Неотразимый граф - Салли Маккензи

– Милорд, я не имел в виду ничего оскорбительного. Но леди Элизабет, кроме всего прочего, любит вас. У Бетти нет никаких сомнений в этом. И вам она небезразлична, не так ли?

– Да. Нет. – Робби хотелось стукнуть по чему-нибудь, может, даже по физиономии Коллинза. Но Коллинз не был виноват в его ущербности. – Леди Элизабет мне действительно небезразлична, но не в том смысле. Коллинз недоуменно смотрел на него.

– Ну, не совсем в том смысле. Ты не понимаешь. Твое предположение нелепо. Я не могу жениться на леди Элизабет.

– Почему же нелепо, милорд? Вам недалеко до тридцати. Пора подумать о наследнике. Леди Элизабет не задумываясь согласилась бы выйти за вас замуж. Бетти говорила, что ее госпожа отклонила все предложения в ожидании вашего. И вам ведь никто больше не нравится так, как она?

– Коллинз...

– И я знаю... ну, скорее, я думаю, что вы не предпочитаете мужчин, но даже если это было бы так, вам пришлось бы пересилить себя, чтобы произвести наследника.

– Коллинз! – У Робби было ощущение, будто кто-то пнул его в живот. – Я не отдаю предпочтения мужчинам.

– Я и не думал, что это так. – Коллинз на всякий случай сместился, выставив перед собой сюртук в качестве щита. – Милорд, простите меня за откровенность, но я тоже жду, когда вы сделаете предложение. Мы с Бетти хотим пожениться. И если вы женитесь на леди Элизабет, нам это будет проще. Если же не сделаете... что ж, ни Бетти, ни я не хотим терять работу, но... Видите, какая сложилась неловкая ситуация?

– Да, Коллинз. Я понимаю. Я поговорю с леди Элизабет.

– Стало быть, вы сделаете предложение?

– Нет. Пока мы находимся здесь, я поговорю с ней о вашей проблеме. Думаю, мы найдем приемлемое решение.

– Но как быть с вашей проблемой, милорд? Вы ее тоже решите?

Робби пожал плечами. Его проблема была неразрешимой.

– Возможно. Все, пора идти на ужин. Ты собираешься весь вечер так стоять с сюртуком или поможешь мне все-таки надеть его?

– Естественно, помогу, милорд.

Коллинз проворно поднес сюртук, и Робби сунул руки в рукава. Сейчас, в приличествующей случаю одежде, оставалось только излучать улыбку и светское обаяние. Он поддернул манжеты и в последний раз взглянул в зеркало.

– Вы превосходно выглядите, милорд.

Робби кивнул. Несомненно. Лорд Уэстбрук всегда должен выглядеть достойно. С некоторым усилием изобразил улыбку.

У лорда Уэстбрука всегда в запасе была шутка. Лорд Уэстбрук умел занять собеседника. Он был мастер вести пустую болтовню, ввернуть остроту.

В свете и не подозревали, насколько на самом деле несчастным был остроумный лорд Уэстбрук.

– Лиззи, ты сегодня очень хороша, – сказала Мэг. – Правда, она великолепна, леди Беа?

– Ты уверена, что мне не нужна косынка? – Лиззи придирчиво осматривала себя в зеркале. Бетти слишком усердно поработала над этим платьем. Оно получилось шокирующе открытым. Ее маленькие груди едва не вываливались из лифа. – А может быть, шаль?

– Тьфу! – Леди Беа рассматривала бюст Лиззи сквозь лорнет. Лиззи придерживала лиф, опасаясь, что груди выпрыгнут и попадут под пристальное око лорнета. – Оставь шаль и другую маскировку в комнате.

Леди Беа не была поборником излишней скромности. Лиззи посмотрела на кокетливое платье пожилой женщины с глубоким вырезом. Ее морщинистую шею скрывали ряды ожерелья из бриллиантов, изумрудов и рубинов. С висящими на красном платье ярко-зелеными ленточками она смотрелась как переспелое яблоко, манящее гусениц на пир.

Леди Беа подмигнула Лиззи:

– Уж это платье должно привести в чувство Уэстбрука!

– Хм... – Лиззи залилась краской. После того что произошло в кустарнике, ей хотелось, чтобы лорд Уэстбрук держал свои чувства при себе. – Я думаю, что косынка была бы очень кстати. Бетти, дай мне мою любимую брошь.

Леди Беа ткнула лорнет в направлении Лиззи:

– Робость никогда не побеждала в битвах, мисс, и не завоевывала мужей.

– Вы хотите сказать, что предписываемые обществом правила поведения незамужних женщин, заставляющие их быть кроткими и воспитанными, унизительны? – спросила, ухмыляясь, Мэг.

– Несомненно. Большая часть этих дурацких правил была придумана высохшими старыми девами.

Лиззи посмотрела на Мэг. Похоже, она, как и Лиззи, еле сдерживалась от смеха. Ведь леди Беа, будучи незамужней уже около шестидесяти лет, как никто, подходила под определение старой девы.

– Никак не могу поверить, что этот идиот до сих пор не сделал тебе предложения, Лиззи. Вроде бы ничто ему не мешает. – Леди Беа нахмурилась. – Ни за что не подумала бы, что он такой пустоголовый.

– У нас есть план, как заставить лорда Уэстбрука совершить этот решительный поступок, леди Беа, – сказала Мэг. – Лиззи пробудит в нем ревность. Мы подумали, что его следует немного подстегнуть в направлении алтаря.

– Хм... Некоторые мужчины поддаются на приманку.

– На приманку? – подивилась Лиззи.

– Вкус которой они почувствуют, только когда захлопнется мышеловка.

Лиззи залилась румянцем. Робби уже прочувствовал все, что ему было надо.

– Поцелуи, объятия... Все это возбуждает желание. Заставляет тела тереться друг о друга, особенно те части, что выпирают. А мысли... Мысли направлены на одно. На то, о чем ты мечтала. В конце концов они полностью овладевают тобой, и ты считаешь, что только это тебе и нужно, без этого нельзя жить. – Леди Беа вздохнула, потом нахмурилась. – Только ты, Лиззи, должна быть уверена, что у тебя на пальце будет надето кольцо, прежде чем ты предоставишь лорду Уэстбруку или другому мужчине возможность зайти дальше, чем положено.

– Миледи, я не вижу здесь брошь. – Бетти озабоченно рылась в шкатулке Лиззи. – Когда вы ее надевали в последний раз?

– Сегодня днем, Бетти. Ты уверена, что ее там нет?

– Да, я тут уже обыскалась, миледи. Вы ведь хотите брошь с вашими инициалами? Ту, что подарила леди Глэдис в первый ваш выход в свет?

– Да, именно эту. Я уверена, что прикалывала ее днем.

– Может, вы обронили ее где-нибудь? Вы ведь сетовали на слабую защелку. Хотели даже починить ее по возвращении в Лондон.

– Да, но защелка была не настолько слаба. Не могу себе представить...

Лиззи покраснела. Видимо, она все же сообразила, как могла обронить брошь. В кустарнике ее платье было в совершенном беспорядке. Наверное, там брошь и откололась.

Идти искать ее было поздно. Пусть себе лежит там, где упала. Никто не найдет ее в том заброшенном уголке редко посещаемой части сада.

– Не беспокойся, Бетти. Я найду ее утром.

– А сегодня она тебе не понадобится. – Леди Беа направилась к двери. – Пойдем, пока не выпили весь бренди.