Дебютный развод - Плам Сайкс

Аликс Картер не оказалось и тут. Мне даже легче стало. Мысли о счете из отеля так довели меня, что не было настроения уговаривать женщину вроде нее. Может, мне тоже следует отдохнуть от царящего в магазине безумия? Туалетная кабинка была занята, поэтому я рухнула в кресло, упиваясь собственной депрессией. Если прямо спросить Хантера, ничем хорошим это не кончится.

Я с тоской поморщилась. Но я не могла откровенно поговорить с ним… или могла? Почему бы просто не выбросить из головы подозрения… забыть о проклятом счете? Разве не так поступают умные жены?

Но даже находясь в полном расстройстве, я услышала смешки, доносившиеся из-за двери туалетной кабинки. Кто-то прошептал хрипловатым прокуренным голосом:

— Я трахала его стоя, прямо в коридоре. Лапочка Ники! Когда я спросила, сколько ему лет, он ответил: «Будет девятнадцать».

Стыдно сказать, но я вся обратилась в слух.

— Вот это да! Где он живет? — послышался другой голос.

На Сто семнадцатой, с мамочкой и папочкой.

— Ты дешевка. Дрянь.

— Знаю. И мне это ужасно нравится.

Я не смогла определить, кому принадлежит прокуренный голос, но второй собеседницей, несомненно, была Лорен.

Из-под двери кабинки медленно поползла серебристая струйка сигаретного дыма.

— Класс! — взвизгнула Лорен и, распахнув дверь, вывалилась наружу в облаке дыма. За ней последовала почти неузнаваемая Тинсли с сигаретой в губах. На ней были тесные черные кожаные брюки и белая блузка, она здорово обнажала грудь. На левом запястье у нее поблескивали усыпанные бриллиантами часы от Картье, в ушах красовались огромные бледно-розовые бриллианты. До чего же безумная эволюция — от костюма егеря до облика стриптизерки, и это всего за несколько дней!

— Сильви, я так рада, что ты тут! — воскликнула Лорен, увидев меня.

— Взгляни-ка! — велела Тинсли, не вынимая изо рта сигарету. — Я превратилась в копию Киморы Ли Симмонс. В таком виде можно поймать на крючок парней помоложе!

— Значит, дело того стоит, — ухмыльнулась я.

— Этот туалет — лучшее место во всем магазине. Можно, мы тут останемся? Обожаю возиться с макияжем именно здесь! — объявила Лорен. — И Фиби тоже обожаю, но у нее не все дома. Как будто на свете существует не менее пятидесяти миллиардов детей, умирающих от желания добраться до младенческих одеялец из шерсти ламы за двадцать тысяч зеленых!

Лорен и Тинсли схватили по бутылочке детской водички и уселись на диван напротив меня. Тинсли небрежно сыпанула засахаренный миндаль в корзину для мусора и затушила сигарету о девственно чистый серебряный подносик. Заметив, что я наблюдаю, она пояснила:

— Фиби любит, когда я дурно себя веду. Я ее этим развлекаю. Она… она такая примерная! Не понимаю ее! — Озадаченно пожав плечами, она открыла сумочку и вытащила тюбик туши и крошечное зеркальце. — Настоящая Кимора, особенно если накладывать тушь толстым слоем, как штукатурку, — заявила она, принимаясь красить ресницы.

— Не поверишь, что случилось со мной вчера вечером, — начала Лорен, глядя на меня.

— А что произошло? — вяло поинтересовалась я.

— У нее было пять оргазмов! — встряла Тинсли.

— А ты что, считала? И как можно точно сказать, сколько их было? — запротестовала я.

— Просто вчера вечером в пачке было ровно пять кондомов. А утром не осталось ни одного, и я кончала каждый раз, — объявила Лорен без тени смущения.

— И кто этот парень Пять Оргазмов? Есть у него имя? — осведомилась я.

— Да, только вот вспомнить не могу. Минус два в марафоне обольщения! Я заказала новый белый MP3-плейер с панельками розового золота, чтобы отпраздновать! Боже, он был невероятен! За одну ночь я получила больше оргазмов, чем за всю супружескую жизнь! — взвизгнула Лорен, принимаясь рыться в косметичке.

— А я думала… все это бывает чисто платонически, — поддразнила я. — Ничего, кроме поцелуев.

— Я уже давно закончила школу, — напомнила Лорен. — Разведенки любят…

— …трахаться, — рассеянно закончила Тинсли. — Лорен, у тебя есть липкий блеск для губ? «Шанель сироп»? Ники его обожает. Мои губы сами к нему приклеиваются. Через полчаса у нас свидание. Будем до умопомрачения тра…

— Довольно! — перебила Лорен. — Сильви — респектабельная замужняя женщина. Она умрет, если еще раз услышит, как ты выражаешься. Вот, возьми. — Она вручила Тинсли розовый блеск для губ.

Истина заключается в том, что нью-йоркские жены занимаются любовью, подружки — сексом, а разведенки трахаются. Возможности для всего этого в нашем городе поистине безграничны. В конце концов, едва ли не на каждом шагу имеются роскошные отели, обычно с превосходным вспомогательным оборудованием для желающих перепихнуться.

«Игровая площадка», самый дорогой номер в «Сохо-Хаусе», имеет кровать размером с Францию, ванну больше, чем Тихий океан, плюс душ, который шумит, как Ниагарский водопад, и стреляет в вас водой под любым мыслимым углом. И каждую субботнюю ночь его снимает кто-то из разведенок. Кандидат Лорен, похоже, участвовал в последнем двадцатичетырехчасовом марафоне, включавшем неразрывно связанный с блеском для губ и кондомов, ни с чем не сравнимый по накалу секс, о котором Тинсли могла только мечтать.

— Во всем виновата я. Это мое ужасное влияние, — вздохнула Тинсли, резко проводя тюбиком блеска по губам: туда-обратно… И с каждым разом они становились все более пухлыми и розовыми. Когда она отложила тюбик, губы напоминали две маленькие толстые коктейльные колбаски.

— Эта штука просто гениальна. Берегись, швейцар! Господи, я выгляжу совсем дешевкой или как?

Я поняла, что Тинсли помешалась на мальчиках. Она, по ее словам, прекрасно проводила время с восемнадцатилетним швейцаром, вышеупомянутым Ники, а также с двадцатиоднолетним рассыльным из «Фрешдайрект», которого, заметьте, впускал в ее дом вышеуказанный мальчишка-швейцар. Тинсли прямо трепетала при мысли о любовном треугольнике в стиле миссис Робинсон и наслаждалась связанными с ним сложностями.

— Как насчет московского обольщения? — спросила я Лорен, вспомнив о мужчине, неподвластном «Гуглу». — Он все еще включен в список потенциальных жертв?

— Я все еще безумно влюблена в него, — улыбнулась Лорен. — Просто помешалась. Кстати, его зовут Джайлз. Ну разве не сексуально? Уверена, он обязательно будет на ледяном поло в следующем месяце…

— Что это за московское обольщение? — перебила Тинсли, неожиданно насторожившись.

— Да так, ерунда, — отмахнулась Лорен, открывая компакт-пудру и шепча мне одними губами: — Молчи!

— Послушай, у меня неприятные новости о Марси, — провозгласила Тинсли.

— Я уже знаю, — отмахнулась Лорен.

— А в чем дело? — слегка оживилась я.

— Она застала Кристофера в постели со своей бывшей подругой по колледжу. По крайней мере такие слухи распространяет одна из сопредседательниц «Бэби-багги» Валери Гервалт, — пояснила Тинсли.