Босс для Алёнушки - Алёна Амурская

Понятно, не верит мне. Блин, придется всё самой бабушке растолковать, чтобы бывшая учительница ей превратно увиденное не донесла. Она и в школе той ещё сплетницей была. Всё про всех учеников знала!

Неожиданно меня посещает интересная мысль.

- Роза Соломоновна! - торопливо окликаю соседку, которая уже начала тянуть на себя окно, и створка снова приоткрывается. - А вы случайно не помните одного ученика в нашей школе? Котов Марат его имя.

- Котов, Котов... - бормочет она, по-утиному вытягивая в раздумьи морщинистый рот.

- Его в школе все просто Кот называли, - добавляю я.

В следующее мгновение ее лицо проясняется.

- А! Помню такого. Учился у меня в старших классах. Его к нам перевели перед Новым Годом в восьмой-В по распоряжению мэра города. Он ему родственник какой-то, кажется. Никто и пикнуть не посмел, хотя в классах уже перебор был. Даже дружка его закадычного разрешили с собой из областной школы перевести к нам.

- Дружка? - у меня ёкает внутри. Значит, не соврал Котов...

- Алёнк, - уныло вмешивается Ванька, кривясь от слишком долгого стояния на одном месте с больной ногой, - может, пойду я уже, а? А вы тут болтайте.

Не дожидаясь моего ответа, он довольно ловко начинает прыгать на удобных костылях к двери в подъезд, но я всё равно смотрю ему вслед с тревогой. Как он подниматься-то будет на наш восьмой этаж? Наверняка лифт опять по обыкновению не работает. Вдруг Ванька оступится на ступеньке и упадет?..

- Ладно, я тоже пойду, Роза Соломоновна, - неохотно говорю соседке. - Надо брату помочь подняться, а то он у меня сорви-голова.

- Ты всегда была ответственной и положительной девочкой, Алёна, - одобрительно кивает та. - А за братом твоим глаз да глаз нужен. Знаю я эту породу... все себе на уме. Как втемяшат что-то в голову, так потом и не переубедишь, хоть кол на голове теши. Упрямцы независимые и гордецы! Ванька у тебя в этом плане прям один-в-один как дружок Котова! Я тебе потом про него расскажу, если не забуду. Ты напомни мне лучше сама... Ну, доброй ночи!

Как я и предполагала, лифт на первом этаже остаётся абсолютно безучастным к нажатию кнопки, неоднократно изуродованной местными хулиганами.

- Идём пешком, - сообщаю со вздохом совсем скисшему Ваньке. - Ты прыгай впереди, а я подстрахую сзади. Постарайся не спотыкаться, ладно? А то я не уверена, что удержу при падении твой вес. Вымахал ты что-то за год...

- Каши мало ела! - припечатывает братишка и скачет к лестничному пролету. - Да я тебя даже на костылях с больной ногой сделаю, спорим?

В гонку по ступенькам я с ним, естественно, не ввязываюсь. Братишка обожает соревноваться с кем-нибудь и постоянно объявляет такие малые старты, поэтому для меня подобные призывы давно уже стали обыкновенным будничным фоном. Правда, на сей раз я стараюсь хотя бы держать его спину в поле зрения на случай, если понадобится помощь.

До нашей двери он добирается первым, и с верхнего пролета я слышу его удивлённый хмык, а потом наступает тишина.

- Вань, ты в порядке? - я встревоженно ускоряюсь и вижу, как братишка осторожно отклеивает от стены возле дверного замка какую-то бумажку на скотче. - Что это?

- Записка вроде. Хм, интересно... а этот тип вообще про существование смс и онлайн-мессенджеров не слыхал, что ли? Алён! А ведь она для тебя, кстати...

- Дай посмотреть, - я наконец добираюсь до восьмого этажа и останавливаюсь, успокаивая сбившееся от слишком быстрого подъема дыхание.

Ванька протягивает мне клочок бумажки, явно вырванный из какого-то маленького блокнота. И при виде имени, которым подписался автор записки, у меня кровь отливает от лица. Чувствую, как немеют щёки и застывший в удивленном «о» рот.

- Ты чего такая? - словно издалека доносится обеспокоенный голос братишки.

Я не отвечаю. Смотрю на записку и плаваю в растерянности. Потому что там написано небрежное:

«Привет, Алёнушка! Вернулся в наш город, не срослось у меня со столицей. Хочу познакомиться со своим генофондом, приду на выходные в гости. Лёша Красавин.»