Актриса для Мажора - Елена Белова

Утром Борис и Павел одновременно вошли в их общий кабинет, молча скрестили взгляды и также синхронно разошлись к своим рабочим столам. Паша сверял какие-то цифры на мониторе и распечатывал техническую документацию необходимую для сборки нового оборудования. Борис маялся без дела. Наконец Быков не выдержал и нарушил молчание.

— Ты же был вчера в концертном зале. Как вообще так получилось, что сцена рухнула?

— Почему ты решил, что я буду тебе что-то рассказывать? — недовольно ответил Паша.

— Хотя бы с того, что я директор круиза.

Паша даже от экрана монитора отлип и всем своим немаленьким телом крутанулся в кресле в сторону Бори. В его взгляде было ошалелое удивление.

— Ой. А кто у нас тут? Директор? Да пошел ты в пожу директор.

Боря обиделся. А Паша также резко крутанулся обратно, тяжело скрипнув потрепанным, но надежным креслом и спустя быстрый стук клавиш компьютер Бори завис, а при попытках оживить его на экране появлялась мультяшная Масяня и своими противным голосом повторяла одну и ту же фразу. Мужчины продолжили молчать, Паша зло распечатывал документы, а Боря сердито пытался устранить баг своего компьютера.

Хоть Быков немного и разбирался в программировании, но избавиться от мультяшной издевки не смог, он быстро понял — устранить этот сбой в системе сможет только его автор, а значит, придется менять компьютер.

Боря раздраженно отключил блок питания. Паша как раз закончил свои дела и, собрав бумаги, не оглядываясь на Бориса, вышел из кабинета. Директор с максимально независимым видом двинулся за ним следом. И уже в концертном зале Паша нещадно использовал мажора в роли чернорабочего.

Там же руководила ремонтными работами Анжелика Геннадьевна, она кидала злые взгляды в сторону Паши, даже Боря не удостаивался от нее таких бешеных взглядов.

Госпожа Линник всячески старалась поддеть Пашу, делая ему замечания, подчас граничащие с оскорблениями. Но Паша оставался спокойным, выслушивая ее едкие слова с безразличным видом, только еще более отлажено и четко работал, хотя во время команд рабочим в его голосе явно слышался металл. Но Линник разрывало от бешенства, казалось, любое его неосторожное слово или движение и она вцепится в горло Паши.

Боря развлекал себя тем, что наблюдал за этой парочкой.

Их попеременно вызывали к капитану. А после они возвращались к работе — Линник еще злее, а Виноградов еще спокойнее.

Борис не был бы собой, если бы смог удержаться от вопроса:

— Когда я смогу насладиться вашим отбытием на берег в связи с увольнением? — спросил он Анжелику Геннадьевну с доброй улыбкой.

— Не дождешься, — буркнула она и вновь бросила злой взгляд в Пашу — как шпагой пронзила, — несмотря на все усилия некоторых, я продолжу работать на лайнере.

Боря перестал улыбаться, у него неожиданно появилось масса вопросов к капитану.

«Фига се, двойные стандарты. Мне значит шаг влево — шаг вправо, а остальные могут безнаказанно беспредельничать?»

Он уже собрался к Зорину для серьезного разговора, как к нему подошел один из специалистов службы безопасности и пригласил пройти с ним в капитанскую рубку.