Мечты сбываются - Джейн Арбор

— Я еще не решила. Вы и сами знаете мистер Дервент уже два или три дня как уехал в Лондон, так что у меня просто не было возможности узнать у него подробнее, что это будут за танцы.

— Ну, это и я могу вам рассказать. Какие наряды вы привезли с собой?

— Два платья. Одно очень даже стильное — длинное, из темно-бирюзового шифона, без бретелек. Другое попроще, миди, хлопок в цветочках…

Леони сморщила нос:

— Я надеюсь, не полувечернее?

— Нет. Просто менее официальное, чем шифон. Я еще не успела надеть ни одно из них, они оба — подарок сестры, уехавшей в Америку.

— Ну, бирюзовая вещица — как раз то, что нужно для этой вечеринки в «Тритоне». Они устраивают эти танцы примерно раз в полгода; там собирается все графство, и вы не сможете скакать там в этом вашем ситчике… Клайв умер бы со стыда! — Леони помолчала. — Что вы обычно понимаете под вечерней прической?

Мери вспомнила сестру:

— Иногда я перехватываю волосы лентой и поднимаю, К шифону у меня есть особая лента с бриллиантами, скорее похожая на маленькую тиару, и я, наверное, воспользуюсь именно ею.

Леони поджала губы:

— М-м… Звучит солидно. И чуть побольше макияжа, я полагаю?

— Не слишком. Толстый слой грима мне просто не идет.

— Ох, милая моя, кто угодно может положить побольше красок для вечернего выхода! Вы же видели, как некоторые налегают на макияж в подобных случаях; так или иначе, вы не можете выйти к Клайву, выглядя при этом так, будто только что приобрели свой первый пакетик пудры. Правда, если бы у меня только было время, я отвезла бы вас к своему мастеру в Саутгемптон, уж он бы проследил, чтобы у вас была сносная прическа и потрясающее лицо.

Но Мери, не желая чужой опеки, перебила ее:

— К слову сказать, я назначила встречу парикмахеру в Рингвуде, но боюсь, придется позаботиться также и о стилисте, подобрать подходящий макияж. Впрочем, благодарю вас за совет о костюме. Я правда очень признательна.

Они дошли до конюшен Куинс-Бичес, и, почувствовав близость дома, жеребец занервничал. Успокаивая его, Леони пару секунд не могла ответить. Но, готовясь повернуть во двор, она изобразила Мери салют хлыстом.

— Не стоит благодарности, милочка! Уж как я сама порадовалась! — сказала она, подражая кокни.

И Мери не поняла тогда улыбки, с которой та удалилась, будто вспомнила вдруг что-то смешное.

На следующий день, перед тем как идти на остановку автобуса, который доставит ее в Рингвуд на условленную встречу, Мери выложила на кровать воздушное синее платье, подобранную в тон нижнюю юбку, а также синие туфли с инкрустированными блестящими камешками каблучками, имевшие тот же оттенок, что и пояс, и лента для волос.

Это был очень славный ансамбль, и он обошелся Клэр в целое состояние… Но почему-то Мери стеснялась его. В магазине она не могла оторвать от него глаз, но сейчас засомневалась, сможет ли она вообще показаться в нем на людях и не был ли он «чересчур» для любых вечеров, за исключением самых формальных? Она жалела, что не может попросить Нелли подтвердить совет, данный Леони по поводу костюма для вечера, или уточнить подробности у Клайва, который вернется из Лондона, уже когда она будет одета: как именно одеваются штатские на подобные вечеринки, какой галстук повязывают — белый или черный? Это бы Могло отчасти развеять ее сомнения.

Но Леони абсолютно уверенно объявила, что именно бирюзовое платье будет к месту и что неформальность хлопкового платья в цветочек пришлась бы некстати. А если она не знает точно, то кто тогда? — так спорила с собой Мери, спускаясь по лестнице к выходу.

В холле она встретила миссис Хэнкок, несшую пеструю вазу с бледно-розовыми тюльпанами; как она пояснила, это были одни из первых цветов, присланных садовником в дом. Быть может, мисс Смит желает, чтобы эту вазу поставили у нее в комнате?

— Очень красиво. Я бы с радостью, — сказала Мери.

— Тогда, если вы уходите, могу я отнести их в вашу комнату? И где их поставить? — спросила миссис Хэнкок.

— На бюро, наверное. Или нет, лучше на окно. Я буду рада цветам в любом месте, — улыбнулась Мери, расставаясь с ней.

Свет, горевший в спальне и ванной комнате Клайва, который она увидела, возвращаясь, развеял ее детские страхи, что дела могли задержать его в Лондоне и она в таком случае не получила бы обещанного вечера. Мери напевала мелодию «Все идет, как надо», зайдя в ванную и начиная раздеваться.

В дверь постучали. «Войдите!» — крикнула Мери, и в комнату вошла миссис Хэнкок. Но когда Мери улыбнулась ей: «Да, миссис Хэнкок?» — экономка заговорила не сразу и выглядела, пожалуй, неуверенно.

— Мисс Смит, я надеюсь, вы не подумаете, что я вмешиваюсь в чужие дела или не знаю своего места. Но когда я принесла тюльпаны и увидела, как оно лежит здесь наготове, я решила спросить у вас… Пожалуйста, не сочтите за дерзость!.. Не собираетесь ли вы надеть это красивое платье на танцы, куда пойдете с мистером Дервентом?

Мери удивленно оглянулась на воздушную ткань, разложенную на кровати, и снова посмотрела на экономку.

— Да… Да, я собиралась надеть его. А что такое? — спросила она.

— О!

Мери подождала немного, но продолжения так и не последовало. Она тем не менее чувствовала, что должна выяснить, что именно пряталось за междометием.

— В чем дело, миссис Хэнкок? — повторила она. И, когда забрезжила смутная догадка, спросила: — Разве оно не подходит к случаю?

— Ну… О, возможно, мне не стоило… И оно очень милое, мисс, особенно в сочетании с вашими темными волосами!.. Но я действительно начала сомневаться в том, что мистер Дервент рассказал вам, как выглядят эти танцы в морском клубе, что там царит очень неформальная, свободная атмосфера. Я сужу по тому, что он рассказывал Уильяму, понимаете? Мужчины только с черными галстуками. Люди постоянно шмыгают вверх-вниз по лесенкам, с палубы на палубу, как они это называют. И вся обстановка довольно непринужденная, хотя не выходит за рамки… В общем, Нелли говорила мне, что надевать туда можно лишь туфли на низком каблуке и короткое платье… Я даже помню, как она была там в летнем ситцевом платьице… Вы меня понимаете?

Мери сказала:

— Очень хорошо понимаю и ужасно вам благодарна.

Миссис Хэнкок вздохнула с облегчением:

— Ну вот! Я рада, что осмелилась заговорить с вами об этом. Видите ли, я подумала, что мистер Дервент никак не мог сообщить вам и у мисс Нелли вы тоже не могли справиться…

— Действительно. Мисс Криспин, это она сказала мне, что на танцы следует надеть самое строгое платье из всех, что у меня есть.

— Мисс Криспин? Но она же должна была знать!..

Когда озадаченные глаза миссис Хэнкок встретились с ее собственными, Мери показалось, что им обеим пришла в голову одна и та же мысль. Но поскольку критиковать невесту Клайва перед его экономкой было бы неразумно, она сказала лишь: