Рената Витали - Паркер С. Хантингтон

Я подняла на него глаза.

— Я идиотка?

Он закрыл глаза, вздохнул и снова открыл их.

— Нет. Теперь давай отвезем тебя домой. — Он наклонился и понес меня, как невесту.

Моя голова откинулась назад.

— Я чувствую себя принцессой.

— Ты и есть принцесса.

— Но я рыцарь. Я спасаю, а не ты.

— Считай меня товарищем рыцаря. Мы вместе участвуем в битве. Я поступаю так, как поступил бы любой рыцарь, и помогаю своему товарищу.

— Дамиан?

— Да?

— Я не понимаю, о чем мы говорим.

Его губы взметнулись вверх, а затем резко опустились вниз.

— Отдыхай, рыцарь. Мы скоро будем дома.

Водитель открыл дверь. Дамиан затащил нас в машину, и я закрыла глаза, сидя у него на коленях и положив голову ему на плечо. Когда я снова открыла их, я лежала на своей кровати, а комната начала вращаться. Дамиан стоял у изножья кровати, держа в одной руке свою большую рубашку.

Он следил за мной, пока я бежала по коридору и плюхалась в унитаз в ванной. Я взяла предложенную им рубашку, и он отвернулся, пока я переодевалась из платья в рубашку, которая спадала до бедер. Она пахла им. Его запах ослабил головокружение и вызвал мурашки по моей раскрасневшейся коже.

Я несколько раз моргнула, пока его лицо не прояснилось.

— Что происходит?

— Лора подсыпала тебе депрессант. — Он помог мне вернуться в комнату и лечь на кровать.

— Что это значит?

— Это значит, что у тебя будет сонливость, головокружение, тошнота, потливость и усталость. Но все будет хорошо. — Он замешкался, укладывая меня в постель и прижимаясь поцелуем к моему лбу. — Ты, наверное, ничего не вспомнишь.

Я вспомнила, что мы не были друзьями.

— Почему ты помогаешь мне?

У него отвисла челюсть, и он на мгновение перевел взгляд в сторону.

— Ранее ты сказала, что настоящие люди в этом мире только в книгах. Но ты тоже настоящая, и когда я рядом с тобой, ты делаешь меня настоящим. Ты делаешь меня живым. — Он взял меня за руку. — Это единственный раз, когда я не чувствую, что просто иду по жизни.

На моем лице появилась однобокая улыбка.

— Кажется, ты мне нравишься.

— Думаю, ты мне более чем нравишься. Если бы все не было так сложно, я бы мог представить себя с тобой навсегда.

— Как принцесса и принц женятся и живут долго и счастливо? — Я зевнула и закрыла глаза.

— Да. Прямо так.

— Мне нужно кольцо. — Я поглубже зарылась в одеяло. — У принцессы всегда есть кольцо, когда она живет долго и счастливо.

Какое-то шарканье прервало мою дремоту, и, когда чья-то рука коснулась моей, я открыла глаза. Края моего зрения затуманились, но я отчетливо видела Дамиана.

Маркером в своей руке он нарисовал кольцо на моем безымянном пальце.

— И мы жили долго и счастливо. — Он закрыл крышку, обдул мой палец холодным воздухом, а затем поцеловал его в макушку. — Сладких снов, принцесса.

Когда я проснулась, мне бросилась в глаза тонкая черная линия, проведенная по пальцу. Я не знала, как она там оказалась, но чувствовала, что это важно.

ГЛАВА 21

Доверие начинается с истины и заканчивается правдой.

Сантош Калвар

РЕНАТА ВИТАЛИ

Тень пошевелилась напротив меня, и я перевела взгляд на Дамиана. Мы изучали друг друга. Он вскинул бровь, осмеливаясь сказать, чтобы я не садилась.

Я закатила глаза.

— Валяй.

Два первокурсника захихикали, проходя мимо нашего столика в углу школьной библиотеки. Обычно во время обеда я ела возле центральных книжных полок, но я не могла сидеть там, не краснея при воспоминании о том, как Дамиан целовал меня на их фоне.

— Мы на людях, — заметила я.

— Так держать, Нэнси Дрю.

— А что случилось с «я не могу находиться рядом с собой на людях»?

— Думаю, это больше не действует после того, как я публично заступился за тебя на выпускном, и мы ушли вместе.

Да. Точно.

Я почесала плечо, уставилась на что угодно, только не на него, прежде чем, наконец, уделить ему внимание, которого он заслуживал.

— Спасибо.

— Что, что?

— Спасибо, — повторила я громче, и что вы знаете? Это меня не убило. — Зачем ты это сделал?

Его глаза пробежались по моему лицу.

— Что ты помнишь о прошлой ночи?

— Я помню… — Я прочистила горло. — Я помню библиотеку.

— И это все?

Боже, он собирался заставить меня сказать это.

— Я помню поцелуй. Я помню спортзал. Ты наорал на Лору и всех остальных. Потом ты отвез меня домой.

— А потом?

— А потом все расплывается. Ты помог мне лечь в постель и… — Тут до меня дошло, что он не ответил на мой вопрос. — Ты собираешься рассказать, почему ты помог мне?

Почему ты поцеловал меня…

— Ты не помнишь, о чем мы говорили? — Он выглядел так, словно хотел сказать что-то еще, но решил этого не делать.

Мои брови сошлись. Он вел себя странно, не так, как обычно. Его поведение заставляло меня нервничать. Я провела маркером по кольцу на пальце — нервный тик, появившийся у меня за время разговора. Я даже не знала, откуда оно взялось, но оно меня успокаивало.

Глаза Дамиана опустились вниз и изучили мои движения.

— Что с кольцом?

— Я… — Я запнулась, подыскивая, что сказать. По правде говоря, я хотела смыть его, но не смогла заставить себя. Это противоречило логике. — Маркер не смывается.

Должно быть, ему понравился этот ответ, потому что его тон изменился. Он стал ярче, чем раньше.

— Это маркер, а не татуировка.

Я сменила тему.

— Ты не ответил на мой вопрос. Почему ты помог мне прошлой ночью?

Его взгляд снова переместился на мое кольцо и задержался на нем.

— Я помог тебе, потому что это случится, Рената. Когда мы выйдем из дверей этой библиотеки, мы будем вместе. Последние несколько лет я стремился к цели, и в этот вечер я ее достиг. Я должен был быть счастлив, но я не был счастлив, потому что ты мне нужна. Ты подарила мне ту часть себя, о которой я даже не подозревал.

Прозвенел звонок, но никто из нас не сдвинулся с места.

Дамиан отодвинул стул, встал и протянул руку.

— Я собираюсь уйти прямо сейчас, и если ты уйдешь со мной, я буду знать, что тоже подарил тебе частичку себя.

Это был Дамиан — самый осторожный человек из всех, кого я знала, — который выставлял себя на всеобщее обозрение. Если быть честной, его чувства отражали мои.

Я уставилась на