Нежданно-негаданно - Дженнифер Эшли

– Теперь понятно, – сказал Джек.

В комнате воцарилась тишина. Только огонь потрескивал в камине да ветер свистел в трубе.

Лейтенант осмотрел Джеймса сверху вниз, пытаясь, видимо, что-то вспомнить. Затем он повернулся к адмиралу и Диане.

– Можно узнать, почему вы не сказали мне, что он преступник? Почему он может свободно расхаживать здесь, рядом со мной, Изабо и Дианой?

– Потому что… – Локвуд вздохнул. – Я доверял ему.

Лейтенант снова посмотрел на Джеймса.

– Рассказывай, что мы делали вместе на этом фрегате, живо.

Его голос прозвучал тихо, но твердо. Чертов аристократ. Все они разговаривали властным тоном, с полной уверенностью в своей правоте. Остальным лучше было удалиться. Даже у Грейсона Финли, давнего соперника Джеймса, ставшего виконтом, была эта противная манера общаться.

– Я был заключенным, – ответил Джеймс. – Ваш капитан схватил меня, когда я помогал американским контрабандистам. Корабль держал курс на Гибралтар, где меня должны были сдать в гарнизон.

Джек молча наблюдал за ним.

– Ты поэтому скрыл название корабля и мое собственное имя?

Его глаза пылали гневом. Если бы Джеймс рассказал все раньше, то могли вернуться хоть какие-нибудь воспоминания. Предатель! Это было еще хуже, чем откровение о том, что Ардмор был преступником в глазах британцев.

– Корабль назывался «Константин». Это как-то поможет?

Задумавшись на секунду, Джек покачал головой:

– Нет, не помню. А мое имя?

– Клянусь, не знаю. Ты ни разу не выходил из квартердека, пока не начался шторм. И при мне капитан не называл тебя по имени. Его фамилия – Кристиансон, больше мне ничего не известно.

Джек взглянул на него еще раз и отвернулся.

– Мне очень жаль, – сказал Джеймс. Слова застревали в горле – он слишком редко просил у кого-либо прощения. Лет десять он этого точно не делал.

Тут вмешался адмирал:

– Диана, тебе, наверное, лучше идти спать.

Джеймс тихо фыркнул. Неужели Локвуд думает, что его дочь поклонится и тихо уйдет?

– Нет, отец, я должна услышать, – сказала она. – Джеймс прав насчет этого Мэллори?

Адмирал опустил глаза.

– Да. – Он поднял седую голову и с яростью, как до этого смотрела она, взглянул на Джеймса. – Меньше всего я хотел быть разоблаченным на глазах у дочери. Ты не мог поговорить об этом вчера, когда мы были наедине?

– Вчера я не был уверен. Кроме того, Диана сама устроила эту встречу. Видите ли, ей хотелось доказать, что я не прав.

Диана сверкнула глазами.

– Не смейте обвинять меня, Джеймс Ардмор!

– Сейчас я виню только себя. Мне стоило оставить вас на судне привязанной. Или с самого начала запереть в спальне. Мне даже в голову не могло прийти, что вы полезете по скалам в полной темноте!

Адмирал воспринял сказанное с печалью на лице, словно устал повторять дочери об опасности. Естественно, она его не слушала.

– Ну, как бы то ни было, – встрял лейтенант Джек, – теперь мы все знаем. – Он был напряжен, но сохранял хладнокровие. – И кто этот Джек Мэллори?

– Насильник и убийца, – ответил Джеймс. – Англичанин. Начинал с каперства против французских и американских кораблей. Правительство Англии одобряло его действия, особенно в отношении Америки, адмирал это знает.

Локвуд смотрел с раздражением, Диана – с яростью, а Джек терпеливо ждал новой информации.

– Каперам разрешалось грабить корабли во имя британского суверенитета. Но некоторые слишком увлекались – среди них и был Блэк Джек. Он стал работать самостоятельно, и теперь за ним охотятся Англия, Америка, Франция и любая другая страна, какую только назовете. – Джеймс повернулся к адмиралу: – Поверить не могу, что вы позволяете ему находиться вблизи вашей дочери.

Адмирал даже побледнел от злости. Тут в очередной раз вмешался лейтенант Джек:

– Я полагаю, адмирал Локвуд ничего не дал бы сделать с ней.

Диана приложила руку к губам.

– Отец! Он угрожал тебе? Ты не должен был скрывать…

– Хватит! – не выдержал адмирал. – Дайте мне высказаться!

Он заставил себя успокоиться.

– Мэллори никогда не угрожал мне. Я добровольно помог ему.

– Добровольно? – с удивлением переспросил Джеймс. – Он же убийца!

– Уже нет. Он пришел ко мне в отчаянии, я и помог. Я был ему должен.

Джеймс взорвался:

– Он насилует и убивает женщин! Просто ради удовольствия! Помните, я говорил о женщине, которую вспороли от горла до живота? Так вот это сделал Блэк Джек Мэллори!

Локвуд застыл на месте.

– Большое тебе спасибо, что рассказал об этом в присутствии моей дочери!

– Она вправе знать, с кем водит дружбу ее отец.

Диана во все глаза смотрела на него – не печально, не злостно, а чуть задумчиво, словно собирала в голове полную картину.

– Джеймс, он уже изменился, – процедил сквозь зубы адмирал. – Он спас мне жизнь в битве у побережья Франции. Мы потеряли два корабля, и мой оставался последним против чуть ли не всего французского флота. Тут появился Блэк Джек Мэллори и не только помог нам в сражении, но и вытащил меня из воды. Он сказал, что достаточно патриотичен для того, чтобы не дать французам раздавить храбрых англичан. Также с его помощью мы убрались оттуда. Несколько лет назад он пришел ко мне, больной и несчастный, и я просто не мог отвернуться.

– То есть он сыграл на вашей чести.

– Думай, как хочешь. Но я не дурак и знаю, каково ему было. Он нуждался в помощи, и я сделал это, возвращая долг за свое спасение.

Гнев Джеймса не знал границ.

– И дали ему свой остров для хранения краденого?! Я все отыскал, несмотря на то что вы и ваша дочь пытались мне помешать.

– Большинство вещей устарело, – сказал адмирал. – Раньше он использовал этот остров как прибежище. Хейвен принадлежит моей семье, но после того как Диана вышла замуж, а я еще был на службе, остров несколько лет пустовал. У Мэллори иногда появлялась идея стать купцом и продать всю добычу, но он знает, что никто не захочет иметь с ним дело.

Диана не произнесла ни слова. Только стояла и молча смотрела на отца, что было несколько необычно для нее.

– Когда он должен вернуться? – спросил лейтенант Джек.

Локвуд промолчал.

– Адмирал, – сказал Джеймс, – он, конечно, может сказать вам, что все исправил, но это ничего не изменит.

– Я знаю, – ответил тот с пониманием.