Формула идеального мужчины - Джессика Харт

– Что? – Макс настолько оторопел, что Аллегра испугалась, не перегнула ли она палку, но отступать было уже некуда. Кроме того, она сдерживалась весь вечер и изнемогала от желания выпустить пар.

– Судя по вниманию, которое ты уделял мне весь вечер, твой драгоценный бетон был важнее!

Макс подавил сдавленный смешок и провел рукой по волосам.

– Все не так, – начал он.

– Тогда почему ты игнорировал меня?

– Потому что не доверял себе, понятно? – выкрикнул он, не выдержав наконец. – Иначе не смог бы оторваться от тебя! Я бы целовал тебя снова и снова, не в состоянии остановиться. Стащил бы тебя под стол и сорвал это чертово платье, чтобы покрыть поцелуями все тело, и к черту босса с женой и весь ресторан…

Макс замолчал. Его грудь вздымалась, взгляд горел огнем.

– Теперь ты знаешь. Ну что, довольна?

– Но… но… – Аллегра не находила слов.

– Конечно, я хотел прикоснуться к тебе! – яростно огрызнулся Макс. – С того момента, как ты открыла дверь ванной комнаты. Весь вечер я не мог думать ни о чем другом. А пришлось сидеть и пытаться разговаривать с боссом, но все это время мои мысли были заняты одним – как моя рука скользнет под твою одежду, как расстегнет молнию, зная, что это никогда не случится! И ты хотела, чтобы я поддерживал непринужденную беседу?

Макс почти с ненавистью смотрел на нее, но коварное тепло побежало по венам Аллегры, превращая ее собственный гнев во что-то гораздо более опасное. Он хотел ее.

От острого желания у Аллегры внутри все свело. Волосы Макса стояли дыбом там, где он провел по ним рукой, а сам он выглядел недовольным, взъерошенным, великолепным. Когда он успел стать таким… таким… таким сексуальным? Почему она не заметила?

Сердце Аллегры билось где-то в горле, во рту пересохло. Однажды по редакционному заданию она отправилась на банджи-джампинг, и тогда, стоя на краю моста, Аллегра испытывала то же самое: ужас, восторг, желание оказаться достаточно смелой, чтобы прыгнуть, и страх, что ей никогда не хватит мужества.

Правда, в итоге она прыгнула. И если действительно захочет, то сможет и сейчас. Аллегра облизнула губы.

Макс хотел ее.

Она хотела его.

Мозг Аллегры еще был занят расчетами рисков, когда ее рот открылся и она услышала собственный голос:

– Откуда ты знаешь?

Макс удивленно посмотрел на нее:

– Знаю что?

– Что это никогда не случится. – Аллегра с ужасом, словно со стороны наблюдала, как она подвинулась к Максу, протянула руку и положила ему на колено, и все помимо ее воли.

Что она делает? – думала Аллегра в панике, но ее руки действовали самостоятельно. «Остановись!» – в отчаянии приказывала она себе, но сообщение не доходило до мозгового центра, а теперь ее ноги задрожали от удовольствия под теплой ладонью Макса.

Макс сглотнул.

– Я не уверен, что это хорошая идея, Легз, – сказал он сдавленным голосом, владея своими руками не лучше, чем она своими. Его пальцы обхватили ее колено, и Аллегра почувствовала дрожь где-то у основания позвоночника.

– Я тоже не уверена, – призналась она с трудом.

– Возможно, ты просто увлеклась притворством, – продолжал Макс, но не убрал руку. Вместо этого его пальцы поползли под подол платья и принялись поглаживать кожу выше по бедру.

Аллегра почувствовала, как похоть проникает все глубже, впивается в нее. И полностью овладевает ею. Пальцы Макса чертили такие восхитительные узоры на ее коже, что девушка была уже не в состоянии думать ясно.

– Наверняка, – согласилась она, затаив дыхание. – И вообще вся эта история со статьей. Она начинает выходить из-под контроля. Мы слишком много времени проводим вместе.

– Да, – ответил Макс, продолжая ласкать внутреннюю поверхность ее бедра, поднимаясь выше, выше, выше, пока Аллегра не начала извиваться в кресле. – Мы должны остановиться прямо сейчас.

– Должны, – выдавила она.

– Если только…

– Да? – единственное, что смогла выдохнуть Аллегра.

– Если только не избавимся от этой навязчивой идеи, – предложил Макс. Его голос всегда был таким глубоким, таким соблазнительным? – Всего одна ночь, и мы забудем об этом. Что ты думаешь?

Что она думает? Как она могла думать, когда его пальцы поглаживали ее так нежно, что у нее не получалось нормально дышать, а голова кружилась от удовольствия? О боже, если его ладонь поднимется чуть выше, Аллегра не выдержит.

Если не поднимется, то Аллегра просто взорвется. В любом случае их ожидает ужасная возня на сиденье. Пытаясь остановить Макса и отвести его руку, Аллегра с трудом сумела произнести:

– Я думаю, что… это… хорошая идея…

Макс улыбнулся недоброй улыбкой, которую Аллегра видела у него впервые.

Когда он убрал руку, Аллегра почти простонала в знак протеста, прежде чем поняла, что такси остановилось перед домом. Пока Макс расплачивался с водителем, она, чуть пошатываясь, дошла до входной двери, не чувствуя ног.

Аллегра все еще возилась с ключами, когда Макс подошел к ней сзади. Не говоря ни слова, взял их у нее из рук и открыл дверь.

– После тебя, – сказал он, и волнение в его голосе заставило Аллегру почувствовать себя лучше. Не только у нее возникли проблемы с дыханием.

Она не хотела включать свет в холле, поэтому ждала в темноте, дрожа от нетерпения, пока Макс закроет за ними дверь. Приглушенный оранжевый свет от уличных фонарей проникал внутрь через стеклянную панель над дверью. Этого было достаточно, чтобы видеть, как Макс приближается к ней, широко улыбаясь, кладет руки ей на плечи и наконец – наконец! – прижимается губами к ее губам в требовательном поцелуе.

На этот раз Аллегра уже не ощутила той острой, пронизывающей сладости, как в ресторане. Поцелуй был страстным и яростным, и внутри ее взорвалось желание. Аллегра неистово поцеловала Макса в ответ, мечтая, чтобы его руки действовали увереннее, сильнее, жестче.

Нет, сейчас никакой сладости. Это больше напоминало борьбу: кому больше нужно, кто больше отдаст, кому больше достанется. Аллегра торопливо освободила его от галстука, затем стала расстегивать пуговицы на рубашке, в то время как руки Макса поспешно стягивали с нее платье.

Макс, тяжело дыша, взял ее руки в свои и медленно поднял над головой Аллегры, прижимая ее к стене.

– Мы пожалеем об этом, – сказал он и наклонил голову, чтобы поцеловать Аллегру в шею – отчего каждая клеточка ее тела завибрировала, а внутри поднялась волна тепла.

– Я знаю.

– Это безумие. – Его губы опускались ниже, оставляя обжигающий след на коже.

– Ты прав, – выдавила она и шумно втянула воздух, когда он продолжил исследовать чувствительные изгибы ее шеи и плеча.