Сладкая измена - Санта Монтефиоре

— Какое это имеет значение? Ведь ты же не собираешься закрутить с ним роман.

— Не в этом дело. Я просто хочу выглядеть прекрасной в его глазах.

— Если он не заинтересуется тобой, то прекратит посылать тебе сообщения, и ничего уж тут не поделаешь — придется расстаться с этой мечтой.

Она посмотрела на подругу, и ее лицо вытянулось от удивления.

— О Боже.

— Что? — Анжелика чуть не выронила чашку. Она очень боялась взглянуть на свое отражение в зеркале. — Неужели плохо?

— Плохо, плохо и еще раз плохо.

— Насколько плохо?

— Посмотри сама.

Анжелике показалось, что к ее горлу подступил комок тошноты. Она подняла глаза. И тотчас при виде прелестной головки в зеркале все ее опасения улетучились.

— О Господи, да это же просто сногсшибательно.

— Вот это да!

— Роберт, вы действительно гений!

— Благодарю. — Он немного распушил ее волосы пальцами. — Цвет тоже удачно подобран.

— Да, в самом деле. — Анжелика заметно нервничала. — Искусник Томас. Я и ему должна сказать спасибо.

— У Джека нет ни единого шанса не влюбиться в тебя. К сожалению! — сказала Кандейс, с одобрением глядя на подругу.

— Надеюсь, ты права. Просто я хочу, чтобы меня обожали…

— Издалека?

— Издалека.

Кандейс отложила журнал.

— Думаю, мне следует пойти с тобой.

— Ну, подумай еще раз, — сказала Анжелика. — Мне почти сорок лет. Пришло время от души повеселиться. Первым шагом на пути к счастью является окрашивание волос и стрижка. — Она сунула руку в кошелек и вытащила оттуда скомканную купюру. — Это вам, Роберт, за то, что заложили основание для моего храма счастья.

Анжелика забрала детей из школы в три тридцать. Единственным человеком, который не отпустил ей комплимент по поводу ее новой прически, оказалась, конечно же, Дженна Элрич, которая была слишком занята, крича в телефонную трубку своего мобильного телефона. Однако Анжелика заметила, как Дженна пару раз взглянула в ее сторону, и ее лицо позеленело, как мох. Летизия, Кейт и Скарлет были поражены.

— Любой бы решил, что у тебя роман на стороне, — сказала Скарлет.

— Если бы не знали тебя лучше, — добавила Летизия.

— Анжелика замужем за французом. А он хочет, чтобы она выглядела с иголочки, — произнесла Кейт. — Бетси Пог посоветовала мне одеваться ради Пита, поэтому я тут же отправилась в универмаг «Селфриджиз» и приобрела целую кучу нижнего белья. Мой Пит настоящий ценитель всяких там шелковых вещиц с кружевами. Бетси говорит, что мне стоит надевать одежду лишь для того, чтобы он мог ее снять.

— Так что же на тебе сейчас? — поинтересовалась Анжелика.

Кейт приспустила джинсы, обнажив край красных кружевных трусиков.

— Да и бюстгальтер тоже восхитительный.

— Божественно, — выдохнула Летизия.

— Очень мило, — согласилась Скарлет. — Однако я больше очарована твоим животиком.

— Каким таким животиком?! — воскликнула Кандейс.

Кейт приподняла свитер, чтобы похвастать этой частью тела, которая все еще имела стойкий коричневый загар, полученный во время ее пребывания на Карибских островах, но по-прежнему была плоской как доска.

— О, да он растет, — сказала Кейт, легонько похлопывая по нему.

— Это заметно только тебе одной, — сказала Анжелика.

— А Бетси Пог порекомендовала тебе больше есть? — спросила Кандейс. Кейт, нахмурившись, посмотрела на нее. — А должна была бы это сделать. Ведь там находится голодающее дитя!

— Еще очень маленький срок, — сказала Кейт.

— Ну вообще-то бедное создание не может выжить без еды.

— Раз уж мы упомянули слово «еда», не забудьте о моем ужине-сюрпризе в честь Арта, запланированном на следующий четверг.

Арт был лучшим другом Кейт. Год назад на церемонии для геев он женился на Тоде.

— Арт не имеет об этом ни малейшего понятия, что само по себе удивительно. Всем известно, что я не способна хранить тайны!

— Ты, как обычно, в своем репертуаре, — сказала Кандейс. — Тебе должно быть стыдно.

Возвратившись домой, Анжелика приступила к выполнению своих обычных обязанностей: помогла детям сделать домашнее задание, организовала чаепитие, искупала их и почитала перед сном.

Каждый раз, проходя мимо зеркала, она бросала взгляд на свое отражение, испытывая огромное наслаждение и в то же время все возрастающее чувство неловкости. Что же она делает, соглашаясь на ленч с Джеком, да еще и утаивая эту встречу от своего мужа?

Анжелика не решалась представить себе возможные последствия в случае, если ее застанут врасплох. Кандейс была права, она просто сбрендила. Однако Анжелика была уверена, что ей удастся сдерживать их отношения на уровне простого дружеского флирта. Она сможет держать себя в руках. И ни за что на свете не станет рисковать той жизнью, которая у нее была.

Придя домой пораньше, Оливье увидел, что Анжелика сидит на кровати Джоэ вместе с Изабель, примостившейся на ее коленке, и читает «Каменный суп» — любимый рассказ их детей. Оливье замер на пороге. Наблюдая за этим трио при мягком освещении спальни, он заметил новую прическу жены и с одобрением рассматривал ее заметно изменившуюся фигуру. Анжелика поймала на себе его взгляд, полный обожания, и улыбнулась.

Закончив читать, она отвела Изабель в ее комнату. Когда Анжелика проходила мимо мужа, он взял ее за руку и внимательно посмотрел на нее.

— Ты очень хорошо выглядишь.

Она пошла дальше, ощутив, как когти вины вонзились ей в виски.

Анжелика поцеловала дочь и бережно укрыла ее одеялом, положив ей на грудь игрушечного утенка, которого девочка тотчас прижала к себе. Затем Анжелика уложила сына в постель, обняв его так, словно хотела слиться с ним воедино. Джоэ очень нравился этот вечерний ритуал, и он крепко прижался к маминому телу. Оливье поцеловал детей в лобики и немного побеседовал с ними о том, как прошел день и что они делали. Редко случалось так, чтобы он, придя домой, застал их еще не спящими.

Оливье и Анжелика встретились в спальне. Анжелика тотчас узнала озорной взгляд, каким он смотрел на нее много лет назад, когда назначал ей свидания в гостинице «Клэридж». Она прекрасно понимала, что это может означать. Сняв куртку и галстук, Оливье стоял, похотливо оглядывая ее с ног до головы.

— Ты сегодня выглядишь не так, как обычно, — заметил он, сощурив глаза.

— Я покрасила волосы.

— И не только. Ты стала стройнее.

— Мне показалось, что, когда я надела пояс, тебе не понравилось, как я выгляжу.