Папой будешь? Катюша против всех! - Татьяна Кошкина

Конфликт был исчерпан. Примерно до вечера.

Катя точно знала, что это так не оставит, не смирится, не примет. Никогда. Отвадила Захара, отвадит и этого Антона, кем бы он ни был.

***

— Кость, ты только представь! Мама выходил замуж за пингвина! — Катя прыгала на кровати и прижимала к уху мобильник. — Мне срочно нужен план! Есть идеи, как отправить его обратно на северный полюс?

— Пингвины на южном живут, — занудно поправил Костик. — И вообще, может, у них любовь?

— Любовь-морковь. Ерунду не говори. Пингвинов любят только пингвинихи, а моя мама — грациозная лань! — подпрыгнула, пнула пушистика в нос и плюхнулась попой на мягкий матрац.

—  Какая лань? — не понял мальчик.

— Грациозная. Красивая, короче.

— А мама говорит, что в любви красота не главное. Главное, это заботиться друг о друге,  — ввернул мальчик.

— Так, мамкин философ, либо мы придумываем план, либо я иду расчехлять слабительное и суперклей.

— Можешь Кузю взять, — задумчиво протянул друг. — Ты знаешь, он терпеть не может большинство мужчин. Откусит пингвину что-нибудь.

— Это уже крайняя мера! Но за идею спасибо! Завтра в семь, да?

— Ага. И не забудь отвертку. Ножку стула линейкой не отвинтишь.

Завершив вызов, Катя зло глянула на Пушистика. Нет, в чем-то ей этот кролик был даже симпатичен, но подарок пингвина точно не будет жить с ней в одной комнате. Схватила его за длинные мягкие уши и выволокла в коридор.

Не продала маму за тортик, за кролика тем более не продаст! Хотя Захар с ним смотрелся неплохо — надо ему подарить.

Александра

Саша пыталась скрыться, спрятаться от всего в рабочей рутине, настраивалась на сбор отчетностей с подразделений, как на войну, но не могла перестать думать о ребенке и предстоящей свадьбе.

Весь мир вокруг неё изменился в один момент. И это касалось не только Каверина, который после одного телефонного звонка рванул заказывать ресторан и шить свадебный костюм. Сама новость о ребенке на нем отразилась будто никак. Он сдержанно кивнул и сказал, что внесет еще одну детскую в план строящегося дома. Антон даже не улыбнулся.

Раньше Саше никогда не доводилось сообщать такие новости. Возможно, это нормальная реакция?

Но дальше стало еще веселее. В тот самый долбанный день сбора отчетностей она пришла на работу и обомлела: в их кабинете полностью заменили столы на новые, а ей от щедрот компании перепало еще и фантастически удобное кресло с высокой спинкой и поддержкой поясницы.

И все бы хорошо, но стоило уйти сборщикам мебели, как пришли из компании, обслуживающей кондиционеры и почистили их старенького монстра, а так же установили еще какую-то ерунду для чистки воздуха. Следом за ними странные люди принесли горшки с цветами. Всего за пару часов их кабинет превратился из обычного офиса в зеленый сад.

— Кто-нибудь понимает, что здесь происходит? — Саша задумчиво взирала на кривоватый кактус, который поставили рядом с её компьютером. — Я пропустила реорганизацию офиса?

— Понятия не имею. Такие перемены только в нашем кабинете, — откликнулась Тамара.

— Я думала, это Каверин твой старается, — раздалось из угла, в котором Элина уже успела вновь построить стену из папок.

Неужели и правда он? Может, это такая запоздалая реакция на известие о беременности? Или просто среагировал по-мужски сухо, а теперь заботится и оберегает? На душе потеплело. Такого для нее никто и никогда не делал.

Хотела написать ему сообщение с благодарностью, но открыла почту и обомлела. Это что еще за ерунда? Война отменилась, не начавшись. В её почте уже лежали письма от руководителей с полной отчетностью. Каверин на подобное точно не способен. Неужели, впервые за десять лет работы ей улыбнулась удача? Верилось слабо.

На всякий случай набрала номер Каверина:

— Привет, это ты постарался?

— Привет! Уже видела украшения для зала? Так и знал, что тебе понравится!

Саша несколько мгновений глупо смотрела в монитор. Среди множества писем она не сразу заметила письмо от Антона.

— Ага, неплохо, — ляпнула, чтобы не выглядеть идиоткой, но тут же чуть не выругалась. Лилии. — Антон, только у меня аллергия на лилии. Сколько можно тебе говорить? И они воняют так, что все гости задохнутся.

— Прости, все время забываю. Сейчас скажу, чтобы переделали на розы.

— Ладно. До вечера, мы с Катюшей будем ждать тебя в семь.

— Я помню. До встречи, Шурочка! И помни про нашу маленькую тайну.

Сашу передернуло, но поправлять будущего мужа она не стала, не хотелось опять поссориться. Ей хватало  постоянной усталости из-за беременности и ужаса в душе из-за приготовлений к свадьбе, организацию которой полностью взял на себя Каверин.

“Маленькой тайной” же пока назывался малыш в ее животе. Они договорились, что до свадьбы (которая состоится через месяц) Саша будет скрывать свое положение. Ведь в глазах окружающих все должно выглядеть идеально.

Спасаясь от внутреннего страха, растерянности и предвкушения беды, она погрузилась в работу. Благо, дел было невпроворот, а вечером еще и близкое знакомство Кати с Кавериным. Одно радовало — кресло удобное, в кабинете приятная прохлада, а люди такие вежливые и улыбчивые. Прелесть же!

Вот бы и вечер хорошо прошел.

***

Еда из ресторана пахла так вкусно, что у Саши предательски уркнуло в животе. Вообще, эта беременность была странной. Если с Катюшей её полоскало первые два месяца и днем и ночью, то этот малыш предпочитал вечером как следует покушать, чтобы утром отправить все, что не понравилось, на прогулку.

— Я готова, мам! — раздался крик Катерины и она вплыла на кухню в своих любимых голубых туфельках на невысоком каблуке. Покрутилась, демонстрируя юбку платья с цветочками, поправила маленькую сумочку в тон туфлям, и улыбнулась. — Ну как?

“В таком виде она похожа на ангела,” — подумала Саша, но не рискнула произнести это вслух, боясь разбудить дремлющего внутри дочери демона. Хотя иногда кажется, что это коварное создание вообще никогда не спит, а всегда затевает новые каверзы. Вчера вот её опять в школу вызывали. И чем дочери не угодил стул преподавательницы музыки?!

— Хорошо. Но зачем? У нас просто маленькое семейное застолье. И сумку убери.

Катя при слове “семейное” скривила мордашку, но тут же вновь улыбнулась.

— Ты сама просила быть хорошей девочкой. Я стараюсь. Ленточку завяжешь?

— Давай. Но сумку отдай мне. 

Дочь послушно сняла ридикюль и с самым невинным видом ей протянула. Внутри было устрашающе пусто.

Саше все это откровенно не нравилось. Если Катюша старается быть хорошей, значит недавно она была очень-очень плохой или скоро будет.