Неотразимый граф - Салли Маккензи

Робби оставил мясо на тарелке. Боялся подавиться. Сначала нужно переварить бессовестную ложь леди Фелисити. Неужели она надеется убедить его, что все, что произошло в его спальне, было сном? Может быть, она хочет уверить его, что ему приснились качавшиеся над лицом ее груди? Или он выпрыгнул в окно и оказался на крыше портика тоже по вине Морфея?

– Нет, леди Фелисити. Не могу сказать, что слышал что-либо о ваших похождениях, реальных или выдуманных.

– Нет?

– Нет. – Робби сосредоточенно смотрел в тарелку. Есть не хотелось. Из-за соседства с леди Фелисити у него пропал аппетит. – Каким образом сон может обрасти слухами? Кто способен распространять сплетни о том, что произошло лишь в вашем воображении?

– Ну, скажем, те действия были как бы не совсем в моем воображении. Боюсь, что так. Сон был таким ярким. Мне казалось, что это происходило на самом деле. Я даже, к сожалению, потревожила леди Элизабет и некоторых других гостей.

– О?

– Да. – Леди Фелисити понизила голос и придвинулась. – Хотите расскажу, что мне приснилось? Вы присутствовали в этом сне. Причем в шокирующем виде.

– Хм. – Робби смерил взглядом ее внушительных размеров грудь. Следовало отдать должное искусству портного, который ухитрился хоть немного прикрыть их. Ее корсаж стягивал их в невероятные холмы, и материя едва прикрывала соски. Уж он-то точно знал, что скрывает этот лиф. Вчера успел разглядеть даже небольшое родимое пятно на одной из грудей. – Не думаю, что в этом есть необходимость. Честно говоря, мне совсем не хочется знать это. – Выдавил улыбку. – Прошу прощения за то, что потревожил ваш сон.

Он мог и не говорить этого, потому что она не обратила внимания на его слова.

– Но это было так... захватывающе. – Леди Фелисити перешла на горловой шепот. – Мы с вами были в постели вдвоем. Голые. Совершенно. Я видела вашу грудь, ваше тело... – Ее глаза раздевали его. Вот он лишился сюртука, жилета, рубашки, шарфа. Она поймала его взгляд и облизнула губы, прежде чем раздвинуть их в плотоядной улыбке. – Это был самый чудесный сон в моей жизни. – Она сместила взгляд на его губы. – Не думаю, что и вам могло такое присниться.

– Конечно же, нет. – Удобно ли сейчас подняться и уйти? Пожаловаться на головную боль? Тем более что это правда. – Может быть, до этого вы съели что-нибудь? Иногда принятие пищи или напитков перед сном вызывает кошмары.

– Кошмары? – Леди Фелисити сопроводила вопрос коротким смешком. – О, лорд Уэстбрук, это не был кошмар, уверяю вас.

«Для тебя». Господи, неужели от нее нет спасения? И оно пришло. Леди Данли, его соседке по другую руку, надоело то, что леди Фелисити узурпировала право общаться с ним. Она похлопала его по плечу:

– Не было возможности поговорить с вами, лорд Уэстбрук. – Леди Данли, как всегда, кротко улыбалась. – Я искала вас днем, но не могла найти.

«Потому что в это время я тискал в кустах Лиззи». Робби надеялся, что его уши не пламенеют так, как должны были бы.

– Вы искали меня, леди Данли?

– Естественно. Моя дочь, леди Кэролайн, очень скучала по вашему обществу последние недели. Я понимаю, вы ездили в свое шотландское имение?

«Скорее, сбежал».

– Да, леди Данли. Я провел несколько последних недель в Шотландии. Но вот вернулся и собираюсь остаться в Англии по крайней мере до конца сезона. – «Приглядывать за Лиззи. Черт, она по-прежнему флиртует с Тинуэем».

Герцогине Хартфорд, сидевшей по другую сторону от Тинуэя, это определенно не нравилось. Она учтиво склонила голову к лорду Данли, ее соседу справа, но глаза неустанно следили за Тинуэем и Лиззи.

Робби с готовностью включился в разговор с леди Данли.

– ...А у моей очаровательной дочери еще и голос прекрасный. Надеюсь, вы слышали, как она поет?

«Да, когда меня своевременно не предупреждали об этом».

– Да, леди Данли, мне приходилось испытать это... мм... удовольствие. Опа!

У леди Данли округлились глаза.

– Простите. Что вы сказали, лорд Уэстбрук?

Робби поспешил изобразить улыбку, в то время как под столом сбрасывал руку леди Фелисити со своих панталон.

– Я хотел сказать, что талант леди Кэролайн всегда скрашивает вечера.

Леди Данли кивнула:

– Это правда. – Она склонилась в другую сторону, где сидела исполнявшая роль хозяйки кузина лорда Тинуэя: – Вы не напомните, миссис Ларсон,что гости хотели бы послушать музыку?

– Прекрасная идея. Я тут же распоряжусь. – «Когда рак свистнет».

Робби повернулся к леди Фелисити:

– Вы не могли бы держать при себе свои руки? – Он старался говорить как можно тише, но голос дрожал от негодования.

Леди Фелисити скорчила недовольную гримасу.

– Думала, вам приятно будет отвлечься. Ведь леди Данли так достает со своей толстой дочерью.

Это утверждение было трудно опровергнуть.

– Я не давал вам разрешения трогать меня. Это крайне неприлично. – Робби чувствовал, что вещает как занудный наставник, но, с другой стороны, что сказать, когда тебя лапают под обеденным столом?

– Большинство мужчин не жалуются.

– И сколько же мужчин вы обхаживали таким образом?

Леди Фелисити пожала плечами:

– Я не веду счет. Так легче пережить скучный ужин, вы не находите?

– Нет. – От злости Робби повысил голос. – Я предпочитаю спокойно поглощать свой ужин, не беспокоясь о том, что чьи-то пальцы шарят в моей...

К счастью, он успел заметить наступившую за столом тишину, прежде чем закончил предложение. Робби откашлялся.

– Я имею в виду тех, кто поет. Некоторые из них, наверное, чувствуют, что я уделяю им мало внимания. Не хотел бы, чтобы обладающие определенными талантами леди думали, будто их усилия не оценены. – Он улыбнулся леди Данли. Она ответил ему наклоном головы. Робби вздохнул.

«Наверное, черти сейчас замерзнут в аду».

– Миссис Ларсон, леди Данли сказала мне, что у ее очаровательной дочери прекрасный голос.