— Лорд Синклер, неужели вы уже сдались?

— Я никогда не сдаюсь, — сощурился Син и, повернувшись к леди Шарлотте, прибавил сурово: — Я просто предложил мисс Бальфур посостязаться во время верховой прогулки.

— Честно признаться, он предложил мне нечто большее, нежели просто состязание, — вставила Роуз с чарующей улыбкой. — Сейчас мы как раз обдумывали наши ставки…

Леди Шарлотта с довольным видом воскликнула:

— Ваша светлость, вы только послушайте! Лорд Синклер и мисс Бальфур задумали какое-то состязание и сейчас побьются об заклад!

Глаза всех гостей устремились на спорщиков. Леди Маргарет приблизилась.

— Итак, — нетерпеливо воскликнула она, — что за схватка вам предстоит?

— Ничего особенного, — отмахнулся от любопытствующих Син. — Всего лишь скачки наперегонки во время завтрашней прогулки.

— И… это всё?

— Нет, — возразила тотчас Роуз. — У нас целая серия поединков. Это будет лишь первый…

— Прекрасно! — воскликнула довольная герцогиня. — Звучит многообещающе!

— А я с радостью буду принимать ставки! — предложила леди Шарлотта. — Макдугал, принесите, пожалуйста, грифельную доску из библиотеки!

— Ставлю двадцать фунтов на мисс Бальфур! — сказал Манро.

— Простите меня, мисс Бальфур, но не в моих привычках швыряться деньгами, — объявил лорд Камерон. — Поэтому мои двадцать фунтов на лорда Сина…

Обе мисс Стюарт поставили на Сина, а вот их папенька, к изумлению собравшихся, поставил два фунта на Роуз.

Покуда гости суетились у грифельной доски, Син склонился к Роуз и шепотом спросил:

— Чего вы надеетесь добиться при помощи этой маленькой хитрости?

— Всего лишь свидетелей, — нежно улыбнулась ему девушка. — И чем больше их будет, тем лучше.

— Эти свидетели глуховаты и подслеповаты, толку вам от них будет мало, — Син покачал головой. — Даже будь у вас тысяча свидетелей и пристальных наблюдателей, все равно я до вас доберусь!

— А я все равно ускользну! Вам не удастся соблазнить меня, лорд Син. Никогда.

— А вот это мы еще увидим! — ухмыльнулся Син.

Да, она за словом в карман не лезет… и не боится обнаруживать порывов. Еще каких-то пару минут назад он с изумлением поймал на себе взгляд Роуз — такой, словно она намеревалась овладеть им прямо здесь, в библиотеке. И вот на ж тебе… Ее страстный взор и рассмешил, и изумил Сина. Она назвала себя «женщиной с опытом» — похоже, она не лгала. Ведь только опытная женщина способна владеть собой при столь щекотливых обстоятельствах, да еще и в присутствии посторонних!

Да, она желает его не меньше, чем он вожделеет ее — оттого еще более странным выглядит то, что ее, похоже, вовсе не интересуют ни его деньги, ни его титул. А ведь в ту самую первую их встречу Роуз вполне могла бы в слезах поклясться, что он погубил ее невинность — и ей бы поверили! Ей ничего не стоило бы тогда потребовать, чтобы он женился на ней, чтобы восстановить ее репутацию — однако ничего похожего у нее и в мыслях не возникло…

Стало быть, Роуз на самом деле не похожа на известных ему женщин. Но в чем тут загадка?

— Мисс Бальфур, а почему вы приняли приглашение моей тетушки?

— Потому что быть приглашенной в замок Флорз — честь для меня. И как могла я отказать своей крестной? Ведь она весьма решительная дама.

— И вы даже понятия не имеете, насколько решительная! И насколько она может быть настойчива! — Син поглядел на герцогиню — та, стоя подле леди Шарлотты, рассматривала перечень ставок на доске. — Сдается, тетушка полагает, что вы великолепный жокей…

Глаза Роуз ярко вспыхнули:

— Дома я езжу верхом ежедневно!

Стоило ей заговорить о чем-то, всерьез трогающем сердце, лицо ее преображалось. Волнение и страсть превращали ее из почти хорошенькой в ослепительную красавицу!