Тень оборотня - Марина Сергеевна Комарова

— Межрасовые браки? — уточнила я, оборачиваясь к Ксандру.

Он медленно кивнул.

— Сразу было всё нормально, но потом тени нарушили договорённость. А оборотни не простили. Началась война. Результаты мы разгребаем до сих пор.

Он говорил, а сам смотрел на меня так, будто хотел сорвать к чертовой матери этот деловой костюм и заняться куда более важным делом.

Я уже было смутилась, но характер, данный природой, тут же запротестовал. Поэтому глянув на изящные часики, просто уточнила:

— Когда у вас подают ужин?

Ксандр несколько озадачился:

— Планировали где-то через полчаса. Ускорить?

Он явно не ждал, что прибывшая важная гостья, дортесса целого клана, первым делом спросит о… покушать.

Я быстро прикинула ситуацию, потом кивнула.

— Годится. Как раз успеем. Проводите, пожалуйста, меня в гостевую комнату.

Ксандр не спешил. Стоял возле меня этакой мраморной… точнее, базальтовой статуей и, чуть прищурившись, смотрел на меня. Кажется, кто-то не любит спешку. Или же не предполагает ещё, чего я хочу.

Словно в подтверждение этих слов, Ксандр сухо поинтересовался:

— Успеем что, дортесса Крайнц?

— Сделать ребенка, дорт Йонтарг.

* * *

Из зеркала на меня смотрела девица не слишком тяжёлого поведения.

Даже если специально не стараешься, всё равно все эти кружавчики едва удерживают на грани между возвышенной Эрато с лирой и яркой, но такой прозичной портовой шлюхой.

Кружевное бельё, чулки, пеньюр этот, к которому страшно прикоснуться, чтобы не разорвать. Точнее, оно так и задумывалось, чтобы как раз можно было разорвать. Но это должен делать мужчина в порыве страсти, а не ты сама о дверную ручку, подскользнувшись на полу.

С Ксандром едва не вышел конфуз. Он явно не рассчитывал, что я сделаю такое предложение, едва оказавшись в замке. Всё же принято, чтобы самец немного повил гнездо (хотя бы на часть ипотеки) и уболтал самку туда забраться. И только потом приступить к плотским утехам. А тут самка сама проявила инициативу, да ещё и в ультимативной форме.

Потому что мне гнездо ни к чему, играть в гляделки и соблазнялки нет времени, а договор сам себя не исполнит.

Ксандру нужен ребенок — хорошо. Следовательно, надо поработать, чтобы он получился. А для этого лишние пляски вокруг да около ни к чему. Йонтарг — красивый мужик, с которым не грех… В смысле, от которого не зазорно родить ребенка.

Я хмыкнула, глядя на своё отражение, и поправила каштановые локоны. Кто бы меня услышал… Наверно, уже бы криком изошёл, что я такая-сякая отношусь к будущей кровиночке как к пункту выполнения договора.

Не отношусь. И никому его не отдам. Но страдать и умываться соплями тоже не собираюсь. Появится малыш — будем решать вопросы по мере их появления.

Я отвернулась от зеркала. Было сложно признать, что где-то глубоко внутри я отвратительно трусливая лань. Я никогда не была беременной. И знаю только по рассказам знакомых и подруг, как это бывает. А ещё тут эти все местные. Не выдержит мощь, не забеременеет, не получится… Да тьфу нас вас три раза!

Я резко расправила плечи.

Настюндра, спокойно! До тебя этим занимались тьма женщин, начиная с каменного века, когда какой-нибудь ясноглазый кроманьонец притаскивал своей бабе вместо цветов подбитого мамонта и чисто случайно оставался на ночь.

Твоя бабушка смогла. Твоя мама тоже смогла. И ты сможешь, выше нос!

В дверь деликатно постучали.

Я занервничала, не зная: кидаться рыбкой на постель или замереть в какой-нибудь позе поизящнее?

Решив, что лучше второе, замерла у постели, уперев руку в бок и при этом отодвинув полу кружевного пеньюара, чтобы сразу можно было узреть тело.

— Войдите.

Дверь бесшумно открылась, на пороге появился Ксандр.

Осмотрев меня сног до головы, он сделал глубокий вдох. И пусть лицо осталось невозмутимым, в глазах вспыхнуло нечто такое, что заставило меня невольно вздрогнуть. Только не от страха, а от превкушения.

Ксандр так же тихо закрыл дверь, продолжая прожигать взглядом.

Сдава богу и Единой Тени после моего заявления о ребенке, он только немного постоял, пытаясь сообразить, что происходит, но потом быстро взял себя в руки.

— Скажите, Анастасия… — вкрадчиво начал он, медленно приближаясь.

Захотелось отползти куда-то подальше, но нет… Я решилась, я сделаю. Поэтому только прогнулась в пояснице, выставляя напоказ всё то, чем женщина гордится, когда заходит речь о тяжелой артиллерии.

— А вы всегда такая… резкая? — мягко завершил он, останавливаясь на непозволительно близком расстоянии.

— Не резкая, а практичная, — поправила я, стараясь смотреть ему в глаза.

Это было весьма сложно, потому что мне он в глаза смотреть не собирался. Куда больше его интересовали кружевное бельё и изгибы, спрятанные под ним.

— Хорошо, Анастасия. Вы всегда такая… практичная?

— В большинстве случаев, — сказала я, с трудом сдерживая ехидные нотки. — Вы помните, что у нас времени до ужина не так много?

— Вы так голодны? — искренне поразился он.

Правда, глаза смеются. Черт, ещё как смеются. Ладно, надо с честью выдержать этот бой, иначе позор мне как стратегу и главе клана.

Пальцы Ксандра тем временем подцепили тонкий кружевной рукав пеньюара и потянули вниз. Невесомая ткань соскользнула, практически не задерживаясь.

Дыхание почему-то сбилось.

— Вы же ждали от меня доказательств словам, не так ли? — продолжила я, делая вид, что не происходит ничего такого. — Мой предшественник, к сожалению, в силу своего пола не мог предложить того, что предлагаю я. Поэтому…

Теперь его пальцы скользнули по моему плечу, огладили ключицу, на миг замерли и медленно поднялись по шее вверх. Воздух раскалился, будто мы оказались в центре пылающего костра. Или это просто меня бросило в жар?

Ксандр оказался ещё ближе. Его тело практически прижималось к моему, давая себя ощутить практически обнажённой. Эти кружева практически ничего не скрывали и не защищали.

Стало немного не по себе. Потому как раз и хотелось, чтобы… ничего не защищалось, а наоборот.

— Вы можете ещё отказаться, Анастасия, — шепнул Ксандр мне на ухо. — Необязательно всё это делать так… Вы — глава, поэтому я пойму. Хоть и не скрою, был польщён таким предложением. Вы куда умнее своего предшественника.

Я слушала, затаив дыхание.

В его голосе вдруг промелькнула едва уловимая насмешка:

— Но в то же время, если вам страшно оказаться в лапах каменного оборотня, то…

Мои щеки запылали от возмущения:

— Так, хватит! Или вы делаете мне ребенка, или не тратьте моё репродуктивное время!

Янтарная вспышка недоумения в глазах, а потом еле слышное рычание:

— Ну, знаешь!

Меня сгребли в охапку, и губы обожгло поцелуем.

Глава 9