Измена. Не возвращай нас - Анна Томченко

Давыдов появился очень резко. Он залетел, словно вихрь.

— 0, а где у нас Линка?

Я не знала Женя рассказывал ему, что произошло у нас или нет. Но, судя по вопросу, Давыдов ничего не знал.

— Она с Олегом.

Клим наклонился и чмокнул меня в щеку, дернулся к сыну, потрепал его по волосам, хлопнул по ладони.

— Понятно. Ну, в любом случае там сами разберетесь, — Клим поставил на стол широкую коробку — Здесь небольшие сладости, небольшие гостинцы вам из столицы, надеюсь, все понравится.

Я безучастно кивала, не могла даже поблагодарить, найти слова, которые могли бы отразить все моё состояние. Давыдов был, оказывается, заботливым мужчиной.

— Так, Жека, давай бегом в тачку и погнали, у меня ещё сегодня дофига дел. Я тебя домой закину, а потом вечером куда-нибудь сгоняем, не знаешь сегодня матч какой-нибудь будет?

Женька быстро накинул на плечи лямки рюкзака, перегнулся через стол, поцеловал меня в другую щеку, прошептав:

— Тетя Варя, мне очень понравилось проводить с вами эти дни, было круто.

Спасибо вам.

Я мягко улыбнулась, признавая.

— Мне тоже жизнь с тобой понравилась, тебе спасибо.

Клим хмыкнул. И, погладив меня по плечу, поблагодарил:

— Спасибо, что выручила. Не знаю, что бы я без тебя делал с твоим сыном.

— Одно удовольствие находиться рядом с ним. Очень нежный ребёнок, — сказала я тихо. Давыдов хмыкнул, но не стал заострять на этом внимание.

— Если тебе что-то понадобится, знай я всегда на связи. В любое время дня и ночи я прибегу, прилечу, прискочу к тебе, да хоть на ковре самолёте, Варвар, только не теряйся, держи меня в курсе дел.

Я мягко улыбнулась и кивнула.

Когда Давыдовы исчезли из поля зрения, ко мне подошла официантка, убрала со

столика посуду и тихонько заметила:

— Мужчина оплатил счёт.

Я кивнула, понимая, что именно так и поступил бы Клим и, вздохнув, открыла чёрную матовую коробку. Внутри лежали несколько вариантов туалетной воды.

Какие-то крафтовые офигенно дорогие из модной кондитерской конфеты в нескольких упаковках. В самом низу небольшой набор уходовой косметики.

Несколько коробок с монпансье. И записка на небольшой открытке: «Не туши огонь внутри себя». Она была типовой, как печенье с предсказанием. Я улыбнулась, закрыла коробку, медленно вылезла из-за столика и вышла из ресторана.

Погода была хорошая, и, наверное, я оттягивала момент для решения вызвать такси и поехать к дочери, потому что боялась, что она не примет меня. Я сделала пару шагов вдоль тротуара и услышала недовольный окрик.

— Ох, какие люди, вы посмотрите.

Я постаралась сделать вид, что ничего не слышала, но тем не менее до меня донеслось следующее.

— По ресторанам разъезжает. Да ещё с подарками с какими-то ходит. Вот сразу видно было, что такая себе из тебя жена.

Я тяжело выдохнула и обернулась.

Антонина вылезла из машины и стояла, орала на всю улицу. Следом за ней с пассажирского сиденья вылезла бледная Зоя и начала.

— Мама, прекрати, мам, мам, не надо. Я тебя умоляю.

— А что ты меня умоляешь? Ходит шлюха, пусть все знают, что шлюха, а то с одним живёт, с другими встречается. Где это видано, чтоб замужней бабе да подарки делали.

Я вообще не поняла, какого черта она сложила обо мне такое мнение, но я, ничего не сказав, сделала пару шагов вперёд, потом додумалась посмотреть на торец коробки и увидела надпись на английском о том, что подарки, сделанные с любовью.

Тяжело вздохнула.

— Ишь, ты, побежала, побежала, а ну стой, дрянь, я тебе все выскажу, и за то, что твой мужинек такой сякой, честных людей обманывает, не женится, а должен был, ведь ребёнка его носим

— Отстаньте от меня, — сказала я холодно. В этот момент Антонина как раз нагнала меня и дёрнула за локоть.

— Что отстаньте? Разводиться не собираешься, так ещё с другими гуляешь, могла бы место уступить нормальной девке, ходит, сына его носит. А ты только девчонок штампуешь, никакого наследника родить не можешь.

— Отстаньте от меня, не притрагивайтесь ко мне. Я сейчас вызову полицию, —сказала я нервно и дёрнулась в сторону.

— Не надо угрожать. Нашла кого пугать. Пуганные уже. А когда твой мужинек орал на мою дочь, что она такая сякая, где ты была, сама его настропалила, а теперь ещё избегаешь. Нет, я тебе все выскажу..

— Мам, прекрати, мам, не надо, Олег предупреждал. Мам, не трогай её, — кричала

Зоя, быстро идя по тротуару. Как-то она неубедительно это все кричала. У меня сложилось впечатление, что я участвовала в очень нелепом спектакле.

Я шагнула вперёд, и в руке оказался телефон. Я набрала приложение такси и тут же вызвала машину на перекрёсток чуть подальше.

— Ты то не лезь, все прошляпишь. Мужика прошляпишь, беременность прошляпишь, будешь сидеть никому ненужная девка с прицепом! Мало ли что твой Олег сказал! Олег, у тебя кобелина ещё та, с тобой, значит, спал, а жене ничего не ‘сказал, до последнего терпел, пока уже сама не узнала.

Я дернулась в сторону, стараясь отойти как можно дальше, но в этот момент Антонина шагнула ко мне и схватила за плечо. Она меня дёрнула так сильно, что у меня пальцы разжались, и коробка выскользнула из рук. Она ударилась об асфальт, и крышка слетела, показывая нутро из дорогих подарков в виде духов и косметики.

Антонина закатила глаза.

— Вот вот, посмотрите, посмотрите, люди добрые, что происходит? Спит с одним, встречается с другим. Детей рожает от одного, а гулять ходит со вторым. Вы только посмотрите. И это ещё мать семейства называется. Мать семейства, которая могла ещё чем-то попрекнуть меня.

— Отпустите меня, не трогайте!

Антонина вцепилась в меня такой мёртвой хваткой, что у меня даже кожа начала синеть на запястье. Я дёрнула руку на себя, стараясь вырваться, но вместо этого Антонина меня потянула к себе и заставила оступиться, задев туфелькой край коробки под ногой. Что-то хрустнуло, и я поняла, что наступила на флакон с духами.

Антонина зло захохотала.

— Вы посмотрите, какая дрянь. Вы посмотрите! — на нас оборачивались люди. Я не могла понять, почему никто никак не реагирует. Видно же, что беременную женщину пытаются ударить,