Спасти зверя - Наташа Шторм

Рик замахал руками.

— Что вы, милые! Вот только посещение Уджды стало роковой ошибкой. Вашей ошибкой, а нашей удачей.

Я побледнела.

— Что Вы имеете в виду?

Рик поднялся из-за стола и принялся расхаживать по кабинету.

— Мне понадобилось три дня, чтобы навести о вас справки. Браво! Примчаться за столько миль, чтобы спасти своих мужей! Это достойно уважения. И я бы обязательно отпустил вас, мало того, лично бы посадил на самолёт в Касабланке, но те самые мужья меня стали напрягать.

— Где они? ― мы резко подпрыгнули.

— Они захватили базу. Вернуть её пока не получается. А чудесный прибор, мой прибор, нуждается в подзарядке. Ещё пара дней, и все достижения последних лет полетят псу под хвост.

— Ваш прибор? ― Алька пожала плечами, ― насколько мне известно, все права на изобретение и дальнейшие исследования принадлежат совершенно другой организации.

Рик рассмеялся.

— Да? Будем считать, я передал себе эти права. Миссис Эльза уже год работает на меня. Чего же другие ученые умы за это время не воссоздали опытный образец? Мозгов не хватило?

— Опытный образец был уничтожен, когда Вы похитили Эльзу. Разве не так?

— Допустим. Но женщина вела исследования почти два десятка лет и подавала все результаты в ту самую организацию, на которую Вы намекаете. Так что? Почему за год ничего подобного так и не появилось? Отвечу. Прибор оказался ненужным. Я подобрал то, что валялось, так сказать.

Мы молчали. Возможно, Совет не был заинтересован в приборе-невидимке. Ну, шли исследования, и шли, а организация занималась другими, более важными делами. А, может, чёртов Рик оказался прав, и научные мозги истощились? Как бы то ни было, перед нами стоял человек, который захватил семью Левитее, мировое открытие и спутник, будь он неладен, из-за которого мы и оказались среди песков.

Я тяжело вздохнула.

— Чего Вы от нас хотите?

Мужчина ухмыльнулся.

— Обменяю вас на базу. О, только не лгите, что ту, засевшую на «Орионе» троицу, вы не знаете и в родстве с ними не состоите! Я был в курсе ваших передвижений, как только вы сошли с самолёта в Касабланке. Но то, что женщины способны проявить такую прыть ― находится на грани фантастики. Вы что, действительно, решили пересечь пустыню на шаре? ― он рассмеялся. ― Естественно, я не мог упустить такой шанс. Три жизни в обмен на старый ангар, затерянный в песках.

— Можно подумать, после обмена Вы дадите нам уйти. ― Фыркнула Янка.

— Я дам вам шанс. А это, поверьте, немало. ― Рик обошёл стол и похлопал по плечу сникшего мэра. Тот сносно владел английским, но русский язык был для него сродни марсианскому. ― Вынужден оставить вас, дамы, ненадолго. Надеюсь, скучать не будете, тем более, что скоро тут появятся ваши сопровождающие, подающий большие надежды юноша, тупой качок и выживший из ума советник. Их уже ищут.

Ободряюще кивнув, мужчина покинул кабинет и зашагал к выходу. Мы выбежали следом. Мэр окликнул:

— Эй, не дёргайтесь. Снаружи полно вооружённой охраны. Сидите тихо, целее будете.

Дёргаться мы не собирались. Мы собирались ждать.

— Схватят они наших. Насмешил. Думаю, Чайка давно увёл парней в безопасное место. Теперь они сидят на явочной квартире и план придумывают.

Я очень надеялась, что мужчины в безопасности. Напрягало одно. Вычислить наше местоположение для Ромки не составит особого труда. Но как добраться сюда и снять охрану? Кроме головорезов, карауливших снаружи, пустыня кишмя кишила бандами всех мастей. А это означало только одно. Требовалось освободиться самим и дать знать об этом сильной половине нашей команды.

— Эй, мэр, чего приуныл? Мы хотим экскурсию. Где у вас тут столовая, душ и туалет? ― Янка напирала на толстяка.

Мужчина покраснел.

— Всё в конце коридора.

— А кормить? Когда тут ужин? Или ты нас голодом уморить решил?

— Будут кормить. Рис и консервы.

— Эй, девочки, прогуляемся?

Когда Яна и Алёна двинулись по длинному коридору, я вошла в уже знакомый кабинет и уселась за стол.

— А тебя твой генерал чего с собой не взял? Не доверяет?

— Охранять вас буду.

Я оглядела грузного мужчину, который, ко всему прочему, плохо переносил жару. Явно, гипертоник. Вздувшиеся вены на шее и на висках, покрасневшее лицо, повышенное потоотделение.

— Не боишься, что мы тебя свяжем и возьмём в заложники?

— Женщины? ― мэр презрительно фыркнул. ― Куда уж вам. Да и если предположить на минуту, что вы как-то выберетесь, куда дальше пойдёте? Вокруг одни пески.

— Верно. Но кто-то под пытками может указать дорогу.

Толстяк блеснул глазами.

— Никто не покажет. Генерала боятся больше всех пыток вместе взятых.

— Значит, генерала?

Я порадовалась собственной интуиции.

— Ты очень красивая женщина. Я могу спасти тебя. Генерал не выпустит вас живыми.

— Кто бы сомневался. Но как ты можешь спасти меня?

Вспотевший чиновник подошёл очень близко и зашипел в ухо:

— Я увезу тебя в Уджду, в Касабланку, в Рабат. Я спрячу тебя. Одно слово…

Мне стало смешно. Хотелось сказать что-то грубое, но в кабинет вошли девушки.

— Ань, идём. Проверишь еду на съедобность, поужинаем и на боковую.

Я обошла Халила и двинулась за подругами. Небольшую кухню прекрасно оборудовали.

— Судя по всему, тут обитает человек двадцать. Не думаю, что все они охраняют ангар. От силы два или три бандита. Плюс этот. ― Алька кивнула на мэра, который уселся за стол в ожидании своей порции риса и рыбы.

Янка по-хозяйски орудовала у ящиков, вытаскивала упакованные в фольгу «готовые обеды», опрокидывала содержимое в одноразовые контейнеры, выполнявшие роль тарелок, и ставила всё на разогрев в микроволновку.

— Сейчас перекусим и обдумаем план побега.

— Не выйдет, Аль. В пустыне заблудимся.

— Не заблудимся. Главное ― уйти подальше. А там Чайка нас подхватит.

— Тогда нужно дождаться ночи. Думаю, этот козёл заснёт, как только головой подушки коснётся. ― Яна кивнула в сторону мэра.

— Говорите по-английски, ― приказал чиновник, почувствовав что-то неладное. ― А то…

— А то что? Папочке пожалуешься? Скажи спасибо, что ножи и вилки тут пластмассовые.

Халил вздрогнул.

— Спать. ― Алька потянулась и сладко зевнула.

Я посмотрела на часы. Только шесть. Ладно, возможно, подруга права. Мы очень устали и заслужили пару часов отдыха. Тоже зевнула. Ещё не известно, сколько нам придётся пройти по пустыне.