Жена в наследство, или Трудности драконьего развода - Нина Новак

Когда до меня доходит, что это дракон, уже поздно — грузовичок начинает подниматься в воздух.

Я так пугаюсь, что действую на чистых рефлексах: открываю дверцу и выпрыгиваю.

Боль накрывает мгновенно. Ох, кожа на ладонях содрана и колени сбиты. Прокатившись пару метров, лежу в дорожной пыли, хватая ртом воздух. А над головой поднимается грузовик, схваченный огромным синим драконом. Я различаю устрашающий силуэт и в досаде кусаю губы.

— Натан, чертов мерзавец, — хриплю, с трудом перекатываясь на бок.

Дракон делает широкий круг, поднимаясь выше. А мне нужно бежать, пока он не решил вернуться.

С трудом поднявшись на ноги, стряхиваю пыль. В ужасе представляю, как бреду до замка пешком.

В этот момент мне реально страшно.

А сзади вдруг раздается сопение и холодный мокрый нос тыкается под коленки.

26.

Натан

Весть о беременности Моны застает Натана врасплох. Он делает шаг назад и заводит руки за спину.

Рыжая красавица стоит в центре гостиной и сладко улыбается. Положив ладонь на живот, смущенно шепчет:

— Наша последняя ночь принесла плоды, милый.

Ее слова неприятно бьют — так, что Натан вздрагивает. Секундное чувство неверия, боли, и грудину сотрясает от яростного протеста дракона.

— Постарайся придержать новость до свадьбы, — произносит он сухо и отворачивается, чтобы не смотреть на нее.

Совесть было колет, но реакция дракона недвусмысленно дает понять, что творится нечто странное.

Зверь сам принял метку Моны, хоть к официальной невесте тоже тянулся. Натан надеялся подождать, когда узор Лизы примет четкие очертания, и только потом собирался сделать окончательные выводы.

Кто ее знает, может, эта тихоня истинная Ала. Пусть брат пустой, но в теории способен встретить пару.

— Я надеялась обрадовать всех…

— Ты издеваешься? — Натан непроизвольно злится и с трудом сдерживает гнев. — У меня свадьба на носу. Уймись и пойми, что ты и твой ребенок останетесь на вторых ролях.

— Я истинная! А твой отец не имел права составлять это дурацкое завещание. Он поиздевался над тобой, как будто отомстил.

— Замолчи, — он протягивает вперед руку, предупреждая ее.

Но Мона уже разошлась.

— Лорд Саршар всегда любил старшего. Ал похож на него. Уверена, он бы предпочел, чтобы пустым оказался ты, Натан.

— Просто замолчи, — повторяет он угрожающе и делает шаг ей навстречу.

Мона пугается, это видно по ее побледневшему лицу, но продолжает доводить его:

— Он составил завещание как издевку. Отдал тебе эту никому ненужную девку с заброшенным графством. Не лучше присягнуть императору и жить в столице? Натан, подумай, на что обрек тебя отец. На ссылку. На чудовищную жену. Он вынуждает тебя отказаться от истинной и ребенка. Даже из могилы продолжает вредить!

Натан останавливается. Прикрывает глаза, стараясь успокоиться. Дракон бушует и это страшно не нравится ему. Зверь словно отвергает пару и сомнения снова поднимают голову. Мона могла подделать метку.

Но нет… Истинность с Лиз была бы слишком неприятна.

Оказаться привязанным к женщине с опасным даром. К женщине, которая…

Он пытается прогнать непрошенные воспоминания и велит Моне:

— Просто молчи. Когда придет время я сам объявлю о ребенке. Не провоцируй леди Карен.

Мона склоняет голову, но все еще пытается убедить его.

— Ты не представляешь, чем эта дрянь занимается за твоей спиной, — шипит она. — Хотя скоро узнаешь, Натан. Скоро ты узнаешь, на ком тебе приходится жениться.

— И на ком же? — усмехается он.

Натан знает Лиз достаточно хорошо. Их отношения походили на экзотический и запретный танец, так что он изучил тихоню с опасным даром. Магия уничтожала ее, но и грозила разрушениями окружающим.

Он видел это своими глазами.

— Твоя невеста тебя позорит!

Не дослушав Мону, Натан покидает гостиную.

В груди нарастает тревога — адмирал Саршар всегда шел прямым путем и привык к ясности. Туман, что окутал его жизнь в последнее время, заставляет злиться и нервничать.

Дракон гневно порыкивает, подгоняя его к обороту.

“Сегодня не твой день, приятель. Сегодня мы оборачиваться не станем”, — увещевает Натан тихо, впрочем, в голове уже теснятся подозрения и он прокручивает самые значимые сцены с Лиз.

Слишком много нестыковок, странных моментов, реакций и слов.

Ветеринар, — всплывает в памяти незнакомое слово, которое обронила Лиз.

Кто она? Все еще леди Карен или кто-то другой?

Мысль о том, что в теле Лизы может оказаться другая, приходит ему в голову впервые и Натан хмурится. Проклятие, надо расслабиться, пока окончательно не сошел с ума. Ал как раз звал в “Розовый кристалл”, там красотки, музыка и развлечения.

Натан заглядывает к брату в кабинет, но тот заявляет, что у него неотложные дела, при этом улыбается как бесов кот, наевшийся сметаны.

— Я постараюсь приехать в клуб, но не обещаю. Мне написала Айрис… Помнишь Айрис? — Ал запускает пальцы в светлую шевелюру и криво ухмыляется. — Твоя невестушка изуродовала ее. Ты, кстати, понял, что у нее за магия? Отец мне так и не признался.

— Я поеду один, — Натан не отвечает на вопрос. Его невеста — его ответственность. Его тяжкая ноша.

Да и общество брата ему неприятно. Новость, что Ал отцепился, радует.

В зале “Розового кристалла” царит привычный полумрак и Натан занимает место неподалеку от сцены. Замечает красоток, снующих среди гостей. Но подзывать их не торопится — дракон реагирует на чужих женщин нервно.

Принимает зверь лишь Мону, но сам Натан не пытается вернуться в ее постель. Возможно, ложная метка Лиз сбивает его с толку?

Бесы, метка может оказаться настоящей и тогда его дела плохи.

На сцене танцует яркая брюнетка в маске, а затем музыка сменяется на другую, становится плавней, тягучей, принимая характерные нотки мелодий островов Эйхо.

Танцовщица отступает и опускается прямо на роскошный белый ковер, а на сцену выходит новая девица.

Натан вздрагивает, когда она начинает плавно двигаться. Что-то в ней манит и он наклоняется вперед. Ноздрей касается тонкий аромат. Очень знакомый аромат, который невозможно спутать ни с каким другим. И эти ноги, мелькающие в прорезях платья. Знакомые ноги, самые красивые, что он когда-либо видел.

Дракон шевелится в груди и Натан жадно оглядывает девушку. На ее плечах покоится змея — контраст между зеленой чешуей и белой девичьей кожей внезапно опьяняет.

Музыка грохочет в ушах и он чувствует как медленно теряет разум.

На ней маска, волос отливает рыжиной, но это не Мона. Это —