Развод с ректором. Попаданка в жену дракона - Екатерина Гераскина

Видимо намечалось какое-то собрание.

Не стала спрашивать ничего у Вильяма. Тем более он рассказывал как поступал на боевой факультет. Это было интереснее для меня.

Липкий неприятный взгляд исчез, стоило только скрыться за углом.

Глава 26

Мы продолжили путь, и по мере того как приближались к той самой таверне, напряжение не отпускало.

Я снова оглянулась на улицу — но никого подозрительного не увидела.

А потом мы вошли внутрь таверны. Тут вкусно пахло едой, было чисто и опрятно. Деревянный стены, балки на потолке. Массивные столы и скамейки.

Вильям утащил меня в угол зала.

— Я сам закажу, — подмигнул он. — Доверься мне.

Я улыбнулась, устраиваясь поудобнее на скамье с мягкими подушками. Он ненадолго отошёл, а уже через несколько минут на столе появились блюда: сочная тушёная говядина с овощами в ароматном соусе, свежий хлеб с корочкой, а на десерт — нежнейший ягодный пирог. Всё это сопровождалось горячим душистым чаем с лимоном и корицей.

— У вас здесь умеют готовить, — заметила я, с удовольствием пробуя первое блюдо.

— Вот почему я всегда сюда захожу, — кивнул Вильям. — Привыкаешь к хорошему слишком быстро.

Время за беседой и едой пролетело незаметно. Мы смеялись, обменивались шутками. Вильям был внимателен, но не навязчив.

Когда тарелки опустели, я встала, извинившись перед другом, и направилась к стойке. Попросила позвать хозяина. Подавальщица кивнула и позвала хозяина.

Тот вышел через пару минут — мужчина лет сорока, с короткой бородкой и внимательным взглядом. Я подошла к нему и, чуть смутившись, заговорила:

— Простите, я хотела бы устроиться к вам на работу. Подавать еду, убирать, помогать по залу… что угодно.

Он прищурился, посмотрел на меня с ног до головы.

— Опыт есть? — спросил спокойно.

— Нет, но я быстро учусь. И очень стараюсь.

Мужчина кивнул, почесал затылок.

— Улыбка у тебя хорошая. С посетителями работать сможешь. Давай так — со следующей недели приходи. Покажу, что к чему, начнёшь с простого. Платить буду два золотых в месяц.

— Спасибо, — искренне выдохнула я, и он даже усмехнулся.

Я вернулась к нашему столику, где Вильям сидел молча, погружённый в себя.

— Со следующей недели начинаю, — сказала я, стараясь скрыть радость. Вильям ответил сдержанной улыбкой.

И только потом я подумала, что если сравнивать с зарплатой как-то слишком мало я заплатила за дом. Но эта мысль долго не задержалась в голове.

Когда мы вышли из таверны, солнце всё ещё стояло высоко. Стоило сделать несколько шагов по мостовой, как меня снова кольнуло знакомое ощущение неприятного взгляд. Холодок пробежал по позвоночнику. Я резко оглянулась.

Людей было много — торговцы, прохожие, посыльные, студенты, горожане и прогуливающиеся аристократы.  Наемные кареты, лошади.

Все шли кто куда. Никто не выделялся. Никто не пялился в упор. Никто не вызывал тревоги… и всё же.

Я чуть задержалась, пытаясь уловить хоть что-то, когда Вильям вдруг тихо сказал:

— Всё в порядке?

— Да, — выдохнула я, — просто… показалось.

Он внимательно посмотрел на меня, и, как будто прочитав в моём лице больше, чем я сказала, мягко коснулся моей руки.

— Пойдем покажу тебе парк.

Я кивнула, и мы двинулись дальше. Вильям рассказывал о лавках, улицах, вывесках. Я слушала, но ощущение чьего-то взгляда так и не покидало меня до конца дня.

Время пролетело незаметно. Мы с Вильямом гуляли по городу — он показывал мне старую площадь, рассказывал байки о студентах, смеялся, вспоминал свой первый курс. Да много чего.

Я смеялась от души.

Когда солнце почти скрылось за крышами домов, Вильям предложил:

— Хочешь, покажу тебе одно место? Оно рядом. Особенно красиво там именно сейчас, в сумерках.

Я только кивнула. Мы свернули с оживлённой улицы и вскоре оказались в парке. Над аллеей уже зажглись первые фонари, а у пруда собралась небольшая толпа.

— Здесь каждую неделю запускают фонарики, — пояснил Вильям, — в честь начала лета. Считается, если загадать желание и отпустить его с фонариком, оно обязательно сбудется.

Я застыла, глядя, как десятки огоньков один за другим всплывают над водой, поднимаются в воздух, тихо покачиваются, отражаясь в глади пруда. Это было волшебно.

Мы стояли молча. Я не просила фонарик. Просто смотрела.

Я загадала желание — про себя. Мне так хотелось поступить в Академию. Конечно, это была глупость — ведь нужны определённые знания и никакое желание не вложит их в мою голову. Но я всё же поддалась атмосфере.

— Пора, — сказал Вильям, когда небо стало совсем тёмным, — провожу тебя. Уже поздно.

Я кивнула, и мы неспешно двинулись по дорожке обратно. Ночь опустилась мягко. В парке стало безлюдно. Только ветер шелестел в кронах.

И на выходе вдруг раздался скрежет колес.

Перед нами остановилась матовая чёрная карета. Без герба. Без опознавательных знаков.

Вильям резко встал передо мной, инстинктивно заслоняя.

Я остановилась. Внутри всё сжалось.

— Не двигайся, — прошептал он. — Просто… стой.

Дверь распахнулась с резким скрипом, и из тени показался… какой-то лорд в возрасте. Зализанные назад волосы. Чёрный долгополый камзол, перчатки, чуть насмешливая полуулыбка. Вытянутое лицо, острый нос, хищный разлет бровей. Аристократ до мозга костей.

Но стоило только посмотреть ему в глаза — и сразу становилось ясно: он был Одержимым.

— Подвезти вас, милая леди, — протянул он с фальшивой вежливостью, откинув дверцу кареты, вовсе не спрашивал. — Поболтаем. Прокатимся. Я тебя не обижу.

В голосе звучали маслянистое липкие нотки. И с каждой секундой становилось всё яснее, что именно он имел в виду под словом «прокатиться».

— Леди со мной. Никуда не поедет.

— Мальчик, — снисходительно причмокнул лорд. — Не мешай леди принимать правильное решение.

А потом уже мне.

— Не люблю ждать. И всегда получаю то, что хочу.

Глава 27

Лорд не обратил на слова Вильяма ни малейшего внимания. Только хищно блеснули его глаза — в их глубине вспыхнул красный огонь, и тот начал разгораться, пока из глаз не повалил густой черный дым.

Я покосилась на Вильяма. Тот словно не видел происходящего — стоял рядом.

Чёрт. Он же даже не понимает, кто перед ним!

Это не просто лорд, который заприметил симпатичную девчонку и решил утащить её в свою карету. Он Одержимый.

И всё-таки… какие же они подлые! Какие же сволочи! Неужели вот так просто можно