Нежданно-негаданно - Дженнифер Эшли

Она, в свою очередь, высказала все, что думала о нем. Таких красочных ругательств он не слышал, пожалуй, с тех самых пор, как покинул «Аргонавт». Диана могла бы давать уроки Йену О'Малли.

Он схватил веревки от парусов. В памяти воскресла их встреча в спальне. Диана, такая сладкая и горячая, извивалась перед ним. Жаль, что отныне она возненавидит его.

Заломив ей руки, Джеймс привязал ее к мачте, обвив веревкой запястья – достаточно крепко, чтобы удержать, но не сделать больно. Ноги он тоже думал связать, но потом изменил решение. Пусть пинает все, что ей вздумается. К тому времени как он погрузит все ящики, места для движений почти не останется.

Джеймс торопливо поднялся и выпрыгнул из лодки. Диана кричала ему вслед, явно не испытывая подавленности. Она вообще не знала такого чувства. Ему в руки попалась ведьма – с такими, как она, шутки были плохи.

Он старался как можно быстрее собирать разбросанные ящики и оружие и складывать их в судно, вокруг нее. Волны прибывали, бурля под его ногами. В конце концов Диана замолчала – видимо, решила поберечь дыхание.

За один раз на борту могла уместиться лишь половина тайника. Джеймс уравновесил груз, оставляя себе место для гребли. Затем он толкнул лодку, ловко вскочил на вершину ящиков и пробрался к скамье, прямо за которой Диана лежала, вытянув ноги вдоль кормы. Он поднял весла и пригнулся, чтобы вывести лодку из пещеры.

Диана не издала ни единого звука, пока они плыли в открытое море. Луна освещала их и морские волны, придавая пене удивительное сияние.

Черт возьми, она же замерзнет! После бури все еще дул сильный ветер. Джеймс перестал грести, снял с себя куртку и накрыл Диану. Сам он согреется в движении. Хоть бы слово благодарности за такую доброту! Нет, конечно. Она лишь добавила несколько новых оскорблений о его привычках и наследственности.

Когда они оказались примерно в миле от острова (здесь, как утверждал лейтенант Джек, уже было глубоко), Джеймс опустил весла и, взобравшись по ящикам, бросил якорь. Затем начал выбрасывать ящики: они тут же разламывались, и все оружие стремительно и безвозвратно шло ко дну.

– Что ты делаешь?! – закричала Диана.

– То, что мне удается лучше всего, – ответил он. – Уничтожение пиратов.

– Моего отца! Ты не ведаешь, что творишь!

– Нет, примерно догадываюсь. Опусти лучше голову, не хочу тебя поранить.

Один за другим, ящики летели за борт, море забирало себе пистолеты и пули. Его мышцы усиленно работали, и пот вырабатывался так быстро, что не успевал высушиться на ветру.

Столкнув последний ящик, Джеймс направил судно, к берегу.

Диана все-таки вынуждена была пригнуться, когда над головой заколыхался парус, потрескивая от ветра. Она сидела, привязанная к мачте, вне себя от гнева. Путы были достаточно слабыми, чтобы не пораниться, но просто удерживали ее.

Они добрались до пещеры, откуда Джеймс вывез очередную порцию ящиков и выбросил их в море. Ворча и еле успевая перевести дух, он дарил страждущим волнам все больше оружия и других припасов из тайника адмирала.

Диана не переставала отводить душу, выкрикивая красочные ругательства. А могла бы и смягчиться – Джеймс все-таки согласился не доводить их безумный флирт до логического завершения. На его месте бешеный сэр Эдвард не стал бы останавливаться и при этом унизил бы ее как следует. А Джеймс лишь обнял и предложил самой выбрать свое наслаждение.

Ей впервые открылись такие ощущения. Он обращался с ней бережно, как искусный музыкант с хорошим инструментом, зная все его тонкости.

Как только лодка причалит, ее отец закует его в цепи. Джессап, лейтенант Джек и адмирал окружат его и посадят в клетку до июня, но больше ничего сделать не смогут, ведь Локвуд был слишком сострадательным человеком. В то время как у Дианы все сочувствие уже иссякло.

Джеймс в третий раз вернулся в пещеру и забрал оставшееся оружие. Выбросив его в море, он взял курс на бухту Хейвена. Диана смирно лежала, утомленная бесконечной борьбой. Добравшись до места, Джеймс привязал лодку, убрал паруса и сложил весла. Только после этого он подошел к ней и, взяв нож, одним ловким движением освободил от веревок. Потом взял под руки и потащил на берег. Его крепкая хватка лишала ее возможности повернуться и ударить.

Едва коснувшись ногами песка, Диана с силой вырвалась.

– Ты паршивый обманщик! Ты соблазнил меня! Думал подлизаться ко мне, чтобы я позволила обворовать моего отца?

– Кричи громче, Диана, – растягивая слова, сказал Джеймс, убирая нож, – а то во Франции плохо слышно.

– Пусть услышат! А когда отец узнает, что ты с ним сделал, он арестует тебя! Он…

– Скорее он будет счастлив, что я выбросил в море не все ящики. – Он схватил Диану за руки. – Послушай меня. То, чем он занимается, опасно. Если ты разрешишь мне, я все улажу. Я ждал этого много лет.

Она резко отдернула руки.

– О чем ты говоришь?

– Он не один доставил сюда все эти товары, ему помогали. Я собираюсь выяснить кто и поймать того, чье имя он назовет. Все просто.

– Просто? А что потом ты сделаешь с отцом?

– А чего бы ты хотела?

– Я хочу, чтобы ты оставил его в покое.

Джеймс помрачнел.

– Я не могу этого сделать, дорогая.

– Перестань так называть меня. Почему он вообще должен тебе отвечать?

Его глаза сверкнули, как холодный арктический лед.

– Диана, пираты – жестокие убийцы. Если они угрожают, я спасу его; если он заодно с ними – остановлю. Третьего не дано.

– Мог бы просто оставить его в покое. Какое тебе дело до этого склада?

– Мне кажется, я знаю, чьих это рук дело. Я давно подозревал одного пирата и поэтому искал информацию о Хейвене. Он не уйдет, я сделаю все, чтобы поймать его.

Тут Диану поразила ужасная догадка.

– О Боже… Из всех людей был прав только мой муж… Ты увидел меня в доме адмирала Баргесса в Кенте и нарочно похитил!

Джеймс кивнул:

– Да, верно. Я был там, чтобы спасти Киннэрда, но, заметив дочь адмирала Локвуда, решил не упускать такую возможность. Я планировал украсть тебя прямо из спальни, но ты столкнулась с Йеном О'Малли, облегчив мне задачу.

Ее сердце учащенно забилось.

– То есть все это время… ты просто играл со мной?

– Я бы так не сказал. Из тебя вообще ни слова нельзя было вытянуть, даже поцелуй не помог. А пока весь британский флот не начал за мной охотиться, пришлось вернуть тебя обратно.

С минуту Диана стояла неподвижно, затем набросилась на него.

– Ты! – воскликнула она, яростно колотя его грудь. – Ты использовал меня! Я тебе позволила…