Ночь с красавицей - Лора Райт

Только голова у него еще оставалась.

И это было его последней мыслью перед тем, как он погрузился в женщину.

— Я и не представляла, что ты романтик, Дэн Мейсон.

— Ничего подобного.

— Тогда как ты объяснишь пикник на берегу реки?

— Мы просто позавтракали.

Кэти смеялась над ним, твердо зная, что угрюмое отрицание Дэна — чистое притворство. Ведь это он привел ее на романтическое, красивое место. Своего рода свидание влюбленных. Просто ему нравится играть с ней, выводить ее из себя. Равно как и ей нравится отвечать ему колкостями и задавать провокационные вопросы.

— Шериф, не води меня за нос. Может, ты и большой зверюга-полицейский, но я знаю твои сентиментальные стороны, которые ты так упорно скрываешь.

Он буквально пожирал ее взглядом.

— А я знаю твои.

Она усмехнулась.

— Ты очень приятный собеседник.

Глаза у Дэна сузились.

— А ты вообще очень приятна. Особенно вот здесь, между…

— Пальцами?

Дэн сразу смягчился.

— Именно. Твои пальчики, груди, губы, щеки. Хотя я-то говорил вот об этой сладкой, невообразимой впадинке между…

— Прекрати! — закричала она, не в силах сдержать смех.

Конечно, это не было любовным свиданием под осинами и соснами. Хотя инициатором пикника был самый потрясающий в мире любовник.

За двадцать минут до этого Кэти отогнала острое желание поделиться с Дэном своими вновь обретенными воспоминаниями и приняла его приглашение позавтракать на речном берегу.

Лучшее место для романтической трапезы трудно было вообразить. Лучшее место. В нескольких минутах от дома, у подножия поросшего травой холма, отбрасывавшего тень, в которой так приятно присесть в солнечное утро, послушать пение птиц и плеск волн о камни.

Дэн бросил в рот горсть изюма.

— Знаешь, должен тебе сказать: мне нравится, когда меня называют большим и крутым зверюгой.

— А если — опасным?

— Еще лучше.

— Я вижу, ты опасное существо. — Она прислонилась к стволу осины, покрытому наростами, которые очертаниями напоминали черные женские глаза. — А тебе нравится быть помощником шерифа полиции Соединенных Штатов?

— День на день не приходится.

— Ты ведь ловишь преступников?

— Тех, кто находится в бегах, — уточнил Дэн и пожал плечами. — Хотя, наверное, они и есть преступники.

Она сама не знала, что заставило ее задать следующий вопрос. Просто не смогла удержаться, слова сами сорвались с губ:

— Ты когда-нибудь убивал человека?

Дэн вскинул голову и, прищурясь, оценивающе посмотрел на нее.

— Почему ты спрашиваешь?

— Мне кажется, мы с тобой заняты тем, что задаем вопросы, стараясь проникнуть друг в друга.

Он бросил очередную горсть изюма обратно в миску.

— Согласись, ты не совсем честно играешь.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты мне о своем прошлом ничего не можешь рассказать и притом вынуждаешь меня говорить о моем.

Ощущение вины пронзило ее, подобно змеиному яду. Найдись у нее хоть сколько-нибудь мужества, она бы немедленно рассказала ему все и разрушила бы таким образом этот чудесный день. У нее не осталось мужества, только любовь и желание.

— Ты не обязан делиться со мной ничем, если не хочешь сам.

Не то чтобы она искренне так считала, но так все же будет честнее.

Он глубоко вздохнул и лег на плед, подложив руки под голову.

— Я никого не убивал. Это тебя устраивает? — И вполголоса добавил: — Непосредственно, во всяком случае.

— Непосредственно?

— Именно.

— Скажи, ради всего святого, что это означает?

— Ничего особенного. Закон нарушен не был. И все.

Кэти умирала от любопытства, но заставила себя промолчать. По его лицу, по твердо сжатым губам она видела, что Дэн не станет вдаваться в подробности.

Да и какая, в сущности, разница? Ей нет дела до того, чем он занимался в прошлом. И чего вдаваться в детали, которые в эти минуты не играют никакой роли? Никакого давления — ни с ее, ни с его стороны.

Чтобы поднять им обоим настроение, она прибегла к излюбленному женскому лекарству:

— Ты еще голоден?

— Изюма с меня довольно.

— Тогда, может, сэндвич?

— Ну, давай.

— Возьми половинку моего.

Дэн приподнялся на локте, взял у Кэти сэндвич и разломил пополам. Через пять секунд сэндвича уже не было.

На губах у Кэти появилась улыбка.

— По-моему, ты не откажешься и от второй половины.

Снова между ними опустилась стена.

— Спасибо.

— С моим удовольствием.

— Знаешь, твое удовольствие — это все, что мне требуется.

Глаза Дэна опять весело засверкали.

Кэти смущенно улыбнулась.

— Ешь свой сэндвич, господин помощник шерифа.

— Есть, мэм. — Он послал ей ласковую улыбку. — Кстати, к твоему сведению, это мой любимый сэндвич. В детстве я всегда такие ел.

— Бекон со всем отлично сочетается.

Дэн засмеялся.

— Здесь ты права.

— Лично я без ума от арахисового масла и меда. Ем и не могу наесться. Мой брат…

Она осеклась, осознав, что произнесла. Дэн вскинул голову.

— Откуда это?

— Просто вырвалось.

Она выговорила эти два слова с таким трудом, словно сердце застряло у нее в горле.

— У тебя есть брат.

— Да. Наверное.

— Ты еще что-нибудь помнишь?

На мгновение ей показалось, что она плывет и ее сердце не в ладу с рассудком. Помнит ли она еще что-нибудь? Хороший вопрос. Сейчас ей предстоит либо сказать правду, либо солгать. Следующая фраза определит ее ближайшее будущее с человеком, которого она любит.

Сердце забилось неровно, когда она подняла на Дэна глаза.

— Нет, больше ничего не помню.

Что-то промелькнуло у него на лице. Возможно, это только игра ее воображения, но она готова была поклясться, что увидела в его взгляде облегчение.

Кэти взяла бутылку с водой и сделала жадный глоток.

— Жарко сегодня, — заметила она и подвинулась, чтобы опять оказаться в тени дерева.

— Разденься до пояса. Здесь никого нет.