Тёмные звери - Оксана Алексеева

Артём, крадучись, передвигался по дому в сторону кухни, бесконечно цыкая на своих напарниц, чем доводил Веронику до смеха. Но когда они достигли пункта назначения, вдруг выпрямился и серьезно спросил в полный голос:

— Зеленые человечки или восстание троллей?

Настя с Вероникой тоже рванули вперед, чтобы посмотреть, чем же он там так впечатлился. На стульях вразвалочку сидели Тамарочка и Вера Петровна с огуречными кружочками на глазах. И даже не подумали вздрагивать или менять позы — вероятно, приближение тайной команды заметили задолго до ее появления.

— Какой обряд вы творите, женщины? — продолжал интересоваться Артём.

— Полдник через час! — ответила Тамарочка строго. — Вот через час и приходите. А пока не мешайте нам становиться красивыми! Пшли вон отседова!

— О! — схватил Артём со стола огурец. — Настя тоже хочет быть красивой — сильно переживает по этому поводу! Садись, Настя, ща все сделаем!

— Да не переживаю я! — визжала Настя, уворачиваясь от его хватки.

Вероника тоже возмутилась:

— А Настя и так красивая! Самая! Тёмочка, не надо Настю закладывать огурцами!

Он вдруг остолбенел и вытаращил на нее глаза:

— Как это «самая»? А я?!

— Ну, ты тоже самый, — растерялась Вероника.

— Отстань от ребенка! — Настя, воспользовавшись заминкой, выхватила у него огурец.

— Не-не-не! Подожди-ка! Ника, ну-ка признавайся — кто из нас самый?!

Вероника вконец смутилась и оттого насупилась, повторяя Настины слова:

— Отстань от ребенка…

— Ну давай, давай, доведи сестру до слез! — добивала Настя. — Или садись — будем делать тебя самым красивым!

В итоге они втроем расселись по свободным стульям и присобачили себе огуречные кругляшки на глаза. Даже Вероника, которая тоже захотела стать красивой за компанию.

* * *

Артём часто звонил Эльзе и подолгу болтал с ней — и даже это Настя использовала в своих интересах, говоря Веронике, что если та выучит английский, то запросто сможет подслушивать брата! Девочка воодушевилась не на шутку, но на самом деле Настя лукавила — Артём говорил бегло и использовал много разговорных оборотов. Чтобы понимать такой «классический американский», Веронике пришлось бы сильно поднапрячься. А лучше — пожить пару лет в США. Даже Настя понимала не все, но направление разговоров ей, конечно, было очевидно. Она бы смутилась, но ведь он и сам не смущался говорить такие откровенные вещи при ней. Эльза, судя по всему, относилась к нему с той же нежностью и тоже сильно скучала.

— Тёма! Почитай мне книжку! — однажды попросила Вероника.

— Это ты мне уже должна книжки читать, не маленькая ведь.

— Ну давай поиграем, как будто я маленькая! Мы с Верой Петровной постоянно так играем.

Артём вздохнул по-английски что-то матерное о Вере Петровне, но нашел альтернативу:

— Пусть Настя нам почитает. Поиграем, как будто мы оба маленькие.

— Да без проблем, — легко согласилась Настя. Вероника до сих пор часто просила, чтобы ей читали вслух, но Артём подобные мероприятия не любил. Для Насти же это не было сложностью — она умела читать с выражением и чтобы голос каждого персонажа звучал по-особенному.

Так она и думала, пока не увидела знакомый прищур — признак вызова. После этого Артём торжественно подал ей синий том с надписью «Критика чистого разума».

Кто ни разу не читал Канта так, чтобы даже ребенок заслушался, тот ничего не понимает в философии! Но Артёму не понравилось — он уже через пять минут выхватил у Насти книгу и декламировал еще артистичнее, на подъеме выражения даже вскидывая брови. В итоге они потом читали по ролям, а Вероника смеялась, хоть и мало что понимала в этих словесных хитросплетениях. Кто считает Канта несмешным, тот ничего не понимает в юморе!

А когда Вероника убежала на кухню за печеньями, Артём серьезно спросил:

— Милая, а мы случайно психику нашему ребенку не повредим?

— Не волнуйся, милый, у нашего ребенка сразу не было никакой надежды на нормальное воспитание. При таких-то нас.

Съездили они и на дачу Александра Алексеевича. Вероника уговорила Артёма, Артём уговорил Наташку, Наташка — Настю, а последняя и Сеню позвала. Вот так впятером они в конце августа и оказались за городом. Домик у Александра Алексеевича был простеньким, никаких посадочных работ они на даче не вели и использовали ее только для таких редких выездов. Сеня отлично управлялся с шашлычными шампурами, Наташка — с салатами, Вероника — с созданием визгливой атмосферы, Настя — с посудой, а Артём — с самосозерцанием и международными переговорами со своей девушкой.

Набегавшаяся за день Вероника вечером уснула быстро, а они расстелили покрывало на земле и завалились на спины, чтобы перед сном еще поболтать.

— Эх, хорошо! — сказала Наташка, которая лежала между Артёмом и Настей. — Надо было своего взять. Но я даже не подумала, что будет так хорошо.

— Эх, — согласился Сеня.

— А почему звезды так падают только в августе? — спросил Артём.

Никто не знал ответа.

— Зато можно загадывать желания! — вспомнила Наташка.

— Валяй. Только вслух, мне интересно послушать, — соизволил разрешить Артём.

Наташка думала секунды две:

— Хочу, чтобы в будущем у меня был свой дом. Такой, как у Сан Алексеича!

— Понятненько. Меркантильная завистница, — резюмировал Артём. — Сеня?

Тот ответил:

— А я ничего не хочу, потому что у меня и так уже все есть, — и сжал Настину руку, заставив ее улыбнуться.

— Понятненько. Полное отсутствие абстрактного мышления и воображения. Настя?

А вот Настя много чего хотела: чтобы близкие жили счастливо, чтобы у нее в будущем выросли здоровые дети, чтобы мама и папа помирились — пусть не сошлись бы, но смогли хотя бы нормально общаться, чтобы у Вероники не было проблем… чтобы вообще на свете не было детей, оставшихся без матерей. Так много всего, что и не выбрать. Поэтому озвучила она первое пришедшее на ум:

— Чтобы мы лет через пять тоже оказались тут.

— Непонятненько, — изменил свою обычную рецензию Артём. — Этой же компанией?

— Да! — Настя сначала ответила уверенно, но потом, спохватившись, добавила: — Только еще с Наташкиным тогда уже мужем и твоей Эльзой!

Артём ответил задумчиво:

— Не могу себе представить тут Эльзу, как ни стараюсь. Поэтому нет, Настя, окажемся, если уж загадала, но список приглашенных уточним. Договорились?

— Конечно. А сам ты чего хочешь?

— А знаешь… я, наверное, к тебе присоединюсь. Необязательно тут, необязательно ровно через пять лет, но я собираюсь воспроизвести это ощущение внутри. Так мало было дней, которые хотелось повторить, — Настя уж было подумала, что Артём забыл нацепить маску, как тот сразу же опроверг ее подозрения: — Можно и без вас, но с бухлишком.