Яшмовая магическая академия. Драконий словарник - Наталья Валенидовна Колесова

Глава 6

Шазр, прости!

— Шазр, ты прости, что я рассказала о твоих родственниках при парнях и ректорше! — шепотом винилась Мира. Утром она не успела перехватить гнома, завтрак проспала; целый учебный день парень ее успешно избегал; только во время обеда и удалось сесть рядом. — Всё мой длинный язык, выдает, что думаю, не задерживаясь! И вообще я очень испугалась — сначала за себя, потом за тебя. И на твою родню страшно разозлилась: ну что ж они никак не оставят тебя в покое?!

Рыжий неотрывно смотрел в свою ополовиненную тарелку.

— Сестра…

— Да? — с готовностью отозвалась Мира, заискивающе заглядывая ему в лицо.

— Драконья стрела — совсем не гномское изделие.

— Так, значит, обратились к какому-то оружейному магу за помощью? Ничего себе, как они тебя уважают!

Гном аккуратно положил ложку.

— Сестра, как мои родичи могли узнать, что мы на тот тайный ход наткнемся, если мы сами о нем не знали?

— А-а-а… Ты хочешь сказать… — Мира глядела на парня, чувствуя, как ее щеки наливаются краской. Такой дурочкой она давно себя не ощущала. Хорошо, что гномов с детства воспитывают не выказывать свои чувства, недаром их традиционная кличка «каменные морды», а то бы сейчас она увидела, как Шазр раздражен и зол. Рыжий закончил ее оборванную реплику:

— Самострел не на меня ставился. — И вновь взявшись за ложку, принялся неторопливо хлебать суп.

Мира зажмурилась и принялась биться лбом о стол, приговаривая:

— Я такая дура! Прости! Прости. Прости…

На четвертом «прости» ее лоб ударился не о деревянную столешницу, а о подложенную руку парня.

— Простил, — легко сказал Шазр и пододвинул ее тарелку. — Ешь, все остыло.

— Уф. Хорошо.

Взяв кружку, парень неожиданно добавил:

— Конечно, я не рад, что старшие о моем позоре узнали…

Позоре?! Мира чуть не подавилась, но не успела возмутиться, как Шазр продолжил:

— …но рад, что теперь ректор знает.

— Она тебя отругала? — настороженно спросила Мира, помнившая фразу ректорши о «мстящей гномьей родне».

— Да.

Ну еще бы! У Главной Ведьмы только одна реакция на все случаи жизни! Наверное, именно такой в первую очередь обучают всех ректоров в какой-нибудь… ректорской Академии.

— Сказала, если б знала…

Мира мысленно продолжила: «…то фиг бы взяла меня на учебу», но гном закончил неожиданно:

— …то сразу бы о моей безопасности позаботилась. «С Яшмовой Академии выдачи нет», — сказала. Представляешь? — И гном неожиданно улыбнулся: улыбка его была широкозубой, с заметной щербинкой, но крайне симпатичной; еще и ямочки на обеих щеках. Может, за эту улыбку родня его и преследует? Не должны гномы так открыто и мило улыбаться!

— Ух ты, — только и нашлась сказать Мира. Придется приглядеться к ректору: это что ж она за ведьма такая?!

Коли никто не насмешничал и не приставал с расспросами, новость, как они вчера заблудились, не успела широко распространиться. Да и откуда бы? Вряд ли старшекурсники болтали направо-налево, преподаватели, кто в курсе, тем более. А соседка, которой вчера пришлось рассказать усеченную ректоршей версию, слегка дулась — ведь Мира ухитрилась заблудиться именно в компании «статусных». Предложить Амариллис ходить за собой по пятам? Так ведь баронесса привыкла возглавлять, а не следовать за кем-то.

Гном неожиданно, низко, чуть не ткнувшись носом в суп, поклонился. Обернувшаяся Мира увидела приветственно махавшего им Артура. Его друг даже не глянул в их сторону: а чего ему глядеть, ну подумаешь, они вдвоем с Мирой чуть под Драконью стрелу не угодили, что с того? Не повод для общения.

Чурбан.

Глава 7

Версии и версии

Мира выловила старосту через пару дней — радуясь, что ректорша вновь не призывает ее пред свои грозные очи, в то же время не переставала думать, разъяснилось ли что-нибудь с Драконьим самострелом. Без конца тормошила Шазра, предлагая версию за версией, все причудливей и причудливей; некоторые даже ей самой представлялись невообразимой дичью. Гном флегматично выслушивал ее, кивал или жал плечами, а когда «сестра» уж совсем приперла его к стенке, требуя высказать собственные мысли-идеи, отделался кратким: «Если что, старшие расскажут. Я — домашку делать». И ретировался. Мира возмущенно топнула вслед этому дезертиру с полей размышлений.

— И кто нам расскажет?! Ректор? Точно нет. Охранник — вряд ли. Криспин? Да ну, только понасмешничает!

Методом исключения оставался Артур. Хотя он постоянно мелькал то тут, то там, главной проблемой было отловить Нортона в одиночку, без толпы поклонников обоего пола или обращающихся за помощью и решением проблем. Хотя чем ее вопрос не проблема, которая, между прочим, и его самого касается, а возможно, и всей Яшмовой Академии — мало ли кто еще из «старичков» тайно шастает по ночам в город!

Наконец удалось перехватить старосту в безлюдном коридоре неподалеку от библиотеки. Поначалу слегка растерявшийся под шквалом ее вопросов парень рассмеялся:

— Давай лучше зайдем в библиотеку, а то здесь нас услышат!

Как раз в библиотеке лишних ушей гораздо больше: мало ли кто прячется за стеллажами и в проходах? Да еще там наверняка этот Криспин… Но Артур повлек ее за собой так легко и естественно, прикосновение было настолько теплым и… и приятным, что язык не повернулся возразить. Так — рука в руке — они и вошли в библиотеку. Хорошо, за час до отбоя здесь почти никого уже не осталось, столы опустели, свет большей частью потушен, лишь рядом с дежурным горит приглушенная лампа. А за стойкой — какая неожиданность! — разлюбезный старостин дружок. Даже головы не поднял, лишь посмотрел исподлобья: взгляд задержался на их сцепленных руках и вернулся обратно к записям.

— Что, уже никого? — Осмотревшийся Артур дважды хлопнул в ладоши — звук сразу потух, заглушенный бесчисленным множеством