Развод. Я не смогу тебя простить - Марго Лаванда

— Я готова. Поехали! — прошу нервно.

— Как насчет ужина сегодня вечером? — спрашивает с легкой улыбкой.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— А мне кажется — отличная.

— Ты слишком давишь. Слишком торопишься.

— Знаю. Просто ты такая красивая…

— Кирилл, умоляю, идем уже!

Вздыхает. Дотрагиваюсь до своего пальто. Оно еще сильно мокрое. Вздыхаю.

— Придется одолжить тебе верхнюю одежду. Сегодня приедешь на работу в мега нестандартном виде, — усмехается Зарубин.

— Не вижу в этом ничего забавного. Уж как-нибудь доберусь…

Но он решительно забирает из моих рук мокрую вещь. Открывает шкаф.

— Все в твоем распоряжении. Вот, есть плащ. Не сильно теплый, зато мне маловат. Сестра купила два года назад, так и висит, ни разу не надел. Похудеть под него не получилось.

Плащ стильный, темно-кофейного цвета. Мужской, да. И тонковат, но зато можно затянуть поясом. Выбора у меня особенно нет.

— Тебе идет. Выглядишь потрясающе.

— Спасибо, — торопливо заплетаю косу.

Наконец мы спускаемся к машине. Кирилл открывает мне переднюю дверь. Опускаюсь на сидение. Он садится на место водителя, включает подогрев. Как будто мы пара и давно вот так ездим на работу вместе. Меня пугает быстрота, с которой все происходит…

Ехать чуть больше километра, так что занимает какие-то минуты. По ощущениям — мгновение.

Наверное, надо было попросить Кирилла высадить меня не доезжая. Но я слишком тороплюсь.

— Спасибо большое, что помог. За все!

— Так что насчет ужина? Мне бронировать столик?

— Не сегодня, ладно? Я очень опаздываю.

Удаляюсь поспешно, но успеваю заметить наблюдающую за нами у главного входа Попову. Ну что ж, раз главная сплетница увидела — скоро будет знать вся больница. Хотя, что собственно знать? Что меня подвез коллега? И я свободная женщина!

Так думаю, пока надеваю халат, принимаю пациентку.

Под конец приема мечтаю о кружке горячего чая. Меня знобит. Наверное, надо принять противовирусное. И спросить у Лиды, есть ли у нас лимон.

— Соблюдайте мои рекомендации. Беременность протекает по плану, все хорошо.

— Спасибо вам большое, Алена Викторовна.

— До следующей встречи. Всего хорошего.

Пациентка уходит, я поднимаюсь с кресла и не успеваю дойти до двери. В кабинет врывается Георг. Он выглядит взбешенным.

— Это все, на что ты способна?! Трепать мне нервы? — вопрошает, сверля меня глазами.

— Я не понимаю, о чем ты. У меня всего десять минут, и есть планы куда интереснее, чем выслушивать твои странные вопросы.

Пытаюсь выйти, но бывший преграждает дорогу.

— Нет, мы поговорим.

— Не о чем, Георг! Или ты меня не слышишь?

Дверь открывается, заглядывает Лида.

— Алена Викторовна, чайник закипел.

— Спасибо дорогая, у нас есть лимон? — чихаю.

Георг вынужден был отойти от двери, и я, воспользовавшись, выхожу из кабинета.

— Кажется есть. Вы простудились?

— Все еще очень надеюсь, что нет. Машина, будь она неладна! Опять сломалась, — качаю головой.

— Пойду приготовлю вам чай, — Лида убегает.

— Алена! — громовой голос мужа позади, я ускоряюсь по коридору, в стороны комнаты отдыха. Неужели Вознесенский не понимает, что позорится, и добавляет таким поведением сплетен? Что ему надо от меня.

— Ты от меня не убежишь, поняла? — хватает за руку. Толкает к стене.

— Да что тебе от меня нужно? Зачем ты устраиваешь сцену, Георг? Тем более здесь! На работе! — шиплю на бывшего. Хочется наорать, но мы и так привлекаем слишком много внимания.

— Потому что ты меня доводишь! — рычит взбешенно. — Ничего другого тебе в голову не пришло? Решила меня на ревность вывести? Так бесишься, что предпочел тебе другую?

— Отпусти меня немедленно! Убери свои руки, — вырываюсь. — Думай что угодно!

— Я думаю, что ты тварь последняя. Адвоката наняла, обиженную из себя разыгрывала. Может и когда вместе были, изменяла мне?

— Какой же ты мерзавец! — меня колотит, перед глазами темнеет. — Знаешь, я даже благодарна Игнатовой, что глаза мне открыла. И что забрала тебя!

Лицо мужа становится серо-бледным. Судя по бешеному выражению, он готов поднять на меня руку.

— Повтори, что ты сказала!

— Живи своей жизнью, Георг! Забудь уже обо мне! Все! Хватит!

— Отпусти ее, — Кирилл появляется внезапно. — Быстро руки свои убрал!

— Ты как смеешь с главным разговаривать? Вон пошел, щенок!

Но отходит от меня на шаг. Я готова бессильно сползти по стене. Не понимаю, каким чудом на ногах держусь.

— Ты кто такой вообще? Ничтожество! Жалею, что взял тебя сюда. Но как взял, так и вышвырну! Докторишка вшивый!

— А мы сейчас о медицине спорим? Или о личном? — спокойно спрашивает Зарубин.

— С какого момента моя жена стала твоим личным, щенок?!

— Жена? Ты ничего не попутал? Или склерозом страдаешь?

— Кирилл, прекрати немедленно, — хватаю Зарубина за плечо. — Не вмешивайся!

— Слышал? Отойди от Алены! Совсем охренел! Или место свое потеряешь!

Мы привлекаем внимание. Уже несколько медсестер в конце коридора испуганно на нас пялятся. Ужас полный! Надо это прекращать немедленно!

И тут появляется Игнатова. Бежит к нам, обхватив свой живот ладонями.

Георг и Кирилл наступают друг на друга.

— Георг, мне плохо! Я, кажется, рожаю! — голос Светланы. — Помогите… Мне плохо. Мне нужен врач!

Во мне включается профессионал. Подзываю медсестер, быстро прошу привезти каталку. Везем любовницу мужа на узи. Сейчас мне не до личного к ней отношения.

— Успокойтесь. Все будет нормально, — кидаю ровным голосом самой нежеланной, но увы, пациентке. Передавать ее сейчас кому-то нет времени. Хочу как можно скорее с этим покончить. И надо срочно увольняться! Это уже дурдом.

— Этот громила навредит Георгу! — плачет Светлана.

— Никто никому не навредит. Ерунду не говорите.

— Это из-за тебя, Алена! Ты же понимаешь! Зачем ты это спровоцировала? Не могла иначе, да? Хочешь его вернуть? — захлебывается истерикой.

— Ага, мечтаю. Это было представление, да, Светлана Петровна? По УЗИ все нормально, рожать вам рано еще, — сообщаю устало.

День просто кошмарный. Скорее бы он уже закончился!

— Тебе помогла, — ничуть не смущается Светлана. — И любовничку твоему. Если бы набил морду главному врачу, ну куда бы его потом взяли, а? Кстати, вкус ничего так у тебя. Быстро ты красавчика окрутила.

— Как же без твоей похвалы, да? Я бы чувствовала себя обделенной, — усмехаюсь.

— Ой, ладно тебе, Алена Викторовна. Молодой и горячий Кирилл куда лучше пятидесятилетнего.

— Уже не рада своему трофею?

Ничего не ответив, Игнатова ловко поднимается с кушетки.

— Всего хорошего, доктор. Лучше тебе побыстрее сменить работу. Сама видишь, ну нельзя вам с Георгом работать вместе.

Ничего не отвечаю. Она права в этом, конечно. Такая нездоровая обстановка вредит всем. Так и оставшись без вожделенного горячего чая, спешу к следующим пациентам.

Не знаю, как мне удается провести еще три приема спокойно и профессионально. Одна из пациенток