Семь предсказаний Вероники - Аннабель Ли

Но правда заключалась в том, что мне было совсем не до свиданий. Я все еще была полна решимости отправиться вместе с боевиками на практическое занятие, но понятия не имела, что делать с амароком. Редкий вид волков славился своей силой и свирепостью.

В столовую вошел Дан. Я сразу встрепенулась, но за ним показалась Амелия. Вместе они заняли очередь на раздаче. Ее маленькая ручка с аккуратными красными ноготками невзначай легка на плечо Дана.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Я опустила взгляд в тарелку, пытаясь унять накатившую злость и разочарование.

– Странная они пара, – проследила за мной Камилла. – Любая другая девушка бросила бы его после истории с кладовкой, но Амелия продолжает вешаться ему на шею.

– Видимо, любит, – подавленно сказала я.

– Ага. Статус и деньги его папочки, – фыркнула Камилла. – Слушай, что ты всякую траву да пресную пищу ешь? Может, кусочек яблочного пирога у меня возьмешь?

Она пододвинула ко мне тарелку.

– Нет, спасибо, – отказалась я. Аппетит окончательно пропал. – Ты спокойно завтракай, а я пойду в аудиторию. Увидимся уже у архимагессы Вериги.

Стараясь не смотреть по сторонам, я прошла мимо очереди на раздачу и вышла из столовой.

Поцелуй с Даном был ошибкой. Он же явно не тот парень, на которого стоит западать. Встречается с одной, целуется с другой… Да даже если они и не встречаются и между ними «все сложно», ему бы стоило сначала разобраться со своими чувствами к Амелии, а потом морочить головы остальным глупышкам вроде меня. Я разозлилась. Но не на Дана, с ним все было понятно. Обычный боевик, привыкший к вниманию девушек. Я злилась на себя за чувства, которые не должна была испытывать.

– А что это у нас? – услышала я насмешливый голос и увидела впереди Калеба.

Его окружили трое боевиков. Один из них, самый высокий и крупный, нагло перелистывал чужую тетрадь с конспектами.

– Отдай, – потребовал Калеб.

– Попробуй отбери, – хмыкнул наглец.

Кажется, это он пристал ко мне на посвящении. Как его звал Дан? Уолт?

Лицо Калеба пошло красными пятнами. Ладони сжались в кулаки. Но время шло. Он ничего не делал.

– Так я и думал, кишка у тебя тонка, – хмыкнул Уолт и показал друзьям тетрадь. – Гляньте-ка.

Тут Калеб не выдержал и попытался выхватить свои конспекты, но боевик ловко перекинул записи другу. Тетрадь пошла по рукам.

– Да ты никак в Амелию втрескался, – рассмеялся Уолт, оголяя ровные зубы с щербинкой.

Калеб предпринял еще одну попытку вернуть записи, но боевик отмахнулся от него, как от назойливой мухи. Небрежное движение массивной натренированной руки, и Калеб отлетел к стене. Это стало последней каплей. Вмешиваться в разборки парней себе дороже, но я просто не могла пройти мимо.

– Эй вы! – обратилась я к ним. Все трое повернулись. – Это вас Борз учит втроем на одного нападать? Тактика будущих защитничков Альтавы?

Парни набычились. Переглянулись. Я буквально слышала, как в тишине скрипят шестеренки. Они просчитывали, стоит ли связываться с девчонкой и какие могут быть последствия.

– Ну этих заморышей, – пренебрежительно сказал один из них, что был поменьше комплекцией и, возможно, умнее.

Он отбросил тетрадь Калеба, и та упала на пол. Листы разлетелись в стороны.

– Что, вот так и уйдем? Их нужно проучить, – не унимался Уолт. – Запрем в какой-нибудь кладовке.

– Без одежды, – прыснул третий. – Вот будет хохма, когда их вдвоем найдут.

Он не стал долго раздумывать и направился ко мне. Я испугалась и сделала шаг назад, но боевик выкинул вперед заклятье пут. Увернуться не получилось, и заклятье попало в цель. Мои ноги и руки связала магическая светящаяся нить.

– Том, а помнишь, как твой старший брат закрыл тебя в чулане и ты описался? – подал голос Калеб. – Это с тех пор у тебя нездоровая тяга к насилию и замкнутым пространствам?

– Что? – Парень побледнел.

– Он правду говорит? – обратился к нему Уолт.

– Суди сам, – пожал плечами Калеб. – Я многое вижу как предсказатель. К примеру, тебе самому нравится Амелия, но она отшила тебя еще на первом курсе, сказав, что ты рожей не вышел.

– Ах ты… – Уолт схватил Калеба за рубашку и замахнулся, чтобы ударить.

Я дернулась и потеряла равновесие, упав на колени. Боги, эти трое сейчас совсем слетят с катушек. Зачем Калеб их еще сильнее разозлил?

– Уолт! Какого гроха?! – предостерегающе крикнул Дан.

Кулак боевика быстро опустился. Несколько мгновений, и Дан оказался рядом со мной. Он сел на корточки и, заметив путы, поднял взгляд.

– Кто это сделал? – спросил он, ловко убирая чужое заклятье.

– Дан, ты чего? – начал Том. – Это же Фейн и задохлик Калеб.

Ваймс помог мне встать, а затем подошел к нему и как следует врезал. Я от удивления открыла рот. Боевик пошатнулся, потер челюсть и выплюнул:

– Грох с тобой. Видимо, правду говорят, что ты на Фейн повернулся.

Он развернулся и пошел прочь. Его дружки отстали от Калеба. В отличие от друга, они были куда осмотрительнее в высказываниях.

– Ничего личного, Ваймс, ладно? – бросил Том напоследок.

Глядя на их трусливое бегство, я фыркнула и потерла запястья. Места, где кожи касалось сдерживающее заклятье, неприятно покалывало.

– Ты в порядке? – спросил Дан.

Я кивнула.

– Было глупо лезть в разборки парней, Ника. В следующий раз сделай одолжение: пройди мимо, – сказал Калеб, поднимая тетрадь.

– Что они хотели? – спросил Дан. – Я поговорю с парнями. Они вели себя как…

– Ваймс, – перебил Калеб, – тебя, случайно, Амелия не потеряла?

По лицу Дана заходили желваки. Он ничего не ответил Калебу, только посмотрел на меня и тихо добавил:

– Больше не влезай в неприятности.

– Проще сказать, чем сделать. – Мои губы дрогнули в улыбке.

Вдруг захотелось спросить его про Амелию. Глупо, но мне было важно услышать, что они снова вместе, словно… Словно я надеялась, что это на самом деле не так. Но время поджимало. Вот-вот должна была начаться первая лекция. Да и коридор не лучшее место для выяснения отношений. В нашем же случае я не была уверена, что нам с Даном есть что выяснять. Он ушел. Я и Калеб остались вдвоем.

– Пошли, – сказал он.

Я заметила на полу листок, выпавший из тетради, и подняла его. Там был нарисован карандашом портрет Амелии.

– Красиво, – сказала я, смущенно протягивая рисунок Калебу.

Он молча спрятал его среди прочих записей. Получилось неловко. Пусть и непроизвольно, но я все же перешла личные границы друга. О своих чувствах он никогда не распространялся, да и нечего было рассказывать. У Амелии были определенные стандарты, в которые не вписывался предсказатель с непопулярного факультета.

– Это тебя видели с Ваймсом в кладовке? – неожиданно спросил Калеб, когда мы уже подходили к аудитории архимагессы Вериги.

– Нет, – поспешно ответила я и тут же поняла, что прокололась.

Если бы мне задали этот вопрос еще пару недель назад, я бы рассмеялась. Или возмутилась. А сейчас… Повела себя как школьница, которую поймали на списывании.

– Из тебя никудышная лгунья, Ника, – вздохнул он. – Будь осторожнее с ним. Ничем хорошим ваши игры в любовь-ненависть не закончатся.

– Между нами ничего нет. Это была случайность, и та девушка все не так поняла…

– Ника, ты не должна передо мной оправдываться. Главное, не лги себе.

Я остановилась. Не замечала раньше за Калебом такой проницательности. Мы прошли