Такая разная любовь - Маргарет Пембертон

Примми с трудом поднялась, ноги по-прежнему ее не слушались. Ей и прежде приходилось оставаться одной в пустом доме, но никогда еще жилище Лейнов не казалось ей таким пустынным и заброшенным, как сейчас.

Она медленно вернулась в комнату и присела на край постели. Кики явно ничего не подозревала об истинных отношениях матери с Дженни Рис, и Примми вовсе не собиралась просвещать ее на этот счет. Пусть это делает сама миссис Лейн или в крайнем случае доктор Лейн.

Хорошо понимая, как глубоко несчастен был отец Кики, она почти не сомневалась: мистер Лейн все знал.

Хотя в комнату по-прежнему вливались потоки солнца, жара уже спала. Примми взглянула на часы. Пятнадцать минут восьмого. С тяжелым сердцем она ожидала возвращения доктора Лейна.

Было уже без четверти восемь, когда Примми услышала шуршание шин по гравию. Руки ее непроизвольно сжались, пальцы вцепились в колени. Машина остановилась, громко хлопнула дверца. Послышался знакомый звук приближающихся шагов. Примми не двинулась с места.

Открылась тяжелая дубовая дверь, и мистер Лейн вошел в холл. Наступила тишина, и Примми поняла, что отец Кики читает письмо, оставленное на столике в холле. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем снова раздался звук шагов: мистер Лейн медленно направился к кухне.

Примми встала с кровати и на ватных ногах двинулась к двери. Нужно было дать знать мистеру Лейну, что она все еще в доме, что она уже упаковала вещи и собирается уезжать. Примми боязливо спустилась по лестнице и вошла в кухню.

Саймон Лейн стоял у окна, спиной к двери, ссутулившись, засунув руки глубоко в карманы. Его горе казалось таким осязаемым, что у Примми мучительно сжалось сердце.

Она негромко кашлянула, и отец Кики резко обернулся.

— Больше в доме никого нет, — робко проговорила Примми. — Только я. Я была здесь, когда… когда уехала миссис Лейн.

— Она сказала тебе, что уезжает навсегда? — В лучах солнца волосы доктора Лейна казались золотыми.

Примми кивнула.

— Она была с подругой?

— Да, — подтвердила Примми. Она вовсе не собиралась причинять боль мистеру Лейну, передавая все, что ей довелось увидеть. — Не хотите чашку чаю? — предложила она, прибегнув к испытанному средству, которым всегда пользовалась ее мать, когда кто-то нуждался в утешении.

Саймон Лейн кивнул.

— Очень мило с твоей стороны, Примми. Спасибо.

В воздухе повисла непривычная тишина. Примми подошла к раковине и наполнила чайник, с горечью думая о том, что доктор Лейн останется совершенно один в этом огромном доме, когда Кики переедет в Кенсингтон.

Ожидая, пока закипит чайник, Саймон снова повернулся к окну, ссутулился и сунул руки в карманы. Глубоко несчастный, погруженный в себя, он казался значительно моложе своих тридцати девяти.

— Хотите печенье? — неестественно бодро спросила Примми, испытывая мучительную неловкость.

Он не ответил, но сам задал вопрос:

— А ты тоже уезжаешь навсегда, Примми?

— Да. Мне давно следовало забрать свои вещи, еще в последний день занятий.

— Я буду скучать по тебе, — безжизненным голосом произнес отец Кики. Примми подошла к нему и встала рядом. Хотя июль уже заканчивался, сад поражал обилием цветущих роз. Грушевое дерево, усыпанное молочно-белыми цветками розы сорта «кифтсгейт», казалось, утопало в облаках: гибкие побеги обвивали ствол и ветви пышными гирляндами. По краям газона бледно-розовые розы мешались с люпинами и дельфиниумами. Повсюду цвела лаванда, и сквозь ее тонкий аромат пробивался сладкий запах тимьяна.

— Мне тоже будет вас не хватать, — отозвалась Примми. Если бы он только знал, как сильно она станет тосковать!

— Но ты ведь будешь здесь иногда появляться, правда, Примми?

— Да. — Голос ее дрогнул. — Конечно.

— Вот и хорошо, — тихо ответил он, и его напряженные, точно сведенные судорогой плечи немного распрямились.

Чайник закипел, и Примми отошла от окна, чтобы заварить чай. За несколько минут, проведенных на кухне в опустелом доме наедине с мистером Лейном, что-то неуловимо изменилось. Примми не смогла бы сказать, что именно произошло, но теперь она точно знала, что с этого момента их отношения с отцом Кики станут совсем иными. Совершенно особенными.