Отбрось сомнения - Джоанна Лэнгтон

— Я должна сообщить тебе нечто очень важное…

— Надеюсь, речь не пойдет о другом мужчине? — сухо спросил Эдвин.

Хилари нервно ухмыльнулась.

— Нет.

— Слава Богу! Я уже настраивался на самое худшее. Итак, в чем же дело?

Хилари порывисто вздохнула.

— Речь пойдет о событиях пятилетней давности.

— Милая, умоляю тебя, давай оставим все это в прошлом. Мы вновь встретились, но уже в нынешней жизни, в настоящем. Все, что происходило когда-то, не столь важно! — Эдвин нетерпеливо всплеснул руками.

— Ошибаешься, — ответила Хилари несчастным голосом. — То, о чем я собираюсь тебе сообщить, случилось именно пять лет назад.

Эдвин насторожился.

— Помнишь, перед тем, как заняться с тобой любовью впервые, я сказала, что принимаю кое-какой гормональный препарат? — спросила Хилари.

Эдвин нахмурил лоб.

— Ах, да! Наверное, именно поэтому у меня тогда и мысли не возникло, что ты еще девственница…

— Те таблетки врач выписал мне для того, чтобы избавиться от… юношеских прыщиков, — у меня были с этим некоторые проблемы. — Она выдержала небольшую паузу. — Я должна была принимать тот препарат на протяжении трех месяцев. В тот момент, когда таблеток оставалось всего десять штук, я потеряла их, понимаешь?

Лицо Эдвина потемнело. Он непонимающе качнул головой и окинул Хилари возмущенным взглядом.

— Неужели ты хочешь сказать, что просто перестала пить тогда таблетки, даже не подумав о каком-нибудь другом способе защиты?

Хилари покраснела и уставилась в бокал с вином.

— Я знаю… что поступила непростительно глупо, — пробормотала она, заикаясь от волнения. — Решила, что, пропив препарат целых два с половиной месяца, могу еще некоторое время не бояться забеременеть… — Она хихикнула, желая дать понять, что находит свой поступок чрезвычайно неразумным, но Эдвин оставался крайне серьезным.

— Почему ты ни с кем не посоветовалась? — спросил он, уничтожая ее взглядом.

Она беспомощно пожала плечами.

— С кем мне было советоваться? О моих отношениях с мачехой тебе известно. У подруг опыта и знаний в этом вопросе было не больше, чем у меня.

— А мне почему ничего не сказала? Хилари растерянно хлопнула ресницами.

— Как-то в разговоре ты упомянул, что презервативы терпеть не можешь… Поэтому я и не стала озадачивать тебя.

Эдвин раздраженно фыркнул.

— Это не оправдание, Хилари! Такими вещами не шутят, разве ты не понимаешь?

Его слова прозвучали резко и недружелюбно, и она гордо приподняла голову.

— Только не начинай меня отчитывать! Дай возможность рассказать хотя бы о том, чем все закончилось.

Эдвин хмыкнул, но ничего не добавил.

— Короче говоря, случилось то, чего я не смогла избежать из-за собственной неосмотрительности. Я забеременела…

Эдвин сидел неподвижно. Его красивое лицо казалось в этот момент каменным.

— …и буквально за три недели до судебного разбирательства родила девочку, — выпалила Хилари, не веря, что наконец рассказывает ему о самом главном.

Последовавшая тишина была настолько напряженной и тяжелой, что давила на Хилари подобно каменной плите.

— Почему, черт возьми, я узнаю столь сногсшибательную новость только сейчас? — рявкнул Эдвин, неожиданно нарушая молчание.

Хилари вздрогнула.

— Не кричи на меня!

— Не кричать? Четыре года назад на свет появилась моя дочь, а мне никто не удосужился поведать об этом! — кипя от возмущения, воскликнул Эдвин. — Считаешь, сейчас я в состоянии сохранять спокойствие?

— Я намеревалась поговорить с тобой, когда приехала на суд. Но ты не пожелал уделить мне и пары минут своего драгоценного времени! — тоже выходя из себя, ответила Хилари. — Ты унизил меня в присутствии своих друзей и родственников!

— Тогда я все еще пребывал в состоянии эмоционального потрясения, — мрачно произнес Эдвин — После гибели мамы.

— Между прочим, я находилась в таком же состоянии! — заметила Хилари. — Я лишилась отца! Но у меня, в отличие от всех остальных, кто потерял в той страшной аварии близких, не было ни права на открытую скорбь по папе, ни поддержки со стороны окружающих!

Эдвин тяжело вздохнул.

— В конце концов речь сейчас идет не об этом. Ты могла связаться со мной по телефону, сообщить о своей беременности по почте.

— Я пыталась позвонить тебе, — немного успокоившись, произнесла Хилари. — Но у тебя изменился телефон…

— Хилари! Найти меня не составило бы большой проблемы! Уже тогда я возглавлял крупнейшее во Флориде радиоэлектронное предприятие! ~ с раздражением заметил Эдвин.

Она почувствовала, что от обиды у нее темнеет перед глазами. События пятилетней давности вновь ожили перед ее глазами с невероятной ясностью, и она закусила губу, желая удержаться и не расплакаться.

— Во-первых, я была еще слишком молода, чтобы догадаться, как тебя найти, — сказала она подчеркнуто холодно, проглотив подступивший к горлу ком. — Во-вторых, у меня было слишком много проблем. Если ты считаешь, что я могла себе позволить целыми днями только тем и заниматься, что искать способ связаться с тобой, ты крупно заблуждаешься.

Воспоминания о безрадостном прошлом доставляли ей боль. Но она была вынуждена рассказать ему все, что с ней приключилось, так как надеялась, что в таком случае он ее поймет.

— После смерти папы все его имущество перешло к Анне. Так он сам пожелал, завещал все, что имел, ей, — продолжила она. — Некоторое время я жила с ней, но потом была вынуждена уйти из дома. Когда Анна узнала о моей беременности, с ней приключилась настоящая истерика. Не долго думая, она указала мне на дверь. Несколько недель я жила у подруги… Спала на полу… У нее-то меня и разыскал мамин племянник, мой двоюродный брат. Он очень мне помог. Сам перевез от Анны к себе все мои вещи, выделил для меня просторную комнату. Если бы не Освальд, не знаю, что бы со мной было… — Теперь ее голос звучал жалобно. Ей до жути хотелось услышать от Эдвина слова сочувствия.

Но он напряженно молчал. Будто ждал чего-то самого главного.

Хилари вопросительно посмотрела ему в глаза. Он презрительно скривил губы.

— Я догадываюсь, чем закончились твои скитания, — произнес он обжигающе ледяным тоном. — Ты отдала мою дочь в детский дом, и какая-то семья уже забрала ее оттуда. Правильно?

Хилари неуютно поежилась, как будто от внезапно налетевшего порыва северного ветра.

— Нет. Неправильно.

Вообще-то, он неспроста сделал подобный вывод, подумала она, вспомнив, что при последних их встречах — в Юте и здесь, в Майами-Бич, — Лили не было поблизости.