Разжигая пламя на снегу - Ника Орлова

Выехав из офиса, заказываю доставку из любимого ресторана. Хотя Лиза могла и приготовить что-то. Но лучше отдам охраннику, если так. А если Королева в настроении, то совместный ужин с бутылкой вина, будет не лишним.

Натыкаюсь на нее сразу в гостиной. На ней домашний костюм цвета фуксии — шорты и короткая кофточка. Один ее край небрежно спадает и открывает плечо с белой бретелькой от лифчика. Одного взгляда хватает, чтобы меня коротнуло.

— Привет, — снимаю пиджак, сажусь рядом и притягиваю ее к себе.

— Привет, — похоже не в настроении. Хотя не отстраняется, когда целую в щеку.

— Я очень старался приехать быстрее, но сегодня плотный день выдался.

— Ты оправдываешься? У тебя каждый день плотный, иногда переходящий в плотную ночь. Я привыкаю, все идет по плану.

— Лиза, я не могу не ездить на работу.

— Конечно не можешь, а я вот могу. Даже не знаю, что там думают мои подчиненные о моем исчезновении. И, знаешь, ведь получается, ничего без меня не встало. И, даже если я здесь останусь навсегда, у всех жизнь будет бить ключом, ничего не изменится. Обо мне даже забудут со временем. Кроме ненавистного тебе Разумовского. А я, развлекаясь с тобой в постели, предаю единственного человека, который еще помнит, что я здесь и пытается вытащить.

Она встает с дивана и, с чувством смиренной безысходности, и достойным спокойствием, гасит пультом экран телевизора.

— На ужин только яичница.

— Давай.

Кажется, охраннику сегодня с ужином повезло больше, чем мне. Я уже даже не заикаюсь по этому поводу, пока Лиза идет на кухню готовить, тащусь за ней, отправляю ему смс, чтобы забрал доставку себе.

Яичница оказывается шедевром с беконом, помидорами, сыром и зеленью, вкусно и сытно. Без вина и мяса по-французски, которое уплетает мой рабочий, ну и фиг с ним. Сидя напротив и наблюдая, с каким аппетитом я это поглощаю, моя пленница немного остывает.

— В прогнозе погоды сказали, дождь сегодня последний день.

— Угу, и он решил напоследок затопить нас ливнем, — поворачиваю голову на панорамное окно. Там действительно льет, как из ведра, воды настолько много, что она даже не уходит с террасы. Газон затоплен, а на плитке виден поток в виде бушующей реки, которая уносится в стоковые отверстия. Где-то в гостиной раздается звонок моего мобильного, и я спешу туда. Башир.

— Привет, есть новости.

— Здорово, валяй, — подхожу к окну, молния разрезает небо и освещает периметр ярким светом.

— Плотников блаблакаром выехал из Турции в Болгарию. А дальше оттуда вылетел в Испанию. Дальше ниточки обрываются. Но самое интересное, что в аэропорту Коста Брава он приземлился за два часа до рейса Снежиной в Москву.

Что-то неприятно дергается в горле и кровь ударяет в виски.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Чем не вариант, что Снежина замутила все это с Плотниковым в обход Разумовского? Он положил деньги на счет и свалил. Они встретились в аэропорту, обсудили дальнейшие действия. Племянница, вся белая и пушистая, приехала с курорта домой, а он затерялся на время где-то в Испании. Она получит часть денег, а старый дурак отдаст за нее долги. Только, по ходу, у них затык. Она же сидит без связи у тебя?

— Да, — одна рука крепче стискивает телефон, другая сжимается в кулак, а внутри пробегает холодок, набирает объема и распространяется по всему телу, вводя организм в ступор.

— Поэтому он и залег на дно. Они не могут связаться.

Нет! Я отказываюсь в это верить, только не это. Но как же, мать твою, складываются пазлы.

— Ладно ей, а ему это зачем?

— Ты же мне сам сказал, что врачи дали ему всего ничего. Надоело по свету колесить, работа нелегкая. Ему вообще летать не желательно. Что-то заработал, остальное украл. Так и доживет в каком-нибудь Аликанте до смерти, ни в чем не нуждаясь. Будет есть апельсины и купаться в море. Так что, потряси эту Снежину. Мне кажется, ее частью работы был старик, чтобы не оставлять ей долги, он вывернется, но отдаст. Она как там, поняла серьезность своего положения? Готова говорить?

— Ты во сколько вылетаешь? — перевожу разговор на другую тему, в ушах набатом бьют колокола, разрушая все, что наслоилось в моей голове за эти дни.

— Через час вылет, выезжаю в аэропорт. Завтра сделка в четырнадцать, ты наличные, кстати, нашел? А то продавца другой покупатель чуть не перехватил, хорошо, меня проинформировали. Так бы и клуб просрали.

— Нашел. До завтра.

Отключаюсь, бросаю трубку на диван и, с трудом понимаю, что мне делать. Мозг отказывается принимать такой неожиданный поворот событий. Вспоминаю хоть что-то, что может подтвердить или опровергнуть версию Башира. Что она искала в моем кабинете? Может, средство связи? Не провернула ли что-либо, когда выезжала в торговый центр за покупками? В остальном казалась искренней. Нет, невозможно так сыграть. Или возможно? Отца очаровала за пять минут, да и меня в нокаут отправила. Есть в мире еще такая баба, из-за которой бы я отказался от нормального ужина и жрал яичницу?

Захожу на кухню, все убрано и перемыто, по полу ездит робот-пылесос, а Лиза задвигает стулья под стойку. Едва взглянув на меня, она сразу транслирует тревогу. Видимо, все написано у меня на лице.

— Перед вылетом из Коста Брава ты встречалась с кем-нибудь в аэропорту?

— С кем я там могла встречаться?

— С Плотниковым.

— Кто такой Плотников?

— Ну хватит! В твоем случае лучше будет все рассказать самой.

— Что рассказать? Я не понимаю, чего ты хочешь от меня?

Она испугана и это работает как спусковой крючок, мне кажется, еще немного и дожму.

— Сейчас проверяется версия о том, что ты в сговоре с Плотниковым, человеком Разумовского, устроили кражу денег с его счетов, ты встретилась с ним перед вылетом с Испании, куда уехала, чтобы отвезти от себя подозрение, и обсудили дальнейшие планы. Родственника подставили, перекинув на него решение этой проблемы, а дальше должны были поделить эту сумму. Ты чистая, Плотникова не найдут, а этот лох разгребет.

Делаю к ней шаг, оторопевшая Снежина, отступает назад, в ее глазах страх, она сглатывает.

— Макс, что ты несешь? — Она машинально выставляет руку вперед, я останавливаюсь.

— Если эта информация подтвердится, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю!

Не контролирую ни голос, ни интонацию. Мне плевать на эти деньги, мне уже даже плевать, что меня кинули.