Это по-настоящему - Эрин Уатт

Но близнецы и ухом не ведут.

– Это который певец? – спрашивает Спенсер.

Окли ухмыляется:

– Ага.

Близнецы смотрят друг на друга и пожимают плечами. Им совершенно все равно. Думаю, ни один из них за свою пока недолгую жизнь еще не успел ознакомиться с творчеством Окли Форда. Им больше нравится хэви-метал, и, пожалуй, это хорошо, потому что если бы они были поклонниками Окли, могло выйти неловко.

– Но вы можете называть меня просто Ок, – жизнерадостно сообщает он, засовывая в рот кусочек хлеба, даже не обмакнув его в сыр.

– Нам нужно больше еды, – шепотом говорю я Пейсли.

– Знаю, – отвечает она. – Мне кажется, он один может съесть в два раза больше, чем близнецы.

– А Тай? – Я показываю на телохранителя.

Она краснеет:

– Ой, да, точно.

Ничего себе! Пейсли нравится телохранитель Окли! Сегодня вечером я знатно над ней поиздеваюсь на этот счет. Впрочем, не могу ее осудить – он действительно симпатичный. На мой вкус, слишком накачанный, но у него по-голливудски красивое лицо, точеные скулы, а карие глаза имеют цвет горячего шоколада.

Официантка несет нарезанное мясо и емкости с горячим масляным соусом.

– А можно нам еще две порции того же самого?

Та кивает:

– Конечно. Для вас и… – Она смотрит на Окли, который внезапно чем-то глубоко заинтересовался, разглядывая мой телефон.

– Да, для меня и моего друга, – говорит Тай.

Окли наклоняет голову еще ниже и подвигается ближе ко мне. Его нога касается моей, и рука оказывается очень близко, так что мой свитер начинает казаться слишком тонким. Мы сидим чуть ли не друг у друга на коленях. Он снова тянется за едой, и я чувствую движение его мышц.

– Ты можешь отодвинуться? – Я слегка ерзаю, чтобы показать, что здесь очень мало места. Хочется обрести немного личного пространства.

– Нет. У меня вообще половина задницы с лавки свисает.

Близнецы начинают хихикать.

– Вот дерьмо, что я такого сказал? – ухмыляется Окли.

– Ну вот теперь ты точно специально, – говорю я.

– Я просто хочу сделать вклад в фонд на обучение, – Окли подмигивает близнецам.

Они широко улыбаются в ответ. А потом Шейн, который обычно ни с кем не разговаривает, кроме Спенсера, начинает забрасывать Окли вопросами про доски. Какие у него есть? Классические или лонгборды? Или городские круизеры? А любимая у него какая?

С учетом того, что Окли они видят впервые в жизни, это можно считать проявлением невероятного интереса. Последние пару лет они не слишком общительны. Когда-то они совершенно бесстрашно выделывали невероятные трюки на своих скейтах и велосипедах, но смерть мамы и папы многое изменила. Они все еще катаются, но уже далеко не так часто, и не уходят далеко от дома. Именно поэтому предложение УУ съездить в Бойл-Хейтс не имело шансов.

– Не-а, – отмахивается Окли, – я уже пару лет не вставал на доску. Пытался, но в общественных местах сложно сделать так, чтобы никто не обращал на меня внимания, а если я арендую скейтпарк целиком, то другие люди не смогут им пользоваться. Когда я поехал в тур, то совсем забил на это дело.

Шейн кивает, но вряд ли он осознает, как сильно Окли ограничен своим положением. Я внезапно испытываю сострадание.

– Тебе что, придется прятаться под столом? – интересуюсь я.

– Надеюсь, что нет.

Он тянется мимо меня к емкости с маслом, чтобы положить туда мясо на маленьком шампуре, и случайно задевает рукой мою грудь. Меня вдруг охватывает жар, и он это каким-то образом чувствует, даже несмотря на рукав толстовки.

Он поворачивается и смотрит на меня.

Я замираю.

И в этот момент между нами проскакивает искра.

– Леди и джентльмены, нам пора, – произносит Тайрис.

Никогда в жизни не видела, чтобы кто-либо двигался настолько быстро. Вот я сижу, зажатая между Окли и Пейсли, а в следующую секунду мы уже на ногах и они оба толкают нас к двери.

– Это охранник Окли Форда, точно! – верещит девушка за столиком по соседству с тем, где мы только что сидели. – Я видела его в записи концерта на MTV в прошлом году…

Финала этого предложения я уже не слышу, потому что мы оказываемся в другом конце помещения. Тайрис отвлекается лишь на мгновение, чтобы сунуть хостесс две стодолларовые бумажки с комментарием: «Этого должно хватить», и затем выталкивает всех за дверь.

Окли тем временем хохочет как сумасшедший:

– Тебя, Тайрис! Они узнали тебя!

Тайрис даже не улыбается. Он пихает Окли к пассажирскому сиденью изящного серебристого «мерседеса»:

– Залезай давай.

Потом он поворачивается к нам:

– Клаудиа наверняка захочет об этом побеседовать. Пришлите мне свой адрес, мы приедем туда.

В смысле? Зачем им приезжать к нам домой?

Но я не успеваю ничего возразить – Тайрис уже за рулем и заводит мотор. Я ошарашенно поворачиваюсь к сестре:

– Что это было вообще?

Она вздыхает:

– Добро пожаловать в прекрасный мир Окли Форда.

@1doodlebug1 Окли Форда заметили в «Фондю Хейвен» с какой-то семьей! Зацените фотографию!

Тайрис оказался прав. Клаудиа не просто хочет поговорить об этом – это такой важный вопрос, который не стоит обсуждать по телефону, и вся пиар-команда Окли садится в вертолет и летит в Эль-Сегундо. Затем они на машинах несутся к нашему скромному домику и паркуют три огромных «кадиллака» на тротуаре. Все это, конечно же, не привлекает совершенно никакого внимания!

И теперь мы все сидим у нас в гостиной, где недостаточно места, чтобы вместить столько людей. Тайрис стоит в дверях, близнецы и Пейсли сидят на одной из сторон секционного дивана, я сижу на другой, пиар-команда нависает над нами, а Клаудиа самолично разносит Окли за его легкомыслие.

– О чем ты думал вообще? – кричит она своим голосочком Микки-Мауса. – Ты должен советоваться со мной, прежде чем делать такие вещи!

Окли складывает руки на груди с равнодушным видом.

– Вонн, открывай «Твиттер», – командует Клаудиа, и, когда я собираюсь возразить, она, от злости красная как помидор, предупреждающе поднимает руку: – Богом клянусь, если ты сейчас спросишь почему, я сойду с ума!

– Мне кажется, ты уже… – вполголоса бормочет Окли, и я еле удерживаюсь, чтобы не фыркнуть, но начинаю рыться в своей холщовой сумке в поисках телефона. Открываю приложение и жду дальнейших указаний.

– Пиши про то, что твоя сестра работает в агентстве, – велит она, а затем снова яростно смотрит на Окли. – Ну что, доволен? Сбил нам все расписание! Твит про сестру должен был быть до первого свидания, а не после!