Лучший подарок - Джеси Бартон

В основном, он просто хотел прикоснуться к ней, побыть минутку вдвоём. Но поскольку приехали официанты, этого не случилось, ведь потом появились его родители, затем Уайетт и Каллиопа, Итан, без Райли, конечно же, которая осталась дома с детьми. После начали прибывать гости, и ему пришлось играть роль хозяина. Как и Тори, которая улыбалась, приветствовала гостей и показывала им, где была еда и бар. Она провела следующие несколько часов, как колибри порхая по дому, переполненному людьми, с которыми Броуди должен был разговаривать, быть милым и радушным.

Гадость. Он понимал, что это часть бизнеса, что он и его братья устраивали такую вечеринку каждый год не только для бизнес-партнёров и клиентов, но и для общественности. Это способствовало доброжелательному отношению и привлекало ещё больше клиентов. Это было необходимостью.

Обычно Броуди наслаждался Рождественской вечеринкой, но сегодня вечером у него на уме были более важные вещи — его женщина. Он хотел провести с ней время, прикоснуться к ней, насладиться ею и в конечном итоге обсудить кое-что важное.

— Броуди, я слышал, ты будешь возглавлять строительство нового супермаркета? — спросил Мэр.

Пришло время показать своё деловое лицо. Броуди пожал руку Стэнли Шимзу.

— Мэр Шимз. Да, это так. Мы очень увлечены этим проектом.

— Как и жители Дир-Лейк. Мы будем пристально следить за его ходом. Когда думаете начать расчищать площадку?

Несколько минут Броуди был занят обсуждением проекта супермаркета с мэром. Члены городского совета тоже вмешались в разговор, так что он был загнан в угол и потерял из виду Тори. Когда ему удалось, наконец, вырваться, Кент пошёл в бар, чтобы выпить столь необходимое пиво. Там его и встретил Уайетт.

— Веселишься?

— Очень. — Броуди закатил глаза, глядя на своего брата. — А ты?

— Примерно столько, сколько могу, учитывая обстоятельства. Но это неплохое сборище.

— Да. Может, по виски?

— Чёрт, да.

Броуди заказал два бокала виски.

— За ещё один хороший год! — сказал он, приподнимая свой бокал.

— Я непременно выпью за это, — отозвался Уайетт.

— Подождите, — появился Итан, заказав ещё один бокал виски. — Вы не можете поднимать тост без меня.

— В таком случае, за ещё один хороший год и ещё одного Кента в семье.

Итан улыбнулся, и они выпили, потом поставили свои бокалы на барную стойку. Следом за виски Броуди сделал большой глоток пива и повернулся лицом к толпе:

— Нам очень повезло.

— Да, — сказал Итан. — Бизнес стабильно набирает обороты за последние пару лет. У нас появились новые клиенты. Уайетт и я женились, а у меня только что появился ребёнок.

— Теперь твоя очередь, — Уайетт обратился к Броуди. — Так что, когда ты попросишь Тори выйти за тебя?

Броуди нахмурился.

— Я не хочу говорить о Тори.

— Почему? — спросил Итан. — Вы двое поссорились?

— Нет. — Он допил своё пиво, толкнув пустую бутылку к бармену, и взял новую. — То, что происходит между нами — это наше личное дело, не семейное.

Итан выгнул бровь:

— Ого, какой чувствительный.

Уайетт прислонился к барной стойке.

— Согласен. Почему так, Броуди? Ты же знаешь, что мы желаем вам только лучшего. Так почему ты ведёшь себя как придурок каждый раз, когда мы упоминаем её имя?

— Пойду пообщаюсь, — Броуди отошёл и завёл разговор с некоторыми из своих клиентов, стараясь выбросить из головы разговор с братьями.

— Хорошо проводите время? — спросил он у родителей, обнаружив их в гостиной.

— Я так горжусь тем, что ты с братьями сделал с компанией, Броуди, — улыбнулся папа. — Вы действительно хорошо раскрутили бизнес. Я не мог бы передать его в лучшие руки.

— Спасибо, пап.

— Где Тори? — спросила мама.

— Понятия не имею. Занимается своей работой и заботится о том, чтобы наши гости были счастливы, наверное.

— Как у вас двоих идут дела?

— Отлично, — процедил он сквозь сжатые зубы.

— Услышим ли мы в скором будущем свадебные колокола? — с улыбкой спросила мама. — Может быть, помолвка на Рождество?

Что. За. Чёрт. Что не так с его семьёй? Почему они пытаются подтолкнуть его к тому, к чему Броуди ещё не был готов? Или, возможно, был готов, но, как будто, не мог принять решение сам, без ощущения того, что вся семья подталкивала его в спину. Это чертовски раздражало его.

— Я вижу кое-кого, с кем мне нужно поговорить, мам. Прошу прощения.

Он побрёл с пивом в руке, направляясь на улицу подышать свежим воздухом. Может быть, там был кто-то, кто не знал о его отношениях с Тори и не стал бы допрашивать как суд третьей инстанции о его дальнейших намерениях.

Ему встретились Ли Элисон и Тим Дайсон, два строительных подрядчика, с которыми они часто работали.

— Замечательная вечеринка, Броуди.

— Спасибо.

На улице было холодно, но Тори была права. Обогреватели создавали достаточно комфорта для того, чтобы посидеть на улице и насладиться вечером. Броуди сел рядом с парнями и допил своё пиво. Он поболтал с Ли и Тимом, немного поговорил о работе.

— Я слышал, ты встречаешься с той горячей цыпочкой из вашего офиса, — начал Ли.

— По-моему, её зовут Тори, — добавил Тим. — Она сейчас занята? Слышал, вы двое уже некоторое время официально встречаетесь.

Сегодня вечером Броуди собирался обручиться, выбрал кольца и планировал сделать важный шаг. Ему ужасно надоело, что его проклятую жизнь с Тори распланировали за него самого. Почему он не мог делать всё в собственном темпе? Почему его отношения с Тори не могли быть такими, какими он сам хотел их видеть? Броуди желал, чтобы все от него отстали.

— Мы просто встречаемся. Ничего особенного.

— Так твоя репутация всё ещё неизменна, да? — со смехом спросил Тим. — Не хотелось бы видеть, как пресловутый Броуди Кент уходит с рынка. То есть, я женат уже двенадцать лет, на кого мне равняться в мечтах, если ты не будешь каждую неделю менять девушек?

Броуди рассмеялся и похлопал Тима по спине:

— Не переживай, Тим. Я всё ещё «вольная птица».

— То есть твой роман с Тори — ничего особенного?

Он посмотрел на Ли, желая рассказать ему, как на самом деле относится к Тори, какой особенной она была для него. Но в то же самое время ему так чертовски надоело, что каждый лезет в его личную жизнь и даёт советы о любви и браке, что единственным ответом, сорвавшимся с его губ, стало:

— Ага. Ничего особенного.

* * *

Тори замерла в дверном проеме, её остановили слова Броуди.