Терпеть тебя не могу - Мария Бокарева

— Что за шум после отбоя, девочки? — строго обвела взглядом комнату и, споткнувшись об Бойцова, удивленно вытянула лицо. — А ты что здесь делаешь?

— Я тут это… — забегал глазами по сторонам и быстро нашёлся с ответом, — за солью заходил.

— За солью? — изумилась учительница.

— Угу, — уверенно кивнул и продолжил нести какую-то глупость. — Представляете, сегодня за ужином джинсы в масле испачкал, вот такущее пятно. И вот как назло прямо на самом интимном месте… — указал руками масштабы своей трагедии и явно переборщил с фантазией, потому что на лице у педагога расползлась очень хитрая улыбка.

Эту улыбочку уже знали все, и я могла только предполагать, какое наказание за ней скрывалось, и ооочень надеялась, что на этот раз оно окажется не коллективным.

— Пятно говоришь? — сузила глаза в узком прищуре. — Ну, пошли…

— Куда? — напрягся Бойцов.

— За солью, — невозмутимо ответила. — Всыплю тебе как следует.

Но перед тем, как выйти, Лариса Романовна ещё раз пробежалась глазами по комнате и, заметив пустую кровать у входа, махнула кому-то за дверью:

— Лебедева! Проходи сюда. Определим тебя в двести двенадцатую.

Мы с Катей переглянулись и обе в ожидании перевели взгляд на дверь, в которую уже через секунду вошла наша новая соседка, протянув за собой большой чемодан.

Я узнала ее сразу и даже вспомнила имя девушки, ещё раз подчеркнув ее идеальную внешность и хороший вкус.

Бойцов тоже посмотрел на девчонку, закусив губу, и тут же выдал:

— Лариса Романовна, если вдруг новенькой экскурсия по лагерю нужна? Так я готов.

— А как же твоё пятно? С грязными штанами экскурсию собрался проводить? — шутливо спросила воспитатель. — Думаю, девочки без тебя справятся и помогут Лере влиться в коллектив. Правда? — обратилась к нам, и я кивнула.

А Катя… Катя почему-то отвернулась к своей тумбочке и старательно изображала занятого человека, перекладывая предметы с полки на полку.

Было уже очевидно, что между ними с Бойцовым что-то назревает, а возможно, зреет уже давно, потому что я вдруг поймала себя на мысли, что уже не первый раз замечаю их перепалки, после которых Катя уходит в себя. А сейчас у неё на лице образовалась такая глубокая тоска, что ни одним камуфляжем не скроешь.

Данил ещё о чем-то спорил с педагогом, но дверь за ними уже закрылась, а мы в комнате остались втроем.

Я, Катя и Лера Лебедева. Новенькая девушка в нашем отряде, при виде которой перед глазами тут же пронеслась подлая ухмылка Шолохова. А следом за ней я неожиданно почувствовала какой-то лёгкий, но неприятный укол между рёбрами.

— Привет, меня Алиса зовут, — произнесла первой, чтобы поскорее переключиться и перестать придумывать всякие глупости, потому что мне уже итак не нравилось то направление, куда плотным потоком хлынули мои мысли.

— Лера, — улыбнулась в ответ девушка и, поставив чемодан возле тумбочки, плюхнулась на свою кровать. — И часто тут у вас парни в женском крыле гуляют?

— Вообще-то первый раз, — развела я руками, подготавливая постель ко сну. — И то случайно.

— Просто у нас в школе с этим очень строго, там даже думать об этом не разрешается, — устало стянула с себя кофту и, указав подбородком на дверь, обратилась ко мне. — А этот парень, он к тебе приходил, да?

Я даже не сразу сообразила, что к чему. Удивленно подняла брови и, отрицательно помотав головой, усмехнулась в ответ на такое нелепое предположение.

— Что? Нет, конечно…

— А у вас это где? — перебила меня Белова, внезапно включившись в разговор, чтобы не развивать эту тему и никак не касаться Бойцова.

Я догадалась об этом сразу, а вот Лера ещё плохо знала Катю, поэтому даже не заметила этого резкого прыжка на другой предмет разговора.

— Школа-пансион «Солнечные горы». Наш класс почти в полном составе приехал в лагерь.

— А почему тогда вы не попали в отдельны отряд?

— Так и есть. Весь наш класс попал в отдельный отряд, и я изначально тоже, но тот корпус оказался гораздо меньше нашего, и меня из-за моего брата… — на этом моменте девушка сделала паузу и скривилась. — Из-за моего сводного брата! Тоже перевели сюда.

— Разве это плохо? — поинтересовалась Катя, забираясь с ногами под одеяло. — С братом оно как-то легче привыкать к новому месту.

— Не в нашем случае, — недовольно буркнула девушка и подошла к своему чемодану.

— Вы плохо ладите? — это уже спросила я.

— Я его ненавижу! — нахмурила аккуратные бровки девушка и со злостью выдернула из чемодана небольшую косметичку. — Девчонки, давайте завтра поболтаем. Я так устала, сначала у нас по дороге сломался автобус, потом эта волокита с документами… Да и поздно уже… Лучше скажите, где тут у вас душ?

Я сама вызвалась проводить девушку до душевых кабин, наскоро объяснила некоторые нюансы и когда вернулась в комнату, Катя уже спала. Поэтому я тихонько, без единого звука забралась на кровать, отвернулась к стенке и попыталась уснуть. Но через какое-то время распахнула глаза, потому что за спиной раздался громкий шёпот подруги:

— Алис, ты спишь?

— Нет, — так же тихо ответила и перевернулась на другой бок, облокотившись на локоть.

— Ты пойдешь завтра на дискотеку?

— Вообще-то не собиралась. А почему ты спрашиваешь?

— Давай сходим, а? — ее голос показался мне не совсем уверенным, но потом исправился, приняв мое длительное молчание за отказ. — Алис, Пожалуйста! Мне очень нужно, а одна я не могу.

Такое внезапное желание подруги было для меня слишком неожиданным, и, кажется, я даже догадывалась, что именно сподвигло ее на такое решение. Возможно, это только я сложила у себя в голове такую картину, но, по-моему, она была слишком очевидна.

В целом, это не мое дело, и, наверное, я не должна была лезть к ней со своими вопросами, но рот открылся против моей воли:

— Это Бойцов, да?

Это было не любопытство. Вовсе нет. Просто мне кажется, что держать в себе лишние эмоции, нам не всегда под силу, иногда нужно просто скинуть с себя часть груза или разделить его с близким, и тогда станет значительно легче.

— Что Бойцов? — переключившись с шепота, уже во весь голос спросила подруга,

— Он тоже играл с тобой?

Катя замолчала. Кажется, долго раздумывала о том, может ли она сейчас мне открыть маленькую часть своего прошлого. И я ее понимала. Не всегда приятно открывать в себе старые воспоминания, особенно если они острые и колючие, потому что, потревожив их, они опять могут поцарапать нам сердце.

— Нет! — твёрдый ответ, за