Ангелы живут вечно - Светлана Талан

Дмитрий закрылся в своем мире, ограничив общение с окружающими до минимума. Ева была единственным человеком, которого он впустил в свою жизнь, но, как оказалось, их счастье было таким коротким! Он не смог больше находиться в квартире, где они были счастливы вдвоем, и сменил жилье. Любовь к Еве, которая стала центром его жизни, не исчезла с ее уходом, она как будто замерла, уснула на неопределенное время. Дмитрий был готов поспорить со всеми, кто говорил, что время лечит. На самом деле время лишь отдаляло человека от прошлого, но от душевных страданий безжалостное время не исцеляло.

Проходя по улице и видя любую девушку, идущую ему навстречу, он мысленно сравнивал ее с Евой. Ни одна из них не могла сравниться с его любимой. Дмитрий ловил себя на мысли о том, что красоту, улыбку, доброту, понимание и поддержку Евы не сможет заменить ни одна девушка на свете. Он осознавал, что прошлого уже не вернуть, что его нельзя изменить, но принять смерть Евы не мог.

«Если бы я видел ее в гробу, то, возможно, мне было бы легче осознать неизбежное», — думал он бессонными ночами.

Он ругал себя за то, что не спросил, где живет ее мать и сестра, не познакомился с ними. Дмитрию хотелось узнать, где похоронена Ева, чтобы приходить на ее могилку, и в то же время он боялся этого и не представлял, как можно видеть место ее захоронения. Несколько раз он порывался пойти в оперный театр и попросить Людмилу Михайловну все выяснить, но как только воображение рисовало картину кладбища с могилой Евы, ему становилось дурно.

«Для меня она жива сейчас и будет жить вечно», — говорил он себе.

Дмитрий погрузился в депрессию. Ему звонили родители, но он отказывался разговаривать с ними. Хотелось вырваться из мира, где царит несправедливость, и попасть туда, где нет душевной боли и переживаний, но такого места он не находил.

«Надо работать и реализовывать свои планы», — напоминал он сам себе, но не в силах был продолжать жить по-прежнему.

Спустя месяц он сказал себе: «Я должен быть сильным! Для кого-то Ева умерла, а для меня она жива, и будет жить всегда, как и вечная любовь к ней».

Собрав в кулак все силы, которые у него остались, он с головой погрузился в работу. Дмитрий занимался переводами с латинского языка и понимал, что надо расширять профиль своей деятельности. Теперь на очереди у него были искусственные языки из группы априорных. Его не интересовали языки, которые использовались в рамках одного сериала или книги. Дмитрия привлекали такие языки, как квенья из книжной трилогии Толкиена «Властелин колец» или клингонский язык из сериала «Звездный путь». Он серьезно занялся самообразованием, хотя ему, как и прежде, приходилось делать переводы, чтобы заработать себе на жизнь. Дмитрий много читал. Чтение отвлекало его от грустных мыслей, и он, погружаясь в мир книги, проживал жизнь ее героев.

Со стороны могло показаться, что парень ведет обычный образ жизни, что у него ничего в жизни не происходит, кроме работы и хобби. Никто не мог знать, что творилось в его душе. Там была пустота, которую он пытался ежеминутно заполнить работой или другим занятием. Единственное, с чем он не смог справиться, — это любовь, которая не исчезла с уходом Евы из жизни.