Слишком поздно - Колин Гувер

И нет, это не мудрость моего сраного папашки. Он был бродягой и одевался как нищий, а так, кто знает, может, протянул бы на воле подольше.

В кухне застаю Джона. Он стоит спиной ко мне, у мойки и прижимает к виску пакет со льдом.

– Че случилось?

Он оборачивается. Правая половина лица у него – сплошной синячина.

– Ебаться в рот, это кто тебя так?

Джон бросает лед в мойку.

– Один хрен с горы.

Подхожу и вижу, что ебало ему вскрыли даже сильней, чем я думал. Нет, он мне скажет, кто его так отмудохал! Если Джон просрал очередную сделку, я сам ему вторую половину лица расхуярю. Беру со стойки ключи и повторяю вопрос:

– Кто тебя так, Джон?

Он выпячивает челюсть и отворачивается.

– Один урод застукал вчера со своей телкой. Врасплох застал. Сейчас еще ничего, было хуже.

Вот мудила-то! Я смеюсь.

– Нет, сто пудов, все как было, так и осталось. – Иду к кладовой и проверяю запасы бухича. Там пусто, как и всегда. Захлопываю дверь. – Мы сегодня гуляем. Затарься, а я сгоняю пока по делам.

Джон кивает.

– Особенный повод?

– Ага, помолвка. Сделай все красиво, чтоб без дешманского пойла. – Я иду к передней двери, а Джон смеется мне в спину. Обернувшись, я вижу, что этот гондон еще лыбится. – Че ты ржешь? – спрашиваю, возвращаясь в кухню.

Джон мотает головой.

– Так че не ржать-то, Эйса. Ты и женитьба?

Я смеюсь… а потом ебашу его по левой стороне рожи.

Время он мое, понимаешь ли, тратит.

Глава двадцать пятая

Картер

Иду к машине на парковке, не чувствуя под собой ног. Падаю на сиденье, хватаюсь за руль и откидываю голову на подголовник.

Я потерял границы, потому что линии, к черту, размыты. Я стараюсь выполнять задание и в то же время из-за Слоун сомневаюсь, тот ли путь выбрал. Кем я сейчас был: Картером или Люком? А может, Люк становится Картером?

Как не быть собой рядом со Слоун, просто не знаю. Мне столько хочется ей рассказать. Столько сделать для нее. Открыть правду.

С другой стороны, расскажи я о себе, зачем пришел в ее дом – и под угрозой окажется все. Моя жизнь, жизнь Райана и, возможно, ее собственная. Чем меньше Слоун знает, тем лучше.

Уронив голову на руль, я пытаюсь вообразить масштабы той бури дерьма, что на нас надвигается.

Я хочу быть со Слоун, быть с ней как Люк, но этому не бывать, пока мы не нароем достаточно улик, чтобы навсегда упрятать Эйсу за решетку. А убрать его не выйдет, пока он на чем-нибудь не проколется. Эйса очень осторожен. Он оказался неожиданно умен.

Чем дольше мы возимся с расследованием, тем больше опасность для Слоун. С другой стороны, я достаточно успел узнать Эйсу и могу сказать: уйти от него сейчас – худшее, на что может решиться Слоун. Просто так он ее не отпустит. Отомстит, да еще и на брате отыграется.

Пока Эйса на свободе, Слоун никуда от него не деться, а ее плен может продлиться еще несколько месяцев.

Снова откидываюсь на спинку сиденья и берусь за телефон. Как на грех, пришло два сообщения от Эйсы.

Эйса: «Ты где?»

Эйса: «Едем пожрать в обед. «У Перальты». Подыхаю с голоду».

Несколько секунд я тупо смотрю на сообщения. Это на него не похоже. Обычно по делу Эйса со своего номера не пишет, а значит… он реально хочет просто поесть?

Я: «Буду в десять».

* * *

Двенадцать минут спустя я пробираюсь через рестик к столику Эйсы. Подсаживаюсь к нему, а он смотрит в экран телефона.

– Даров, – произносит он, не поднимая головы. Дописывает сообщение и откладывает наконец мобилу. – Вечером занят?

Качаю головой и утыкаюсь в меню.

– Не-а, а что?

Даже не глядя на Эйсу, я замечаю ухмылку, с которой он достает из кармана какой-то предмет. Опускаю меню и вижу на столике перед собой шкатулку.

Ювелирный футляр.

Какого хера?

Эйса приподнимает крышку и протягивает коробочку мне. При виде кольца внутри у меня все начинает зудеть от ужаса. Он что, предложение делает?

Сдерживаю смех. Да у него крыша поехала, если он думает, что Слоун согласится. А еще он плохо ее знает – это кольцо не для нее, слишком броское и вульгарное. Ее стошнит от такого.

– Предложение делаешь? – говорю, вернув ему футляр и снова берясь за меню. Веду себя так, будто мне по барабану.

– Нет, уже сделал. Сегодня отмечаем.

Я резко поднимаю взгляд.

– Она согласилась? – Вот уж не думал, что можно кивать так заносчиво. Выдавливаю из себя улыбку. – Поздравляю, че. За такую девку надо держаться.

Почему она утром ничего не сказала? С какой стати согласилась за него выйти? Да просто выхода для себя не увидела: не в том она положении, чтобы отказывать Эйсе. Безопаснее было ответить «да». Хотя мне от этого не легче.

Я только не понял, почему Слоун меня не предупредила.

Эйса тем временем прячет кольцо в карман куртки.

– Да, стоит, – говорит. – Она героин.

Выгибаю бровь.

– Героин?

Эйса отмахивается от вопроса и подзывает официанта.

– Я буду пиво. Любое, главное, не бутылочное. И чизбургер, чтобы полный фарш.

Официант смотрит на меня.

– То же самое, – говорю.

Мы отдаем меню, и тут у меня в кармане вибрирует сотовый. Наверное, Далтон. По пути сюда я написал ему, что еду обедать с Эйсой. Не знаю, зачем меня пригласили, пусть напарник знает, где я. Тем более после того, как Слоун назвала во сне мое имя. Я почти не сомневался, что, согласившись приехать, подписал себе смертный приговор.

Отхлебываю воды из стоящего на столике стакана.

– Ну, и когда тот самый день?

Эйса пожимает плечами:

– Хэ-зэ. Скоро, наверное. Хочу забрать Слоун из этой засранной халупы, пока она не пострадала. Ни одному рылу рядом с ней не доверяю.

Ты смотри, какой заботливый. Опоздал всего-то на день. Впрочем, Джон не проболтался.

– А я думал, ей там нравится, – вру я. – У вас разве не свободные отношения?

Эйса прищуривается.

– Ни хуя не свободные! С хрена ли?

Я со смехом начинаю приводить доводы, почему мне так могло показаться:

– Ну, взять ту же Джесс. Ты ебал ее у себя в спальне. Та телка в бассейне…