Амулет любви - Карен Роуз Смит

Элисон не могла оторвать от малыша глаз.

— Я скучала по нему. У вас такой милый маленький мальчик.

— Мы знаем, — улыбнулся Джордж.

Вернувшись к подарку, она аккуратно сняла обертку и увидела корзинку. Но это была не простая корзина: по бокам были вытканы фигурки и символы.

— Очень красиво, — оценила Элисон.

— Я из племени апачи, — пояснила Сесилия. Моя бабушка научила меня плести такие вещи.

— Ты сплела сама?

— Я занимаюсь этим с детства. Но эту я сделала специально для тебя. И корзинка эта особенная.

— Особенная?

Сесилия улыбнулась.

— Она называется корзиной гармонии. Она сплетена из ивы и осоки, а моя бабушка показала мне, как украсить ее полевыми цветами.

Элисон рассматривала бусинки и перья.

— Каждая корзинка рассказывает историю, объяснила Сесилия.

— И какая история у этой?

Сесилия бросила хитрый взгляд на Джейса.

— Она рассказывает об одном мужчине и об одной женщине: каждый был сам по себе, а потом их жизни объединились.

Элисон почувствовала, как застучало сердце. Она тоже посмотрела на Джейса, но тот ничего не заметил. Он взял Пабло из рук отца и поднял у себя над головой.

— Вижу, ты подрос на пару дюймов, — обратился он к малышу.

Пабло махал ручками и хохотал, показывая новый зуб.

— Большое спасибо за подарок. — Элисон была немного смущена. Она поставила корзинку на сервировочный столик и подошла к Джейсу. — Дай мне подержать его.

Он передал ей малыша.

— Мне было интересно, сколько ты выдержишь, пока не попросишь.

Элисон пригласила гостей остаться на ужин, но они отказались. Выпив лимонада и поболтав с час, гости поднялись. Джордж взял Пабло с колен Элисон и вышел вместе с Джейсом, оставив женщин попрощаться.

— Я не хотела смутить тебя своей историей, заметила Сесилия. — Но я чувствую, что между тобой и шерифом существует связь. А корзинка служит напоминанием, что гармония наступит, если ты позволишь ей наступить.

— Думаю, в моей жизни найдется место для гармонии, — улыбнулась Элисон.

Сесилия помолчала.

— Если ты положишь в корзинку какую-нибудь свою вещь вместе с вещью шерифа Макгроу, гармония может наступить немного раньше.

Элисон никогда не пренебрегала приметами.

— Я запомню это, — пообещала она, обняв молодую женщину.

Когда Сесилия и Джордж уехали, а Джейс вернулся в свой офис, Элисон пристально посмотрела на маленькую корзинку на столике и вдруг захотела испытать ее силу. На ней была заколка, которую подарил Джейс. Она сняла ее и опустила в корзинку. Теперь нужно взять какую-нибудь вещь у Джейса. Она зашла в его спальню и огляделась. На туалетном столике стояли флакон одеколона и тарелка с мелочью.

И еще лежал форменный галстук. Должно быть, запасной, другой был на Джейсе. Элисон посмотрела на герб Нью-Мексико и на черную резинку. Поколебавшись, она унесла галстук в гостиную и положила в корзину рядом со своей заколкой. Потом прикрыла глаза, загадала желание и постаралась поверить в его осуществление.

Солнце садилось за горизонт, когда Джейс вернулся домой. Он заехал к Фрэнку, чтобы посмотреть, как там старик, и нашел его в бодром расположении духа. Но заглянул он к Фрэнку не только ради старика. Он откладывал неизбежное возвращение домой, к Элисон, где снова столкнется с той сумятицей чувств, которые она вызывает. Боль в сердце и в душе усилилась сегодня днем, когда он увидел Элисон с Пабло на руках. Образ Элисон, беременной от него, не оставлял его весь день. И еще его не покидал вопрос: что бы она ответила, если бы он попросил ее остаться?

Дом был тих. Джейс нашел Элисон в патио, где она смотрела, как угасали краски дня. Она выглядела такой прекрасной в свете заходящего солнца!

Элисон повернула голову.

— Привет.

— Привет.

— Полагаю, у тебя накопилась масса работы, пока ты отсутствовал.

— Да, хватило. — Он снял шляпу и положил на стул. Но сам не сел — ему очень хотелось задать вопрос, который мучил его весь день.

Элисон тоже встала.

— Я ужинала с Глорией, и она прислала тебе чили. Могу подогреть.

Она собралась пойти в дом, но он поймал ее за руку.

— Не надо.

— Ты уже ел? — Она подняла на него удивленный взгляд.

— Нет.

— Что случилось? — Ее взгляд задержался на нем.

— Ничего. Я… — Джейс схватил ее за плечи.

Лучше знать наверняка, чем мучиться от неизвестности. — Ты бы не хотела остаться в Ред-Блаффе?

— С тобой? — У нее расширились глаза.

Этого он не ожидал.

— Может быть. Не знаю.

— Почему ты спрашиваешь? — Голос у нее слегка дрожал.

В голове у него царил полный хаос: интрижки отца, сердечный приступ матери, его собственное прошлое, желание иметь Элисон рядом. Он не придумал ничего лучшего, как сказать:

— Потому что хочу лечь с тобой в постель.

Хочу лежать между твоих ног, держать тебя в своих объятиях и потеряться в тебе. А еще я хочу, чтобы ты потерялась во мне. — Были и другие желания, очень много, только он не мог пока понять их, не мог перепрыгнуть через то, чего не знал.

Она смотрела на него так, словно в ее сознании проносились картинки того, о чем он говорил… Будто она сама хотела того же.

А потом он начал целовать ее, а она отвечала ему. Заходящее солнце осветило их разноцветными красками.

Неожиданно, словно отвергая первую реакцию, ее тело напряглось, и она оттолкнула его.

В ее глазах блестели слезы.

— Боюсь, я еще не готова к этому. Не знаю, смогу ли я изменить свою жизнь ради… любовного романа.

— Неужели твоя жизнь в Ричмонде настолько хороша? — разозлился он, потому что она не дала прямого ответа.

— Может, я просто не смогла сделать ее хорошей.

— Похоже, у меня нет шанса. — Джейс поднял шляпу. Наверно, она по-прежнему любит Дейва, несмотря ни на что. Он открыл стеклянные двери. — Я в «Кантину», ненадолго.

— Ты хочешь оставить меня? — спросила она дрожащим голосом.

— Так, наверное, лучше. Каждому из нас пора вернуться к собственной жизни.

Он ругал себя, проходя по гостиной и выходя на улицу. Он не собирался быть таким резким. Просто на протяжении всей его жизни бедность и окружение заставляли Джейса считать себя человеком второго сорта. Даже когда он уже работал в полиции Ричмонда, ему казалось, что, поздравляя его с новым назначением, люди не перестают помнить о его прошлом. И он никогда не чувствовал себя равным ни с Дейвом, ни с Кларком. Ни тем более с Элисон.