Апельсинки для бывшего - Елена Георгиевна Попова

Ася, все еще находясь в состоянии шока, схватилась трясущимися руками за голову.

― Мне п-просто нужной прийти в себя… Мне так… Боже, мне так стыдно за него, ты бы знал. Он совсем с катушек слетел! ― шокировано выдохнула она. ― Я прошу прощения. Это перешло все границы. Я правда не думала, что он вообще приедет сюда. Я даже не знала, что он в курсе, что я в Иваново. Я…

И в этот момент Глеб крепко прижал ее к себе.

― Ты только что спасла мою голову от удара битой, еще и извиняешься? ― усмехнулся он, а в следующую секунду к ним подбежала толпа Асиных одноклассников.

― Ась, Глеб, что тут произошло?

― Ребят, кто это был?

― На вас напали? ― посыпались со всех сторон вопросы.

Глава 15. Ох уж эта пятница тринадцатое!

Глава 15. Ох уж эта пятница тринадцатое!

После инцидента у ресторана у Аси не было никакого настроения продолжать веселье, и она попросила Глеба отвезти ее домой.

― Не переживай, о тебе не пойдет дурная слава, я это проконтролирую, ― по пути к дому, обещал Глеб. ― Если хочешь, я позабочусь, чтобы этого парня привлекли к ответственности.

― Не нужно, ― бесцветным голосом ответила Ася. ― Завтра он проспится и сам себя накажет воспоминаниями о том, что сделал.

«Боже мой, в кого он превратился?.. ― всю дорогу поражалась Ася. ― Сеня же ненормальный! Сумасшедший! Зверь! ― Она вспомнила, каким демоническим взглядом он смотрел на нее и поежилась. ― А его друг… Он же запросто мог убить человека! Чем они оба думали?!»

Настроение было чернее тучи, на душе скребли кошачьи когти, в глазах застыли слезы. Ей было так противно после всего услышанного в свой адрес, что хотелось рыдать.

Ну что за мужчины пошли?

Ведь это он изменил Асе, в то время как она строила планы на их долгожданный переезд в Питер, и на счастливое совместное будущее. А теперь посмел оскорблять ее и называть дешевкой?

«За что мне все это?» ― подбородок Аси задрожал, в горле встал ком, но ее вовремя отвлек Глеб.

― Слушай, какие из них нормальные гостиницы? ― глядя в телефон, спросил он. ― «Восход», «Николаевская», «Парус». Что скажешь?

― Понятия не имею. Мне не приходилось останавливаться в гостиницах, ― ответила Ася и про себя добавила:

«Хотя иногда у меня возникало дичайшее желание сбежать из дома, чтобы хотя бы денек перекантоваться в гостиничном номере».

Мысль о том, что дома ей предстояло проводить время с матерью, дергала за все нервные окончания.

«Она явно еще не спит, и точно не упустить возможность меня позаводить, ― догадывалась Ася. ― Ей же всегда плевать, что на душе у ее единственной дочери. Всю жизнь некому было поплакаться, некому излить душу, некому выговориться, не к кому обратиться за советом. И сейчас вместо материнской поддержки меня ждет очередной вынос мозга», ― Ася поджала губы и по ее щекам предательски скатились слезы обиды.

В такие моменты она чувствовала себя особенно одинокой. Прямо как в школьные годы, когда ее обижали мальчишки, а поговорить об этом было не с кем. Когда пришли первые «веселые дни» ― она тоже не знала, как себя веси, и что с ними делать. И когда из дома ушел отец никто не утешал, никто не пытался спокойно донести, что у взрослых иногда такое случается, что мама с папой расходятся, но по-прежнему любят своего ребенка и всегда будут рядом.

Возможно, в нормальных семьях именно так и происходило, но Асина мать сделала все возможное, чтобы она страдала из-за их развода как можно дольше.

«Жаль, что до деревни пятьдесят километров. Поехала бы сейчас к бабушке, да и все», ― подумала она и вытерла мокрую щеку.

Остановившись на светофоре, Глеб снова посмотрел в экран мобильника и нажал на маленький фиолетовый значок.

― Алиса найди… ― и, взглянув на Асю, резко замолчал. ― Ты что, плачешь из-за этого полудурка?

Ася только открыла рот, чтобы ответить «всё в порядке», как из динамика его телефона послышался голос Алисы:

― Грустинка в глаз попала.

Глеб посмеялся, а Ася, вяло улыбнувшись, отвернулась к окну.

― Ась, ты же знаешь, что у меня достаточно связей. Давай я его поставлю на место?

― Он здесь не при чем, ― тихо вымолвила Ася, и тут же из динамика послышалась еще одна реплика:

― Давай, если он не против.

Ася нервно рассмеялась, но в конце смеха из горла вырвался всхлип, потом еще один, и из глаз хлынули слезы.

― Эй, эй, перестань! ― двигаясь в потоке машин, пытался утешить Глеб. ― Если это не из-за сегодняшнего случая, тогда скажи в чем дело. Может, я попробую это уладить.

Угомонить эту не пойми откуда нахлынувшую истерику Асе удалось с трудом. Конечно, она не стала посвящать почти незнакомого человека в свои семейные проблемы, и не стала вываливать на него детские обиды на мать.

И вообще она сто раз пожалела, что дала волю слезам.

Ненавидела казаться слабой и беззащитной девчонкой.

― Мне уже лучше, ― сморкнув в бумажную салфетку, гнусаво проговорила Ася.

― Значит, не сознаешься в чем дело? ― хмуро посмотрел на нее Глеб и, крутанув руль, въехал во двор.

― Просто много всего навалилось в последние дни. Не бери в голову.

― Я понимаю… ― вздохнул Глеб и, остановив машину у Асиного подъезда, повернулся к ней полубоком. ― Ась, я догадываюсь, что причина части твоих проблем я, поэтому не стану на тебя давить и снова спрашивать…

― Согласна ли я продержаться еще один месяц? ― продолжила она, глядя на него красными глазами. ― Ты разве еще не пожалел, что со