Зимний огонь - Элизабет Лоуэлл

– Могу предположить. Скорее всего он не из святых.

– Это чистая правда.

– А разве ты охотишься за ним? – напрямик спросила Сара.

– Зачем это мне?

– Ради вознаграждения.

– Так вот за кого ты меня принимаешь? – холодным тоном спросил Кейс. – За человека, который охотится ради вознаграждения?

– Нет, я уверена, что на Юта ты не охотишься.

Кейс хмыкнул.

– А вот за безмозглые головы Калпепперов наверняка дадут много денег, – сказала Сара.

– Я охочусь за ними бесплатно.

– Почему?

Кейс не ответил.

Сара не стала повторять вопрос.

Они в молчании несколько раз прошли по комнате туда и обратно.

– Не пора ли тебе отдохнуть? – обеспокоенно спросила Сара. – По-моему, ты перегрелся, – добавила она, поскольку ее ладонь ощущала исходивший от его тела жар.

«Перегрелся, – мрачно подумал он. – Конечно, можно сказать и так. А если ближе к истине, то испытываю плотское желание, будто лось во время гона».

Кейсу это не нравилось. Ни в малейшей степени. Если в нем вновь пробуждается желание, то это принесет ему большие неудобства.

Особенно когда он будет находиться рядом с этой миловидной, остроумной вдовушкой.

– Пусти меня, – проговорил он сквозь зубы. – Я могу двигаться сам.

– Ты несешь настоящую чушь, – возразила Сара. – Если ты упадешь, мне снова придется тебя мыть. Ты можешь простудиться и вообще…

Кейс искоса бросил взгляд на Сару. Щеки ее порозовели – очевидно, от физических усилий.

Он неоднократно на этой неделе вспоминал сон, в котором испытал сладостную разрядку, и внезапно вспомнил о нем в эту минуту. Может быть, то был совсем не сон?

– Осторожно! – воскликнула Сара, пытаясь удержать падающего Кейса. Ружье упало на пол, а Кейс успел руками упереться в стену. Сара оказалась между Кейсом и корявыми досками стены.

– Уф! Ну ты и тяжелый.

– А ты мягкая… чертовски мягкая. Прости, я не хотел.

Его рот оказался рядом с ее губами. Губы у Сары были темно-розовые, блестящие. Они были слегка приоткрыты. А глаза широко распахнуты от удивления.

Если первый поцелуй показался Саре нежным и жарким, то этот был крепким, горячим, ошеломляющим. Она не могла дышать под тяжестью тела Кейса. Не могла ничего сказать, ибо его язык заполнил ее рот.

Она не могла даже пошевелиться и оттолкнуть Кейса.

Сара настроилась все вытерпеть, как привыкла терпеть домогательства мужа.

Если бы Кейс не был таким крупным и тяжелым, то все было не так уж и плохо, подумала она.

И если бы он был нежным.

Издав тихий стон, Кейс сумел обуздать свою страсть. Подняв голову, он увидел, что лицо Сары побледнело, а губы неестественно красные после его поцелуя. Зрачки расширились, и глаза кажутся темными, окруженными тонким серебряным ободком.

Она походила скорее на перепуганную девчонку, чем на женщину, знающую, что такое страсть.

– Прости, – проговорил он, ужаснувшись содеянному. – Ты захватила меня врасплох.

– Я захватила тебя? – недоверчиво спросила она. – Да я совершенно ничего не делала!

Он закрыл глаза, чтобы не видеть упрека в ее глазах.

– Я поцарапал тебе рот, – тихо сказал Кейс. – Со мной никогда не случалось такого. Я никогда не бывал грубым с женщиной, даже если очень хотел ее.

Он открыл глаза, но в них больше не светилась страсть. Он снова медленно опустил голову.

Сара прерывисто вздохнула и удивленно выдохнула, когда кончик языка Кейса тепло и нежно коснулся ее губ.

– Кейс… – прошептала она.

– Просто я хочу извиниться. И ничего больше.

Он нежно куснул зубами те места, по которым до этого прошелся его язык.

– Не больно? – спросил он.

Сара покачала головой. Их губы соприкоснулись. Но когда Сара ощутила, что он прижался к ней всем телом, она резко отпрянула назад, стукнувшись затылком о стену.

– Спокойно, – шепотом сказал Кейс. – Я не обижу тебя.

– Но я… – начала она и замолчала, увидев смятение в его глазах. – Кейс, я вовсе не…

– Проклятие, я понимаю, что ты не хочешь меня. Нисколько тебя не виню. Я тоже отверг бы любовника, у которого манеры не лучше, чем у гризли.

Кейс резко отодвинулся от Сары.

Ошеломленная, растерянная, охваченная противоречивыми чувствами – от нежности до страха, – Сара наблюдала, как он, опираясь о стену, поднял с пола ружье и снова сделал из него костыль.

Кейс повернулся к ней, опираясь на приклад ружья. Сара хотела было помочь ему добраться до кровати, но он остановил ее взглядом.

В его глазах больше не было ни нежности, ни сожаления, ни желания. Они были холодными.

– Я не хотел женщины с момента окончания войны, – сказал он. – Но я хочу тебя, Сара Кеннеди.

– Я… я…

– Не беспокойся, я не стану брать тебя силой. Никогда. Даю тебе слово.

После некоторой паузы она кивнула. Если бы он был иным, он бы уже сделал это.

– Я верю тебе, – тихо сказала она.

– Тогда поверь еще и вот чему. Мне очень не нравится, что я хочу тебя. Это означает, что вопреки моим надеждам еще не все во мне умерло.