Страсти на озере Теней - Джейн Арбор

Кейт не спрашивала, мучили ли Денниса подобные сомнения, она лишь видела, что он в буквальном смысле ожил, и не решалась тревожить его покой.

У них впереди было много времени, он сам это сказал. Так что же тут плохого, особенно если они будут хранить свой договор в секрете? Так увещевала себя Кейт. Многие вещи происходят сами собой, даже вопреки твоим планам, и если Деннис сейчас искренне верит, что их дружба может перерасти в любовь, то, быть может, со временем он передумает, вновь станет самим собой и все это окажется для него уже не важным.

Деннис отправил заявку на участие в конкурсе и приступил к работе. Он усердно корпел над набросками, стараясь успеть к решающему дню. Его первоначальным замыслом были резные ворота, но он все же отверг эту идею в пользу витого канделябра, который мог отлить у себя в мастерской без посторонней помощи. От былого равнодушия к работе не осталось и следа. Его дом превратился в настоящий хаос, где повсюду в беспорядке валялись наброски и пробные материалы. Но в том, что он снова чувствовал себя почти счастливым, вне всякого сомнения, была заслуга Кейт.

Во время его нового краткого визита на север по окрестностям озера прокатился слух о том, что прилегающие к нему земли объявлены к распродаже. Из уст к уста люди передавали друг другу эту новость, нередко фантазируя — дескать земли уже проданы. Разумеется, это было не так. Ибо кто стал бы покупать — их за немалые деньги — ни к чему не пригодные земли? Слишком большая роскошь. Все же земли были выставлены на продажу, и именно тогда в дом Рутвенов повидаться с профессором заехал Конор.

Кейт, впустившей его на порог, пришлось побороть не только удивление, но и знакомый прилив щемящего чувства, охватившего ее при виде Конора.

— Отец? — Она стояла в нерешительности. — Да, он дома, только…

Конор усмехнулся:

— Успокойтесь, все в порядке. Я не взламывал ворота, а пришел сюда по его просьбе.

— Он просил вас прийти?!

— Да. Царственным указом, который оставил для меня в магазинчике Хэллоранов.

— Но зачем? С какой целью?

— Он не упомянул, хотя я догадываюсь…

Конор осекся, потому что дверь профессорского кабинета отворилась и он сам появился на пороге.

— Что тут за трескотня, Кейт? Шумят, балаболят… Имеет, в конце концов, человек право поработать в тишине? — возмутился он и тут же приспустил на нос очки, устремив на Конора пристальный взгляд. — Вы, судя по всему, Берк? — проговорил он. — И что вам, интересно, нужно от Кейт?

Конор лукаво посмотрел в ее сторону:

— От Кейт? Да нет, ничего такого, что бы я осмелился спросить. Да и потом, разве я пришел сюда по ее, а не по вашей просьбе?

— Вы говорите, я просил вас прийти? — В голосе профессора слышалось сомнение, потом он кивнул, глядя на Кейт. — Ах ну да, я и забыл. Я же хотел его видеть. Впусти его, тогда мы хотя бы сможем узнать правду о тех варварствах, которые он тут еще планирует.

Кейт предложила им сигареты, Конор взял одну, а отец раздраженно отодвинул пачку в сторону. Некоторое время они сидели: Конор — свободно, раскрепощенно, отец — натянуто, с суровым лицом, пока наконец он не спросил:

— А ну-ка скажите нам, это правда, что вы сделали заявку на покупку этой земли и собираетесь купить ее по удобной вам цене?

— Правда, — ответил Конор. — Но я не только сделал заявку, но уже и купил ее. Она моя.

— Вот как? Тогда позвольте поинтересоваться, что вы собираетесь с нею делать?

— Я мог бы не отвечать, но раз уж вы спросили, то скажу. Я собираюсь разбить на ней поле для гольфа для моих постояльцев, — вежливо пояснил Конор.

— Поле для гольфа?! — Тон, с каким профессор Рутвен произнес это слово, не оставлял сомнений, что он предпочел бы арену для петушиных боев или медвежьей травли. — Это ж надо, поле для гольфа! Вы хотя бы знаете, докуда она простирается, эта ваша земля?

— Конечно. Я не раз объезжал ее. Она начинается прямо за землей, принадлежащей вам, за фермами О'Шиэза и Хинана и тянется к западу.

— Совершенно верно. И вы считаете для себя приличным допустить, что спокойные люди, такие, как те, кого вы сейчас перечислили, будут приветствовать эту идею и радоваться тому, как полчища горластых туристов играют в гольф чуть ли не под самыми их окнами?

Конор поднял брови:

— С «приличным» я бы еще согласился, со «спокойными» — нет. Может, о вас, профессор, и можно так сказать, но никак не о ребятах Хинана. Разве все трое не гоняют на мотоциклах как сумасшедшие и разве всем на озере не известно, что восемь молодых О'Шиэзов орут во всю глотку чуть ли не с тех пор, как их крестили?

Профессор только развел руками, а Конор невозмутимо продолжал:

— Мне известна ваша точка зрения. Озеро видится вам прелестным уголком, где, по вашему мнению, должна царить старина. Но как бы вы ни старались, профессор, вы не можете остановить будущее. И раз уж мы тут не особо стесняемся в выборе слов, я скажу: если бы судьба Ирландии была в руках таких людей, как вы, мы бы все и поныне сидели на картофельной диете и лишь по праздникам получали бы миску каши.

— А что плохого в картошке и каше? Разве поколения здоровых ирландцев не росли на этой пище в течение многих веков?

— Разумеется, росли, — согласился Конор. — Только тысячами умирали от голода в неурожайные годы и последние гроши отдавали лендлордам за пригоршню овсянки. Вам наверняка известно о голодном море 1848 года, не говоря уже о более мелких.

Профессор метнул на Конора суровый взгляд:

— У нас сейчас нет голода. А вы, молодой человек, если бы действительно пеклись о будущем страны, то не стали бы уродовать ее лицо своими отелями и площадками для гольфа и всякими там ночными клубами и игорными домами, которые наверняка собираетесь построить в будущем.

Конор встал и загасил сигарету.

— Здесь вы не правы. Лишь именно потому, что меня заботит будущее страны, я считаю необходимым дать возможность увидеть ее красоту людям, не имевшим счастья родиться здесь. У нас сказочная природа, волшебный климат, гостеприимный народ, и наша страна ни в чем не отстает по красоте от заморских далей с их пальмами и орхидеями. Но тем, кто едет к нам, нужны такие же хорошие отели и места для отдыха, какие они находят в других странах. И поскольку это мой бизнес, я хочу спросить вас, согласны вы, чтобы за вашими угодьями была выстроена площадка для гольфа?

Профессор изумленно смотрел на Конора:

— Согласен ли я?! У меня что, есть выбор? Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду вот что. Если я не смогу разбить на этой земле поле для гольфа, я попросту не буду заинтересован в ней. В этом случае я продам ее тем, кто стоял следующим по списку среди желающих.

— Кому же?

— Английской фирме, которая планирует урезать свои расходы, построив здесь пуговичную фабрику. Вы когда-нибудь видели, как дымит пуговичная фабрика, профессор? А если их не устроит мое предложение, то следующими по списку были какие-то бандиты-немцы со своей строительной компанией. Им получить любое разрешение на любое строительство так же просто, как помахать кулаками. Теперь ясно?