Две жизни Лидии Бёрд - Джози Силвер

– Оставила ему на прошлой неделе голосовое сообщение, но он не ответил.

Если честно, я ничуть этому не удивилась. Мое послание, отправленное Джоне на мобильный телефон, было коротким до грубости. Я просто не могла найти нужных слов. Вроде бы извинилась за то, что не могу повидаться с ним в ближайшее время, и почти наверняка сказала что-то двусмысленное насчет понимания его поступка. Пожалуй, это прозвучало ханжески, будто я думала, что он нуждается в моем прощении или что-то в этом роде. На самом деле ничего такого я не подразумевала, но все равно не стерла это сообщение и не отправила другое.

– Меня просто ужасно бесит бессмысленность всего этого, – шепчу я.

Мне стоило огромных духовных усилий примириться с мыслью, что в смерти Фредди виновата его собственная небрежность. Он мертв, и не важно, по какой причине, но было нечто утешающее в том, чтобы винить во всем погоду.

– Я никому об этом так и не рассказала. Ни маме, ни Элли.

Да и что в том проку? Я не стала чувствовать себя лучше, узнав правду, так что зачем на них сваливать такой груз? Они лишь еще сильнее начнут тревожиться о моем состоянии, а мне отвратительна мысль, что они будут думать о Фредди хуже хоть на миллионную часть процента. Так что я запечатала эту новость и утопила ее в океане своей памяти – послание в бутылке, которое, хочу надеяться, никогда не выбросит на берег.

– Наверное, мне пора идти. – Я выплескиваю остатки воды из бутылки на пересохшую землю вокруг могильного камня Фредди. – Днем отправляюсь в город с Элли.

Молча сижу и гадаю, чем мы с ним сейчас занимаемся в моей другой жизни. Там происходит так много всякого, во что я не посвящена, и мои еженедельные визиты частично уходят на попытки уловить то, что я пропустила. Кладу ладонь на гранитное надгробие и закрываю глаза, представляя себе лицо Фредди, его запах, его улыбку. А еще его руки, обнимающие меня, и его теплый поцелуй на моей шее.

– Скоро увидимся, любимый.

Сейчас так жарко… Думаю, мы вполне можем утверждать, что живем теперь в какой-то южной стране. Скорее всего, в Испании, только пьем больше чая и раньше ужинаем. И не будет уже зимних пальто или постоянных жалоб на погоду, потому что мы существуем в мире по соседству с солнцем, в мире микроскопической одежды.

– Как тебе это?

Элли показывает мне огненно-розовый топик. Он сплошь усыпан блестящими вишенками, в которых отражается свет ламп магазина.

– Прекрасно. Если тебе восемнадцать и ты на Ибице.

– А вот и нет, а вот и нет, – смеется Элли, вешая топ обратно. – Ты считаешь, я выгляжу старой?

– Элли, тебе тридцать один, а не восемьдесят один, – качаю я головой. – И, кроме того, у тебя лицо из тех, что никогда не стареют.

Элли заглядывает в ближайшее зеркало:

– Ты так думаешь? Я себя чувствую столетней, когда мне нужно выходить в раннюю смену.

На новом месте в отеле ей приходится работать сверхурочно: все долгое жаркое лето они обслуживают свадьбы, одну за другой. Я в последнее время почти не вижу сестру и скучаю. Она не забегает то и дело, как прежде, набивая мой холодильник продуктами, которые я чаще всего забываю съесть. Но конечно, я все понимаю. Поначалу все присматривали за мной двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю, но их попытки заполнить огромную дыру, оставшуюся в моей жизни, неизбежно привели к тому, что в ткани их собственных жизней тоже возникли дыры. Элли и Дэвид не так уж давно женаты. Подозреваю, что между визитами ко мне и требованиями ее новой работы Дэвид наверняка стал жаловаться, поскольку почти не видит жену. И мысль о том, что я превратилась для них в тяжелую ношу, давит на меня.

– Тебе просто необходимо купить новый топик. – Я снимаю его с вешалки.

Элли насмешливо смотрит на меня:

– Зачем?

– Вообще-то, я намерена сама купить его тебе.

– Ой, не сходи с ума! – со смехом отзывается сестра.

– И не собиралась. Элли, я серьезно. Наденешь его вечером с кожаными штанами и туфлями на высоком каблуке, и у Дэвида просто глаза выскочат.

– Думаешь? – с сомнением спрашивает Элли.

– Да. Так и будет.

Мы становимся в очередь к кассе.

– Пойдем с нами куда-нибудь вечером, – предлагает Элли, беря меня под руку.

Я смахиваю с глаз влажную челку – в магазине проблема с кондиционером.

– Ладно, – с невозмутимым видом отвечаю я. – Только сначала давай посмотрим, нет ли у них еще одного топика. На третьего лишнего.

– Не смей так говорить! – возмущается Элли и хмурится. – Ты никогда не была для нас третьим лишним!

Она действительно так считает, да и Дэвид, уверена, сказал бы то же самое. Но нельзя отрицать и тот факт, что иногда «два» – магическое число. И никто не знает этого лучше, чем я.