Прелюдия любви - Элизабет Ренье

Сара не знала, было ли то действие вина, а может быть, ей вдруг показалось, что он обладает той же добротой, что и его сестра, что он сдержит обещание и постарается ее понять, но она рассказала ему все, о чем хотела поведать Мэри. Она понимала, что ее речи слишком наивны. И тем не менее, в его глазах не было ни насмешки, ни презрения, которое она видела в них раньше. Его руки, сжимавшие ее пальцы, были теплыми и сильными.

Когда она замолчала, Криспин сказал очень мягко:

— Бедная малышка Сара. И я говорил, что у вас нет сердца. Простите меня, я не заглянул достаточно глубоко.

И она спросила, причем голос ее звучал словно чужой:

— Что же мне делать?

Отпустив ее руки, Криспин встал, облокотившись на каминную полку.

— Вы все еще любите его?

Потрясенная, она ответила:

— Ну конечно. Человек не может измениться только потому… — И под его проницательным взглядом Сара запнулась. — Криспин, я дала ему слово.

— Вы объявили о помолвке, но не давали брачной клятвы. Помолвку можно разорвать.

Сара взглянула на него:

— И это произносите вы? Вы ведь сами говорили мне…

— Что вы никогда не нарушаете своего слова? Да, я знаю. И хоть сейчас готов засвидетельствовать, что вы оправдали мое доверие. Но тут совсем другое дело. На карту поставлена вся ваша будущая жизнь, ваше счастье. Ваш приезд в Клэверинг — это бегство, разве не так? Вы решили спрятаться от проблем, с которыми столкнулись? Но вы не сможете делать так вечно, Сара. Вы должны спросить себя, любите ли вы Энтони настолько глубоко, чтобы простить эту слабость, или найти в себе достаточно мужества, чтобы согласиться, что эта ситуация будет повторяться снова и снова. Когда вы выходите замуж, Сара, вы должны быть готовы к тому, чтобы принимать мужа таким, каков он есть, а не таким, каким вы хотели бы его видеть.

— Вы бы простили Дебору?

Он не ожидал такого вопроса, но ответил достаточно спокойно:

— Такая ситуация едва ли может возникнуть.

— Я не имею в виду точно такие же обстоятельства, — хрипло сказала Сара. — Но смогли бы вы, любя ее, не замечать ее слабостей?

— Мне не с чем сравнить.

— Вы хотите сказать, что у Деборы нет слабостей?

— Нет, я имел в виду не это. — Криспин ногой подтолкнул в огонь полено. — Не каждый мужчина любит женщину, на которой собирается жениться, Сара. Разве вы этого не поняли?

Она посмотрела ему в глаза и спросила в каком-то оцепенении:

— Насколько я могла заключить из вашего замечания, вы не влюблены в Дебору?

— А разве у вас сложилось впечатление, что влюблен?

Сара подумала, что ей не стоило пить так много вина. У нее кружилась голова, а голос звучал так, словно говорил кто-то другой. Пытаясь сохранить связность речи, она произнесла:

— Как я теперь понимаю, вы проявляли куда больше нежности к Мэри. В таком случае… в таком случае действительно бесполезно просить вас решить мою проблему, не так ли?

Поднявшись на ноги, девушка покачнулась, и ей пришлось ухватиться за руку Криспина, чтобы не упасть.

— Никто не сможет решить проблему за вас, Сара, — спокойно ответил Криспин. — Вы столкнулись с ситуацией, в которой все богатство вашего отца, все ваши слуги и экипажи, платья и украшения, изысканные безделушки, которые наполняют вашу повседневную жизнь, ничем не могут помочь. И даже Мэри не сможет помочь вам. Вы выбрали Бретертона, прекрасно зная, что это за человек. Он не изменится. Это придется сделать вам. — И он крепче сжал ее руку, поддерживая ее. — И вам придется сделать это, Сара, если вы хотите иметь хоть немного душевного покоя. Я вижу, что предвзято судил о вас, вы похожи на свою мать, во всяком случае в том, что вы, как и она, чувствительны к боли. Я прошу прощения за все, в чем винил вас.

Сара подняла голову и пытливо вгляделась в его лицо:

— Никогда не видела человека, который менялся бы так быстро, как вы, Криспин. Я… я совершенно вас не понимаю. Но я очень рада, что теперь вы обо мне более высокого мнения, я в самом деле очень рада.

Она запуталась и лишь немного удивилась тому, что его доброе мнение, похоже, оказалось для нее предметом величайшей важности, даже более важным, нежели тот факт, что она ни на шаг не приблизилась к решению проблемы с Энтони. Но об этом сегодня вечером она думать не станет, об этом она подумает завтра.

К следующему утру распогодилось. Дебора появилась сразу после завтрака и принесла с собой охапку книг.

— Нет сомнения, что это чтение на много часов займет Мэри, — сообщила она Саре. — Как она?

— Думаю, все так же. Для нее огромное облегчение, что ее перестали донимать кровопусканиями и слабительными, из-за которых, как говорит сама Мэри, она чувствовала такую слабость.

— По мнению Эдварда, ее проблема не в излишке, а, напротив, в недостатке крови. Могу я подняться к ней?

Озадаченная подобным вопросом Сара ответила:

— Не в моей власти давать вам разрешение, мисс Трехерн.

— Разве она не ваша подопечная?

Дебора улыбалась, но в ее голосе прозвучала особая нотка, которая делала ситуацию не такой уж забавной.

— Я лишь гостья в этом доме, — твердо отвечала Сара. — Я делаю для Мэри, что могу. Ваше положение, несомненно, куда более прочное.

Дебора окинула ее долгим, оценивающим взглядом.

— Вы намекаете на то, что в один прекрасный день я стану хозяйкой Клэверинга?

— Естественно. Все, что я вижу, лишь укрепляет меня в этой мысли. Разве это не правда?

— Абсолютная правда. Разве что Криспин передумает. От мужчин всего можно ожидать, сами знаете. Правда, что касается этого вопроса, женщины тоже хороши. Вы возвращаетесь в Лондон?

Застигнутая врасплох столь неожиданным вопросом, Сара ответила:

— Пока нет. Мэри была так добра, что позволила мне еще немного развлечь ее.

Брови Деборы слегка приподнялись.

— Вы полагаете, что развлечение является наилучшим способом позаботиться о ней?

— Почему бы и нет? Ведь ваш брат настоял, чтобы она отдыхала и не отягощала себя домашними обязанностями.

— Но он не давал ей приказа вести бездумное существование. Мне кажется, сейчас она получила превосходную возможность изучить некоторые работы по философии. Например, эти. — Дебора указала на принесенные с собой книги. — Я хотела сегодня утром посидеть с ней и обсудить некоторые вопросы филантропии, которыми я занимаюсь в последнее время.

— Должно быть, вы думаете, что часы, проведенные в моем обществе, — это потраченное впустую время, сударыня? Я рассказываю ей глупые анекдоты и пою дурацкие песенки. Они заставляют ее смеяться.